Все цитаты из книги «Герои»
— Да, в направлении города Осрунга, в место встречи с двумя другими дивизиями, под командованием генералов Челенгорма и Миттерика. Они уже, наверно, всего в десятке миль от нас, на той стороне холмов…
Утробе хотелось просто щёлкнуть поводьями и тронуться. Но, возможно, он в силах помочь, и все его впустую прожитые годы могут хоть немного кому-нибудь пригодиться. И вот он стиснул зубы, и наклонился…
Эта нота пробрала Финри до самого нутра, и она сходу всё поняла. Она уцепилась за руку Хардрика.
— Кишки. Его обязательно надо кому-то передать, Утроба. Разве не ты постоянно твердишь, что нужно правильно делать дела? Передать надо обязательно.
Была оранжевая вспышка, и смутное ощущение летящих предметов. Ему показалось, что он заметил, как Байязов слуга ударил в пустоту рядом со своим хозяином — его рука метнулась невероятным, смазанным дв…
— Нет! Генерал Челенгорм приведёт подкрепление! Он обещал нам…
Терпила стоял у другого окна, с луком через плечо.
— Ты проснулась. — Отец улыбался, но была в нём и опаска, словно он ожидал, что она воспламенится, и приготовился подхватить ведро. Может быть, она и воспламенится. Она бы не удивилась. И, чего уж та…
Отец Финри выпрямился перед конём Байяза, выставив грудь и вскинув голову под необоримую тяжесть немилости мага.
С безграничной скорбью должен известить вас о смерти вашего сына, павшего в сражении при Осрунге. Писать такие письма входит в обязанность командира, но я был удостоен чести знать вашего сына лично, …
Снова пошевелились плечи. Словно ему без разницы, хоть падите небеса.
Взгляд Кальдера метнулся к Стодорогу, как раз тогда, когда взгляд Стодорога метнулся к Кальдеру. Оба раскрыли рты, оба произвели подсчёты. Стодорог был человеком Чёрного Доу. Но Чёрный Доу умер, и вс…
— Горст. — Бесшеий мечник пересекал реку со стороны садов дальнего берега, копыта коня разбрасывали брызги, доспехи матово сияли в том, что оказалось ярким солнечным светом. Он резво взобрался на бер…
— Я беру меч моего отца, — отрезал он, потрясая перед ней рукоятью.
В былые времена Ручей послал бы Дрофда на хуй, но изображать нелюдимого одиночку не принесёт ничего хорошего ни ему, ни окружающим. На этот раз, пожалуй, стоило попытаться худо-бедно сдружиться с одн…
— Ты моего брата ссыклом обозвал? — прорычал Скейл, выпучивая глаза. — Я твою паршивую шею сверну, блядь, к хуям собачьим!
— Не, не, не, — промурлыкал Отмель. — Не-а.
— Хорош письками мериться. Мы тут ведём войну.
— Коль Трясучка, и собакой меня хуй напугаешь!
— Ну, очкун, бля! — опять загавкал Стодорог, и на сей раз даже Скейл не возразил, но стоял, уставившись на брата. Грянул хор брани, и плевков, и неприязни, почти столь же громкий, как хор восхвалений…
— По-твоему я не знаю? Никто не знает лучше меня! — Кальдер понуро всматривался в деревья, его пустая ладонь сжималась и разжималась. — Стодорог. — О, мёртвые, он уже цепляется за пыль, зовя на помощ…
— Как же ещё-то? Младший капрал Хеджс, вам смешно и теперь? Я считаю до трёх. Если вы к этому времени не вернёте северянину его мех, я прикажу рядовому Желтку стрелять. Вы всего лишь в пяти шагах, ка…
— Он подходит по старшинству, и мои рекомендации королю уже в пути.
Челенгорм и его офицеры цепочкой проехали сквозь узкий проём, с каждым ударом копыт старинные камни на вершине вырастали всё выше, а затем встали на дыбы над Горстом и остальными, когда те достигли п…
Стодорог сидел на бревне на другой стороне костра, и его шелушащийся ужас, а не лицо, переломила сияющая ухмылка, как только он заметил приближение Кальдера.
Чем дольше она говорила, тем звучало хуже. Крайне дерьмовое число. Слишком много, чтобы побить без страшной опасности, но в самый раз — с преимуществом в позиции и выпавшей на рунах удачей — чтобы в …
— Конечно, я… — Болен мой разум и тело, погребена моя удача и слава, ненавижу весь свет и всё на нём, но это ничего не значит, пока со мною ты. — Ну.
— Девять, подумать только! Десятилетия летят мимо меня словно листья на ветру. Никто не заслуживал чемпионского звания больше вас.
— Союз должно скреплять лицом к лицу, мужем к мужу, железом к железу и кровью к крови. — Кальдер ожидал, что великан проревёт слова, как чудища из детских страшилок, но его голос был скорее мягким. П…
В дверях появился хирург в перемазанном переднике и испустил протяжный вздох.
Танни отбросил щётку и сделал пару шагов им навстречу, смотря в оба. Долгие годы военной службы наделили его острым, как бритва чутьём надвигающегося пиздореза, и сейчас болезненное ощущение появилос…
Потянулась тишина. Боль буравила колено Утробы, как только он смещал вес. Позади раздались голоса — Йон и Брак спорили ни о чём, заняв свои места в построении. Опять тишина. Война — девяносто девять …
— Хорошая мысль. Он силён как бык, твой брат и столь же храбр, но, знаешь, похоже и мозги у него бычьи.
— А с конём как вышло? — Тот лежал на боку, из раздутого живота торчала стрела.
Лишний пример того, как неказистый боец может запросто одолеть великого, и даже левой рукой. Главное, чтобы только у него одного был меч.
Чуткодрём вволю наглотался придирок этого дурилы, вождя лишь потому, что ходил в приятелях у одного из сыновей Золотого. Он скособочился, огрызаясь — Сам пиздуй в гору, ты…
Он стянул одежду, потную и вонючую, руки до того отекли, что едва сгибались. Он стоял голым посреди промозглого утра, весь пятнистый от синяков, пышущий паром, как пудинг из печки. Шокированно поперх…
Однако Стодорог тоже не собирался сдавать назад.
— С превеликим удовольствием куплю тебе новую пару.
— Проклятье! — Он отшвырнул одеяла и выкарабкался из постели. — Надо было раньше меня разбудить. — Он плеснул на лицо водой из треснутого кувшина и утёрся тряпицей, начиная натягивать вчерашние штаны.
— Нафига? Ты их всё равно задвинешь или проебёшь.
— Я знаю, зачем я здесь. — Вирран медленно поднял длинный указательный палец, между его зубов в такт словам раскачивалась травинка. Утроба думал, он спит, растянувшись на спине, с рукоятью меча замес…
— Так много искалеченных, — произнесла Элиз. — Так много мёртвых.
— Верно, — Байяз одарил его удручённой улыбкой и бегло произнёс на северном наречии: — В таких делах надо смотреть правде в глаза.
— Мы с Полноги будем здесь, на вершине, за известняковой стеной. Кажись, завтра я поведу вас сзади, по примеру наших союзных друзей. — Очередной круг грубого смеха. — Итак — вот так. У кого есть мысл…
В его сдержанности было что-то, от чего ей захотелось узнать больше.
Утроба не удержался вытянуть шею и посмотреть, хотя ни за какие деньги не смог бы прочитать проклятые штуковины.
— Да, да. — Кальдер откинул в сторону ладонь Утробы. — Вывести свою команду живой, и не высовывать шею, и поступать правильно, даже если это совсем неправильно…
Он вырвался из палатки, и было так, словно он никогда прежде не видел солнца. Не чувствовал простой радости животворного тепла на лице и ласкового ветра. Он озирался по сторонам с удивлением в мокрых…
— Что-ж. — Лицо Скейла исказилось в уродливую маску, когда тот запихивал культю обратно под плащ. — Похоже, ты был прав. Миру нужно побольше людей, умеющих думать и поменьше героев. — На мгновение он…
— Хэл. — Он склонился над ней, свеча озаряла его висок золотым светом. Она села, потирая лицо. Лицо онемело. Будто разминает мёртвое тесто.
Ручей и сам владел обстановкой настолько, чтобы это понять, но на Героях такая плотная давка, что больше ему ничего нельзя было разобрать. Мокрые меха, мокрые доспехи, под дождём блестят клинки, с уг…
Дрофд выпустил стрелу, те двое вжали головы. И пение тетивы что-то выпустило в Утробе, и прежде чем вообще успел подумать, верный ли это момент или нет, он взревел великим рёвом. Вообще не членоразде…
— Не мы. — Горбушка закинул за спину свой выщербленный щит. — Я отступаю вниз, вон с теми парнями. Ты собираешься остаться, значит в одно рыло сразишься с Вирраном из Блая.
Байязов слуга прихватил корзину, подхватил лампу, и последовал за хозяином.
Хрупкий так и не понял, радоваться или нет опрокинувшемуся в воду мёртвому телу Гребня. С одной, хорошей стороны, вроде бы он теперь оказался впереди всей группировки Золотого. С плохой же — на него …
— Чёрный Доу отнюдь не разумный человек. Его союзники… — Байяз скривил губы, и Финри глубже запахнула плащ Хэла. — Ещё менее разумны. Вдобавок, сегодня вы многого достигли, лорд-маршал. Проделали сто…
— Сдохни, нахуй… У? — Его правой руки там не было. Он вытаращился на обрубок, оттуда струилась кровь. Как такое случилось? Он что-то заметил уголком глаза, почувствовал страшный хруст в груди, и завы…
Утроба крякнул, разгибая ноги, и медленно поднялся, протрясая затекшие суставы.
— Донесению потребовалась бы неделя пути и ещё неделя, чтобы вернулся указ. Прошёл всего день, как…
Они спускались по склону в сгущавшейся тьме, на чернильных небесах начали выглядывать звёзды. Кальдер довольно улыбался при мысли о том, как Золотой будет извиваться в его лапах. Как высокомерная сво…
— Айе, — сказал Дно. — Золото годится в большинстве случаев.
— Да ничего. — Она вручила ему фляжку, и он прополоскал застоявшийся рот и сплюнул. — Горбушки ни духу. Мы похоронили Атрока. — Он замер, не донеся фляжку до рта, медленно её опустил. На дальней стор…
Утроба ковылял к могиле, растопырив бёдра, пытаясь вывернуться так, чтобы не болели суставы. Лучше бы ему пойти в какое-нибудь другое место, но есть ситуации, из которых не вывернуться. Все подтянули…
— Стирийская кожа. — Кальдер сдвинул веки, образовав щёлку, а губы пождал ровно так, как делал мальчишкой. — Кёрнден Утроба. Всё ещё живой, старый хер?
— Всё правильно. — Доу отпустил ладонь великана и не спеша сел обратно на Скарлингов трон, с кровавым отпечатком на запястье. — Рассчитываю, что ты сможешь привести своих людей из-за Кринны.
— Ручей. — Он подумал, что лучше оставить имя просто так. — У вас, мужики, что, каждый день такое?
— Добро. Будем. — Ручей провёл всю последнюю неделю ропча на вечно околачивающегося рядом, осаживающего его Потока. Теперь же, при мысли об уходе бывалого товарища, он готов лишь ещё сильнее запанико…
— Хорошая местность для боя, — заметил Стодорог.
— Значит я — сучка Чёрного Доу? — Трясучка ткнул его в другую ногу. В бедро нож вошёл уже глубже. — Да, порой мне выпадает херовая работёнка. — Снова ткнул, куда-то под ягодицу. — Однако же, собаки н…
— Ветер — штука полезная, — проворчал Бледный Призрак. — Скрадывает звук. А раз замёрз ты, рождённый на Севере, подумай, каково сейчас им, привыкшим к теплу и солнышку. Всё в нашу пользу. — Может и в…
— Дурак не станет тем, кем стал я. Я далеко не убеждён, что Чёрный Доу приговорил меня, или даже тебя. Но если и так — от тебя мне какая польза? Величие твоего отца? Оно растеряло почти всю свою цену…
— У меня свои способы. У них слишком много людей, а на тракте недостаточно места, и они рвутся туда так, что вытянулись тонкой линией. В городе несколько всадников и чуть-чуть ребят Ищейки. Может, к …
— Хэй, вождь. — Дрофд сидел над ним, на ветке, прижимаясь спиной к стволу. Обтачивал палочку под древко стрелы, вниз мягко слетала стружка.
Он бежал уже более получаса, ноги месили изрытую колеями слякоть. Длинные лужи в бороздах от тележных колёс отражали сучья чёрных деревьев и стёртое небо. Счастливые миры-зеркала, в которых у него бы…
— Говорил я, что Доу должен был найти тебе применение получше. Ну ладно, меня ждёт жена. Иди, повеселись.
— Никаких, Желток. — Танни опустил трубу и скребнул шею. — Полная неподвижность.
— Почему всё поломано? — проговорил он неожиданно мягким голосом. Он нагнулся подобрать одну из упавших тарелок, не больше розетки в его необъятной ладони, лизнул кончик пальца и стёр с клейма на тыл…
Ручей видел всё, что случилось — среди напора тел, мотаясь под ударами и толчками со всех сторон. Его собственное тело совсем оцепенело от страха. Он видел, как Утроба повалился вниз, покатился в гря…
— Хер бы с тем, что там делал отец, — вякнул Кальдер через плечо. Он наслаждался правом не думать, а просто дать ярости самой нести его. Принести на плоскую верхушку холма, прямо к проходу меж двух в…
Трясучка с ухмылкой высунул язык — не особо ободряюще.
— Под ваше командование будет передан батальон Первого кавалерийского. — Фельнигг сверкнул жгучим взглядом поверх клювастого носа, как бы подразумевая глубоко ошибочной передачу Миттерику чего-либо в…
— Говорят, в Осрунге взяли солидного пленного. Офицера Союза или типа того. Почему бы не привести его сюда, поглядим, нельзя ли вытянуть из него чего полезного?
— Вождь. — Скорри подбросил клинок Утробы, обёрнутый кожаной лямкой.
— Отстань! — выдавил он, молотя ладонью по спине Скейла, будто сдающийся борец. — Отстань!
— Полагаю, увидим. Вот твоя первая получка, парень. — И он вложил в ладонь Ручья крошечную серебряную монетку и снова взялся за перо. — Следующий.
Отец Финри почтительно склонил голову, но когда он сминал недописанное письмо, костяшки его кулака побелели от усилий.
— Застрелить посланца не всегда плохая мысль. — Шутит, но лишь наполовину. — Обратно он уже ничего не доставит.
К валуну привалился человек, непривычно расслабленный посреди всего этого напряжённого и ничего не созидающего труда. Голову он откинул назад, глаза закрыты. Всё его тело в тени, только узкий лучик с…
— Мне казалось, оставшиеся из Тринадцатого…
Настала долгая, неуютная тишина, пока Горст всё это впитывал в себя. Точно губка всасывает капли мочи.
— С ними и северяне, — сказал кто-то, — вроде кто-то из парней Ищейки.
— Я люблю тебя, — под конец выдавил он, и мало слов показалось бы столь жалкими и бесполезными, как эти.
— Кто это был? — пролепетал один из молодцов.
Короля Роуз не видел ни разу. Сразу слева от него на стену запрыгнул северянин. Его прямо сразу закололи двумя копьями, он заорал и рухнул обратно. Воин возле Роуза вставал, наводя арбалет и сыпля пр…
— Постарайся пораньше. — От этого Железноглав резко нахмурился, а Золотой, соответственно, ухмыльнулся. Те двое словно сидели на разных чашах весов. Нельзя придавить одного, без того, чтобы другой не…
Горбушка оставил своих людей за Детьми, а сам с голыми руками и открытой улыбкой взбирался к Героям по травянистому склону. Утроба обнажил меч, прочувствовал кистью его страшащий и обнадёживающий вес…
— Два, — произнёс Йон с ещё более жёстким, чем обычно, лицом. Ещё чуточку жёстче и он смог бы отшибать им куски Героев.
— Но такова война, а, радость моя? — Он начал скатывать знамя Его величества Первого, ногтём разглаживая складки — так женщина могла бы к концу празднества убирать свою свадебную фату.
— Чё-то подкашливаю. — Он откашлялся и выплюнул мокроту на стёртый камень, промеж тонко выделанной кожи на ногах Кальдера. — Всё же сдаётся, жить буду. Кто же так лоханулся, что разрешил тебе выползт…
— Девочка моя, — прошептал он и поцеловал, и она поцеловала в ответ, вплетая пальцы в его волосы. В конце концов, что такое любовь, как не обретение кого-то, кто тебе подходит? Кого-то, кто компенсир…
Сегодня я резал людей, которые не причинили мне ни крупицы зла. Не больше пятнадцати таких человек. И вот я здесь с тем, кто ударил хлыстом одного из моих немногих близких. Какие кошмары мне полагает…
— Нет, Желток, мы просто будем прохаживаться туда-сюда и порой присаживаться отдохнуть.
Это место было сплетением застойных рукавов мутной воды, на поверхности покрытой разноцветными масляными пятнами, гнилою листвой, вонючей пузырящейся тиной, зарослями нездорового на вид камыша — всег…
— Э… ничего… наверно. Остальные как? Ничего?
Вирран из Блая — знаменитый герой с окраин дальнего Севера, орудующий Отцом Мечей. Также прозваный Щелкунчиком, из-за своей треснутой башки.
Поэтому Кальдеру оставалось лишь беспомощно улыбаться, и, стараясь отдышаться, стоять, где стоял, когда Трясучка шагнул к нему ещё раз, а потом ещё. Его устрашающий шрам нависал всё ближе и ближе. До…
— Ну, тогда, порядок. Многие мои парни не находят себе места. Уж очень долго мечи не ложились в ножны. Я бы не прочь отпустить кое-кого домой, к их собственным жёнам. Ты надумал принять предложение к…
Когда опустилась секира, он проснулся, опутанный одеялами. По комнате расплывалась чернота. Не было той тёплой волны облегчения, которая наступает, когда ты пробуждаешься от кошмара. Кошмар уже стал …
— Мы же только что прибыли, капрал, — проныл Желток, наполовину скинув ранец.
— Шоглиг несла херню. Старая проблядь вообще не вдуплялась, когда мне умирать. Знал бы я раньше — точно надел бы чутка побольше доспехов. — Вирран издал некий звук, что-то между смешком и кашлем, пот…
Она была там, ступала, пробираясь через заболоченный двор навстречу ему. Посреди всей этой унылой слякоти, её улыбающееся лицо горело подобно раскалённому солнцу. Восторг сокрушил его, заставил тело …
Сумасшедшая удача, что Миттерик сотворил явную глупость, решив броситься в атаку не изучив местность и не дождавшись света дня, обрекая свою конницу на погибель. Невероятная удача, что никто иной, ка…
Пока два офицера сражались с гнилыми ставнями, Финри удалось выглянуть наружу. Через поля на них накатывал огромный человеческий вал, уже на полпути между деревьями и постоялым двором, стремительно п…
— От их пения есть. Коты разбегаются напрочь.
Замешательство Скейла моментально сменилось неистовством — два его любимых чувства, и между ними ещё не бывало долгого перехода. Маленькие глазки распахивались всё шире и шире, пока глазные белки не …
Вначале был запах. Вроде как что-то подгорело на кухне. Затем наподобие большого костра. Дальше хуже. Едкий смрад, от которого у Горста запершило в горле.
— Порой бывает трудно отличить друзей от врагов. Я велел ему вести себя как человек Чёрного Доу. Видимо, он оказался чересчур хорошим лицедеем. Я слышал, он умер.
Она уже шла дальше. Для неё — мимолётная встреча со старым знакомым. Для него, стоило ей отвернуться — упала ночь. Меня заваливает землёй, у меня во рту комья и могильный песок. За ней стукнула дверь…
— В центре, — произнесла Ишри, — у Челенгорма, громадная масса пехоты готова перейти отмели.
— Потому что Чёрный Доу издавна любил запах жареной человечины, и по сей день не изжил привычек.
Она обернулась, на мгновение недоумённо заморгав на него.
Раздался новый грохот взрыва, за ним незамедлительно последовал хор охов, вздохов и радостных кличей от разбухшей толпы зрителей, выстроившейся любопытствующим полумесяцем на гребне подъёма. В этот р…
— Черта характера, которую я всегда считал самой восхитительной.
— Со своим концом правления я покамест немножко повременю. — Кальдер затянулся — от глубокого вдоха заломило битые рёбра и защипало от дыма.
Горст оскалился, занёс кулак и начал дубасить противника по голове, рукавица трещала о скулу золотого шлема. Вверх-вниз, вверх-вниз, его кулак был молотом и сперва наметил, наживил отсечки, затем при…
— О, я его уже уважаю — что за человек! Верный и сильный, и доверху набит справедливостью. Снаружи подобен стали, но… — Он ткнул себя кулаком в грудь и оттянул нижнюю губу. — Он чувствует. Боль, вот …
Атрок и Агрик уже готовы, надели шлемы и толкались щитами, рыча друг другу в лицо, взвинчивая себя перед боем. Скорри взялся за копьё под самый наконечник, зачерпывая им из банки себе на язык шальной…
Он лежал в грязи. В луже растоптанной жижи, в тени одного из камней. В руке был оторванный флаг.
— Необходимость спешки — вынужденное обстоятельство нашего положения, маршал Крой. И не менее довлеет над нами от того, что является политическим, а не продиктованным природой велением. — Он всосал ч…
— Меня, — отрезал он, затягивая ремень на пряжке. — К успеху ведут правильные поступки. Трудолюбие, преданность, исполнение приказов. К успеху не ведёт то, как… как…
— Маршал Крой! — Первый из магов не утруждался спешиться. Он сидел, сложив запястья на луке седла, покачивая толстыми пальцами. Резню он осматривал с внимательным, слегка разочарованным обликом челов…
— Как оказалось, состояние нормы меняется вместе с прожитыми зимами. По всем статьям последних дней я в норме. Двадцать лет назад я бы решил, что вот-вот сдохну.
Она подняла голову, и вид её покрасневших глаз заморозил дыхание в его горле.
— Если кто и в силах обмануть Великого Уравнителя, то это был — или есть — он. В любом случае он потерян для Севера. Для всего мира. Великий человек, и безутешна по нему тоска.
— Покамест впросак влипли южане, вот тупорылое мудачьё. — Белоглазый стянул шлем и рукавом вытер лоб. — Скейл отбивал их дважды. Первый раз они почапали в лоб, словно решили, что мы сдали им мост. Тв…
Девушка открыла рот, но безшеий заговорил первым, с сочным акцентом и самым нелепейшим, высоким, девчачьим голоском, который Утроба когда-либо слыхал у мужчины.
— Двигай, — резко вмешался Поток, заводя их под арку. Изнутри к частоколу прислонили отбитые створки, неподалёку лежал ствол огромного дерева с обрубленными ветвями — так его удобнее держать по всей …
— Как утверждает твой брат, у тебя самый острый ум на всём Севере. Мне до блевоты надоело слушать, как ему без тебя плохо.
Он услышал самого себя — как жутко ахнул, казалось, чьим-то чужим голосом. Наполовину лысый мужик, с седой шевелюрой за ушами, отвёл руку обратно, и его меч выскользнул из бока Агрика, процарапав ниж…
— По-моему долгому опыту, войны редко существенно что-то меняют. Чуточку там, капельку здесь, но в целом должны быть лучшие способы улаживать людские разногласия. — Он немного подумал. — Короли, знат…
— Бесстыжая. Не думаю, что Хардрик бы тебе подошёл. Он же тупой, как доска. Ты бы и две минуты не выдержала.
— Ты смотрелся так мирно. У меня духу не хватило тебя разбудить.
Роуз начал крутить ручку, увидев, что остальные вокруг него делают то же самое. Кряхтя, потея, матерясь, опираясь о стену, чтоб выстрелить. Он слышал вопли раненых, и надо всем тот дикий вой. Неловко…
— Он хотел… — Утроба немного пошевелил губами, прикидывая, как лучше оформить, но котях остаётся котяхом, как его ни оформляй. — Он хотел предложить мне место Полноги.
Что если они не покинут стену? Вот вопрос, который сходу шёл на ум, но Танни куда как понимал — не стоит бросаться на глаза толпе офицеров.
Горст протянул письмо Рюргену, стиснув зубы, когда боль вспышкой пронзила его плечо. Болело всё. Рёбра ещё хуже, чем вчера. На подмышке была громадная зудящая ссадина, там куда врезался край его нагр…
— Но теперь у меня другая семья. Утроба, Чудесная, Весёлый Йон и остальные. Здоровские бойцы. Здоровские имена. Держатся вместе, ну, занимаются общим делом. Потеряли пару ребят за последние дни. Пару…
— Стодороговой дочке я был мужик что надо. — Кальдер заработал хохоток и себе. — Но чё за дела? — И он кивнул на Трясучку. — Твою чёрную работу теперь делают люди потвёрже, а, Чёрный Доу? Пропала скл…
— Видите? — воскликнул Долгорукий. — Вот такие бойцы нам нужны! Смотрите на этого парня! Подавайте-ка нам таких же как он! Побольше таких немытых поганцев! — Отовсюду смех, и возгласы, и одобрительны…
— Коль он не сдох, а он сдох, и коль у него есть кости, а у него их нет, пущай приходит сюда. — И Айриг приблизился к бойцу и пощекотал его подбородок шипом на конце своей секиры. — И разбирается со …
— Вот это знаменошество, капрал! — Форест находился в паре шагов, водрузив ногу на стену, с ухмылкой поперёк морщинистых шрамов. — Впереди всех, ведя бойцов, на самом опасном и самом почётном месте в…
— О, не опасайтесь, я передам ему всё об этом деле!
— Однако мне надо пи-пи. Как считаешь, стоит сходить к реке или прямо тут, на один из этих камней?
— Должно быть, рвутся в бой не хуже меня. По-моему, они нападают без дураков, а, Утроба? О, клянусь мёртвыми, — и он затряс мечом над долиной, дёргая Ручья туда-сюда, едва не волоча по земле. — Навер…
Дикари таращились друг на друга, выпучив глаза на разрисованных лицах. Им страшно, поняла Финри. Один поднял дрожащую руку и указал на того, кто её придавил.
— Я точно такого же мнения, но прискорбный факт в том, что убиватель я куда лучший, чем врачеватель. Это моя беда. Не, ну конечно я умею зашивать, и знаю как отличить воронью лапку от аломантера, и з…
— У меня есть праща, — в надежде сказал Колвинг.
— И я, клянусь мёртвыми! — Вирран глубоко втянул воздух и выдохнул сквозь свою лучистую улыбку. — Но откуда ж ты знаешь, может у них есть ещё, просто отсюда не видно!
Сержант Лок ринулся вперёд. Напрасная храбрость — срубил щепку с края щита. На щите нарисован мост. Он рубанул снова — как раз когда другой северянин поравнялся с ним на скаку и ударил его топором. С…
Пожалуй, надо бы вытащить меч. Он потянулся к рукояти, но не рассчитал, на каком расстоянии она находится. Вокруг тенями во мгле сновали люди.
— Я честно не знаю, откуда оно взялось. Может быть Блай это единственное место наверху, про которое здесь, внизу, слышал народ. — Вирран пожал плечами. — Да какая разница. Ведь в самом по себе имени …
— Колвинг, — пролепетал один. Никак не больше тринадцати с хвостиком, озирающийся выпученными глазами, на вид — в страхе перед всем на свете.
— Как у них получается шутки шутить? Как они могут шутить проклятущие шутки?
— Его не удовлетворило моё первое предложение. — Байяз с кислым видом подцепил вилкой немного зелени. — Он доказал свою значимость, вот я и сделал более выгодное.
Дивизию генерала Челенгорма, в полном составе, подкреплённую двумя полками Миттерика, парадным строем вывели на пологий травянисто-галечный склон, обращённый к отмелям. Лицом на север. Лицом к Героям…
К её удивлению, отец рухнул в кресло у походного столика, уронив голову на руки. Внезапно он стал выглядеть совершенно другим. Сморщенным, усталым и старым.
Грянул чудовищный, непомерный взрыв, и он, отпрянув, упал на землю, обхватывая голову руками. Он не слышал ничего подобного, с тех пор как гурки подожгли свой заряд и разнесли в мелкий щебень сотню ш…
Скорри в последний раз провёл прямым, как стрела, клинком по бруску и взялся за следующий.
— О. — Едва ли она соображала, что сказать. — Я считала, что вы повыше.
— В строю, на коне или в кругу человек по крайней мере может драться. Хоть как-то рыпаться, чтобы повлиять на исход. — Он вздрогнул, трогая кончиками пальцев свежие швы. — А как сложить песню про тог…
Он взвизгнул, ощутив её руку у себя между ног и давясь от смеха, отодвинулся по стене. Поднял руки, отгораживаясь.
— Айе, Йон. Я им скажу. Знаешь же, что скажу.
— На что смотреть? — Он пристально взглянул на Старый Мост, на поля, и пастбища и гряды кустарника, на реку и скалистую пустошь за ней, пытаясь отгородить слезящиеся глаза от ветра и придать резкости…
— Клянусь мёртвыми, — присвистнул Утроба. — Ё-моё, с каждым разом ты одет всё легче.
— Вот что значит заделаться старичьём. — Поток шагнул вперёд со своей собственной улыбкой и, заодно, со своей собственной хромотой.
Безшеий тяжело поехал вниз — великий зубец бабахнул об его щит. Выдержка заухал от смеха, но союзный съехал вниз лишь настолько, насколько подогнулись его колени, и сразу же взметнулся обратно, отбро…
Чудесная просунула иглу, следом протянула нить и плотно прижала. Обыкновенно, этим бы занимался Вирран, но к сожалению, Щелкунчик уже сметал свои последние стежки.
— Мне понадобится переводчик. Кто говорит на их наречии?
Затем наступила тишина. Рука на её горле на малую долю ослабла — ей хватило, чтобы с содроганием втянуть воздух. Кашель, хрип, снова кашель. Она решила, что оглохла, затем поняла, что весь зал затих,…
— Да, и я удерживал его всеми способами… пока не объявился Союз…
— Пиздец. — Горст мог лишь беззвучно вторить. — Они там, наверху, уже два дня. Чёрного Доу можно обозвать кем угодно, но он не дурак, он будет готов. Ямы вырыты, колья вбиты, а люди за известняковой …
— Нет, — сказал Кальдер. Тут не о чем думать. Он не способен на бегство. Кальдер десятилетней давности, тот кто, не раздумывая, приказал убить Форли Слабейшего, уже скакал бы во всю прыть на самом бы…
— Я сбрила их парой месяцев раньше. Постоянно мешались, когда я шла за плугом.
— Ты ж не думаешь, что все они поместятся вокруг него?
— Конечно, разве ж такие крепыши ради благого дела выдержат разок не перекусить? — Она тюкнула по нагруднику полковника Бринта и выбила из него нервный смешок.
— Правильный поступок для каждого свой. — И он принялся вытаскивать ножи и выкладывать перед собой на землю, начиная от здоровенной штуковины с костяной рукоятью, величиной примерно с короткий меч, и…
Кальдер стоял, покачиваясь, с широко открытым ртом, сердце бухало так сильно, словно решило оторвать ему голову, глаза перебегали с одного ошарашенного лица на другое. Карлы, запачканные Стодороговой…
У него нет меча. Потянулся за ним. Опустился сапог и вдавил его ладонь в холодную жижу, забрызгивая лицо грязными каплями. Он сдавленно захрипел, скорее от шока, чем от боли. И снова, теперь уж точно…
— Вот как меня зовут! — Выплёскивая весь свой гнев, он продолжал бить ногами сложившегося пополам названного. — Вот как меня зовут! Вот, блядь! Как, расслышал?
— Острый ум, как сказал Доу, но опрометчивый.
— Погода идёт нахер, — пробубнила она ему в спину, — и Мид с нею вместе. — Тем не менее, ей пришлось признать правоту Хэла. Нельзя добиться ни для себя, ни для своего мужа, ни для блага Союза, ни даж…
— Снова подвиги, полковник Горст? — спросил он под лёгкие смешки.
— Пожалуй, вам следует вернуться и показаться хирургу, сэр…
— Поднимайся Брак, толстый жирный хряк, — бросила Чудесная. — Пока Йон не сожрал весь твой…
— Я мало тебя знаю, чтоб рассуждать кто ты. Стоял в строю, в битве?
— Зачем? Мои враги здесь. Стодорог сидел, пока Скейл умирал. Сидел и ржал.
— Тебе не нужно время… прожевать это дело?
— Был уговор — я здесь, пока не кончится битва.
— Дезертиры, — сказал Поток, едва ли сбившись со своей хромой поступи. — Повешены и сожжены.
— Нет, — Крой тяжело вздохнул. — Вы делите её со мной. И со всем прочим. Дороги. Характер поля боя. Ненужная спешка.
— Держись ко мне поближе, и щит держи повыше, и всё с тобой будет чудненько. — Он мотнул головой в сторону рассредоточенных в лесу людей. — А они, видя тебя впереди, будут о тебе думать уже намного л…
— Я хочу, чтоб ты стал моим вторым. Водил моих карлов. Прикрывал мою спину.
— Укрепиться? — проскрежетал один из них и ударил Веттерланта мечом. Не полнокровным рубящим взмахом, а всего лишь резко стукнул по руке, от чего полковник поскользнулся, проехавшись боком, задыхаясь…
— Можешь испечь её на своей толстой жопе, вот что я… Ох, умоляю простить меня, миледи, — хватая себя за чуб, пока Финри ехала мимо. Как будто зрелище без нужды голодавших не причиняло никаких неудобс…
Поток поглядел на паренька и покачал головой.
Надо признать, ей приятно обладать над ним такой властью. Всего пара слов и он засиял от счастья.
Люди Кальдера их тоже заметили, и издёвки победителей вмиг стали воспоминанием. Лающие голоса названных звенели сквозь дождь, безжалостно расставляя всех по местам, позади третьей ямы. Белоглазый сор…
Его команда взяла за правило держать большинство вещей в торбах, и теперь стремительно укладывала остальное, Скорри помогал себе бойкой мелодией. Весёлый Йон затаптывал сапогом костерок, в то время к…
— Почитай, что вырастил мальца, — пояснил Утроба, выпрямляясь и бросая вызывающий взгляд.
— Разве теперь его не положено окровавить?
— Доу и должен меня бояться. Кем бы я ни был, я сын своего отца. — Она ещё сильнее сдавила подбородок, глядя ему прямо в глаза. — Я тебя люблю.
Вокруг на отмелях поднимала брызги союзная кавалерия, встречая бросок северян с северного берега и смешиваясь с ними в дробительной, сокрушительной рукопашной. Бойцы Валлимира. Как здорово, что вам у…
Насколько мог судить Ручей, дела пошли вразнос.
На столе стояла деревянная миска, а в ней — фрукты. Она взяла яблоко. Наполовину зелёное, наполовину цвета крови. Пока она в состоянии, ей надо есть. Поддерживать силы. В конце концов, это просто ещё…
Пол тупо ударил в бок. Скрипели и шаркали сапоги.
— Такого я не ждал, — сказал он. А потом рухнул, как камень.
— Забудь. — Танни вздохнул, и встал рядом, и ждал. Внутри шатра бурлили голоса, набирая громкость.
— Кальдер. — Лицо Ищейки посмурнело, как ещё не бывало. — Младший сынок Бетода. Гадюка.
Скабна уставился на него, поднимая щит, чтобы прикрыть их обоих.
— Вон в тех лесах, под Соляной горой, Скейл. Сразу, после выхода Доу, он должен повести всадников вдоль Устредского тракта и захапать Старый мост. С ним и Кальдер.
— У нас нету ничего! — Старик с краю махал костлявыми руками. — Ничего нету у нас!
— Кто сказал? — взвизгнул Выдержка. — Кто тут пиздеть научился…
— Мы с тобой наверх не идём, — влетел в уши голос Дна. — Нельзя присматривать за твоей жопой, коли ты надумал сунуть её в волчью пасть.
Он пересилил себя и выглянул в окно. Воины Союза наводняли площадь, тяжеловооружённые, и позади шло множество новых. Дюжины. Сотни. В них били стрелы из домов, прямой наводкой. Повсюду трупы. С крыши…
— Должен признаться, мне не совсем по нраву пришёлся тон нашего недавнего разговора. Он напомнил мне кое-что от твоего отца. — Байяз помедлил, словно ожидая ответа, но Кальдеру нечего было сказать. —…
— Разок было дело. Пришлось постричь мохнатую манду твоей дочурки, а то никак не получалось ей присунуть.
— Так вот тебе ещё одно. — Ищейка подался вперёд, отставил указательный палец, прижал им одну ноздрю и высморкнул соплю прямо в раскрытую ладонь Кальдера. — Сделаешь хоть шаг к югу от Каска, и я выре…
— Значительному урону и смятению! — эхом откликнулся Сауризин.
Должен ли он сдержать обещание, ринуться помогать брату с риском подставить всю армию голой жопой к врагу? Или остаться за стеной и пусть задницей на ветру сверкает Скейл? Ведь так безопаснее, верно?…
— Не знаю, как мне только вас и отблагодарить…
Утроба поймал прищуренный взгляд Трясучки, пожал плечами и, пригнувшись, прошёл под облепленной плющом аркой, чувствуя, что суёт голову в волчью пасть, и гадая, когда же щёлкнут клыки. Вдоль по обвеш…
Кальдер дотянулся до рукояти меча и вытаскивая его, устроил целое зрелище, заметив, что люди его брата — его люди — встают из-за Клейловой стены и готовятся вступить в битву. Время написать первый ку…
— Совершенно согласен, дружище! Я только поговорить!
Митерик выпрямился, на скуле, с одной стороны его переросшей головы, заиграли мышцы.
— Кто знает, почему кто-то поступает так, а не иначе? Мир охренительно сложная штука.
Она потянулась, оглядывая через плечо заросшую паутиной каморку. Она предпринимала отдельные усилия прибраться, но приходилось признать — домработница из неё никудышная. Узнать бы, что стало с хозяев…
Он пошевелился, содрогнулся, затем показалась слабая улыбка.
— С тобой готово. И тоже ничего работа вышла, хоть я и сам себе пою хвалу. Может, брошу убивание, да займусь врачеванием.
— Капрал Танни! — Желток приближался залихватской походкой — чем-то средним между походками сутенёра и работяги. Сапоги изгвоздились в земле, заляпанный китель расстёгнут, обнажая полоску голой потно…
Он проехал сквозь расположение людей Железноглава, впитав их насмешливое презрение, и Стодорога, впитав их враждебность, и теперь вступал в леса на западном крае долины, где собрались люди Скейла. Лю…
— Он же лучший военачальник! — Ей было нелегко удержаться: не схватить мага за лысину и не впиться в неё зубами. — Единственный, кто хоть пальцем пошевелил, чтобы прекратить бессмысленную бойню! А вы…
— Вождь! — Агрик спешил с другой стороны Героев. — Дрофд вернулся. И не один!
— Утроба, старый хрен! — Когда он повернулся, Утроба заметил, что одна сторона его ухмыляющегося лица вся в кровавых точках и пятнах. — Где ж ты, ад побери, ошивался?
Но усмешка Кальдера оказалась стальной. Все потуги Байяза от неё тут же отскакивали.
— Скажу. — Человек с металлическим глазом приблизился, что-то вынимая из-за пояса. Нож — она уловила в полумраке короткую вспышку. И Элиз тоже увидела, заскулила, крепко вцепилась в пальцы Финри и та…
— Почему ж они до сих пор не напали? — желал знать Белоглазый.
— Отнюдь без удовольствия, но говорят, полководец обязан быть готов ко всему. — Крой отследил тракт до перекрёстка и постучал пальцем по бумаге. — Что тут за город?
— Дошёл слух, тебя вернули из ссылки, и — смотри, каким первым парнем в округе ты стал — мы решили, почему б не приехать, не побдить-подежурить. На случай, вдруг кто что удумает. И вот ну надо же…
— Да ещё такой здоровый. Ты, парень, на пару вёсен опоздал. Где ж ты был?
— Вождь? — Насколько Утроба смог в полумраке, сквозь трепыхание волос на ветру, разглядеть лицо Дрофда, парень выглядел обеспокоенно. — По-моему, Брак не хочет вставать.
— Это Осрунг. Старый город, стоит в полях, с мостом и мельницей, должно быть… сотни три или четыре народу в мирное время? Несколько каменных построек, а в основном деревянные. Окружён высоким частоко…
— Твоя распря не со мной? — Вирран начал осматриваться с таким видом, словно искал с кем ещё она могла быть. — Уверен? Бой — сволочь непредсказуемая. Пока вытаскиваешь клинок, трудно сказать, куда он…
В этом неистовстве он потерял короткий клинок, застрявший в чьей-то спине. Может быть и солдата Союза. Сейчас Горст находился по ту сторону подобных переживаний. Вряд ли он в силах расслышать хоть чт…
— Ага. Я бы посоветовал вам, парни, присесть и снять сапоги. Таким раком мы их весь день продержим.
Доу усмехнулся, но в усмешке не было веселья.
Финри только сейчас, в первый раз оторвала глаза от свитка. Сейчас она так близко к Байязу, что ей виден каждый седой волосок его бороды, каждое бурое пятнышко на его лысине, каждую глубокую, жёсткую…
Но, подумал он, быть может, оно продлится подольше.
Ладонь Горста мигом разжалась, и он легонько сдвинул её так, чтобы два пальца остались под подбородком Брока, точно он проверяет пульс.
— Танни! — Форест, согнувшись в три погибели, крался сзади сквозь заросли. — На той стороне ручья — северяне!
— Серьёзно? — Доу повернулся к нему, презрительно оттопыривая губу. — Ох, ебутся ж кони, как же мне повезло! — И он оттолкнул плечом Золотого и повёл своих людей к стене.
— О, Вирран, ты так заебато глубок. Я бы часами сидела и разгадывала смысл каждого твоего слова.
— Шшшш. — И она поцеловала его в губы: с одной стороны, потом с другой, и посередине. Его дыханье смердело, но ей было всё равно. Она не собиралась позволить ему всё поломать. — Разговоры потом. Сейч…
Они знали, кто она. Кто её отец. Без малейшего понятия как, но знали. Это или добрый знак, или очень плохой. Она взглянула на пожилого, и он одарил её легчайшей, извиняющейся улыбкой, затем содрогнул…
— Похоже, пора. — Чудесная протягивала руку.
— Приемлемая для кого? Где прикажете нам её печь?
Остаюсь самым преданным и недостойным слугой Вашего величества,
Она выскочила на открытый воздух. Байяз успел пройти не больше пары дюжин шагов, негромко разговаривая со своим кудрявым подручным.
— Я заверил маршала Кроя, что к полуночи мы выйдем на позиции к стенам Осрунга. Нам нельзя мешкать.
Пробежал бормоток, затем кое-где смешки, затем очередная, слабящая кишки волна железного лязга. Доу пожал плечами и шагнул вперёд.
— На мой взгляд, лучше бы побыстрее определиться с выбором, не позволяя ситуации вырасти в… предмет раздора. Меня нельзя счесть беспристрастной, но, даже так, я искренне верю, что мой муж — самый луч…
— Почётное место? Чёрный Доу? Он предал пощадившего его человека, и отнял цепь моего отца. Почётное место? Он сделал то, чего я больше всего и боялся. Поставил тебя под главный удар безудержной вражь…
— Само собой. Все твои верные решения — мои.
Горст нахмурился на его тело. Он мёртв, а я, своекорыстный трус — вот кто я, ещё жив. Он втянул ободранным носом воздух и выдохнул его из ободранного рта. Жизнь — нечестная штука. В ней нет никакой с…
Доу что-то проревел через плечо, но Утробе не удалось его расслышать. Разве можно вообще расслышать хоть что-то в шипении дождя и гуле хриплых голосов, громких, как сама буря. Поздно отдавать приказы…
— Верно подмечено. Всё ж видок у него не простой.
На западном крыле генералу Миттерику улыбнулась удача. Северяне дважды отражали его штурм Старого моста, но с третьей попытки наконец-то дрогнули и сбежали к низкой стене расположенной вдали, за обши…
— Можно мне позаимствовать вашу подзорную трубу, ваша милость?
Доу с отсутствующим видом почесал шрам, где раньше находилось его ухо.
Прежде чем Горст успел сдвинуться с места, между ними, спотыкаясь, вклинился союзный солдат, согнувшийся от раны в животе, черпая горстями собственную кровь. Горст нетерпеливо сшиб его с дороги щитом…
— Горбушка вернулся. — Последнее в чём Утроба нуждался за спиной, был шёпот Трясучки. — И он разжился дружками.
Утроба скривился. Это всё равно, что в публичном доме забраться на стол и призвать к целомудрию. Он почувствовал сильнейшую тягу отступить в сторону, как, быть может, от облитого маслом, когда повсюд…
— От Ищейки, — который весьма разумно использовал малейшую возможность отделить себя от Мида как можно большей территорией, — или генерала Челенгорма, — чьи люди в таком раздрае после вчерашней беды,…
— У всех есть свои причины, так говорил мне отец. Весь вопрос — узнать, каковы они. Тогда мир становится прост.
— Так вот — тут всё точно так же как там. Причём на деле, знаете ли, из-за всех этих тревог, и страха, и давления со всех сторон — ещё хуже. Не так уж много тех, кто мыслит своей головой, когда риску…
— Хуя ты выдал. Может мне надо было выбрать её на твоё место?
— Оставь до завтра. Прибереги гнев для Союза.
Он наполовину разрубил голову лошади. Её наездник, северянин, клоун в дешёвой пьеске, всё ещё натягивая поводья, разыграл комическое удивление, когда завихлявший скакун обрушился под ним. Всадник вск…
— Повезло, что я всегда был урод уродом. Буду смотреться не хуже прежнего. Узнали, что по нам ударило?
— Не в моих правилах просить извинений, — твёрдо сказал отец. — За провал я несу полную ответственность, за потери несу полную вину.
— Вопреки расхожему мнению, не очень-то меня и прёт вешать женщин. Стану ещё чуточку мягче — придётся прозвать меня Белый Доу! — Новый круг хохота, и Доу провёл в пустоту шквал ударов, таких быстрых,…
Он застыл в темноте, согнувшись, с руками на коленях, грудь ходила ходуном точно мехи. Голоса галдели и перекрывали друг друга. Голоса на северном наречии — расслышал он к великому облегчению.
— Хочу? — пролаял Доу, вскинувшись на него, как взявшая след гончая. — Хочу? — Ещё ближе, Утробе пришлось прижаться спиной к стене. — Я добьюсь, чего хочу, когда перевешаю весь, блядь, Союз и долина …
— Надо доверять своим офицерам, или они никогда не станут достойны доверия.
— Встарь? Ха! Люди любят, затуманив взор, мечтать о том, как оно было раньше. Эпоха Героев и всякое такое. Что ж, я-то помню, как поступали в старые дни. Я там был, и хрен ты найдёшь разницу с тем, к…
Мид устроил свою ставку в общем зале постоялого двора, просторном, по меркам Севера, как дворцовая палата, вдвойне высоком и с галереей на уровне второго этажа. Его и украшали всю ночь как дворец — р…
— Это предостережение, — прошептал Терпила.
Он процокал вниз по склону, пришпоривая коня на запад, к Адуэйну, по пятнистой от луж дороге. Местность понижалась к реке и кишела людьми Челенгорма, до сих пор безуспешно пытающимися обрести некое п…
Наконец там был глава этого разношёрстного семейства упырей — сам Чёрный Доу, провозгласивший себя хранителем Севера. Он вольготно уселся на трон Скарлинга, поджав одну ногу, и легонько постукивая по…
Сперва он шёл вразвалку сквозь нестройную россыпь бойцов, потом пробивался сквозь толпу поплотнее, затем проталкивался плечами в не продохнуть-какой давке, вокруг громоздился страх, стремительно нара…
Финри не смогла бы ответить, как долго бодрствовала, сидя у окна на дорожном сундуке, сложив руки на холодном подоконнике, положив голову на запястья. Достаточно долго, чтобы на севере, от небес стал…
— Ох, черёд наш хренов. — У него защипало нос. Он поднял взгляд на ветви, на чёрные листья и яркие трещины неба меж ними, на сияющие капли воды по краям. Веки усиленно затрепыхались, отгоняя слёзы. О…
— Дивизия генерала Челенгорма здесь, к западу от нас, — бумага хрустела под указкой Кроя. — Он продвигается на север, сжигая поля и деревни, надеясь принудить северян к бою.
— Будет лучше, если полковник Фельнигг отвезёт его лично. Лорд-губернатор Мид не… самый ярый поклонник северян.
В живот вдавилось колено, расплющивая её об стол. Щёку обдало горячим, мерзким дыханием. Голова сейчас лопнет. Она уже мало что видела вокруг, всё стало таким ярким.
— О, я знавал несколько великих воителей, которые не были чокнутыми. Только бездушными, бесчеловечными, самовлюблёнными скотами.
Час назад она не надеялась на собственное спасение. Её колени чуть не разъехались, при мысли остаться в живых и, вдобавок, спасти шестьдесят человек. Но надо попытаться ещё раз.
— Моё? — изумилась Чудесная, прищуривая на них глаза. Ручей не знал, что и думать о женщине, которая сражается, не говоря уж о той, которая командует дюжиной. Тем более той, которая теперь его вождь.…
— Тогда кто ты, Вирран? Псих или бездушный хер?
По каким-то лишь себе понятным причинам он снял рубаху совсем и стоял средь них голый по пояс, с Отцом Мечей на плече.
Частокол почти потерян. Он заметил на настиле одного высокого союзного, мечом показывающего на мост, хлопая по спинам людей, стекавших с лестниц по обеим бокам от себя. У ворот до сих пор держалось н…
— Да если бы. Бродда Стодорог попытался подстроить моё убийство.
Чем ближе надвигались всадники, тем ниже они приникали к коням, опуская копья. Чем быстрей они двигались, вытягиваясь в смертоубийственном галопе, тем медленнее ползло время. Хотелось бы Кальдеру слу…
— Сэр! — Реттер заметил, что обхватил себя за плечи, вжимаясь в седло, превращаясь в как можно меньшую цель. Осознал, что выглядит трусом и через силу выпрямился. На том берегу он разглядел людей, су…
— Ох, понял. Посоветуешь чего-нибудь? — спросил Кальдер, уповая на то, что старый воин прищурит взор и выдаст ряд чётких, отточенных наблюдений о том, как Доу слишком высоко уводит кончик, или слишко…
— Айе, блядь! — Йон занёс секиру в пробном взмахе и вырвал застёжки из браковых рук.
— Я — это я! — выпалил Кальдер. — Всем известно, что я обманщик! Просто я… — Вслух прозвучало глупо. — Ждал от тебя лучшего. Я-то считал тебя правильным мужиком. Считал, ты поступаешь так, как встарь.
— Я хочу, чтоб твои бойцы удержали Осрунг. По-моему, завтра они крепко на вас набросятся.
— Если б мир был устроен так, — промолвил старый воин, — нам бы не понадобились и мечи. Не обижайся, Кальдер, но Стодорог ненавидит тебя, как чума ненавидит живущих, и ровно столько же теплоты питает…
— Залп! — Позади, раздался шквальный порыв щелчков и стуков. Северянин вывалился из седла, пронзённый арбалетными болтами. Другой вопил, не удержав секиру, хватаясь за стрелу в щеке. Горст отупело ра…
— Я величайший воин на Земном Круге. — Входящий-Со-Стуком вовсе не похвалялся, пыжась и выпячивась, как мог бы Глама Золотой. Он и не угрожал, сжимая кулаки и пылая гневом, как мог бы Кайрм Железногл…
Скарлингов зал в Карлеоне, полумрак теней, за высокими окнами слышится река. Много лет назад, когда отец был королём Севера. Он видел, как более молодой он сам восседает на Скарлинговом троне и проти…
Был тупой удар и из его куртки вылез наконечник стрелы. Долгий миг он молча таращился на него, затем, поперхнувшись, набрал воздуха и заорал. — Ай, бляя! — Он заныл, скорчился, пронзительная боль уко…
— Который мог бы стать ещё лучше, — произнёс Железноглав, кривя губы на Золотого, — если б мы только перебрались через броды.
Он захрустел по гальке туда, где находился Валлимир, до сих пор безрезультатно споря, на каком берегу реки его людям продолжать заниматься ничегонеделаньем. Подозреваю, вскоре это станет неуместным. …
— Ждём. — Поток втянул по ступеням свою негнущуюся ногу на чердак. Кольчуга сверкала росой на его плечах. — Долгорукий поставил нас держать два дома, этот и тот, через улицу. Я буду там.
— Видишь, сколько их там? — пролепетал кто-то.
— Хуй криворукий, — прошипел Доу и откинул Кальдера от себя, как отмахнулся от мухи. Крутясь и взбалтывая слякоть каблуками, тот пронёсся через весь круг.
— Нахуй с дороги! — проскрежетал он, опрокидывая солдата на землю и пройдясь по нему, как по коврику. Вспышкой промелькнула сталь, и щит дёрнуло наконечником копья. На мгновение ему померещилось, что…
До стены добрались и другие солдаты. Мокрые насквозь, сбившиеся, вымотанные. Один перелез через неё, подошёл к пугалу и поднял меч. — Именем Его величества, бросай оружие! — проревел он. Раздались см…
— Лес проклятых, ебать его за ногу, — прошептал он. Вести сюда батальон — всё равно, что гнать стадо овец через канализацию. И, как всегда, по извечному непонятному закону, они, с четырьмя галимейшим…
— Нет, эти — вчерашние. И они наши. Видимо из разведчиков Ищейки. — Полковник указал на небольшую кучку роющих могилы северян, среди них бросались в глаза высокий с красной птицей на щите и коренасты…
Трясучка задумчиво повращал кольцо на мизинце. Проблескивал красный камень.
Вдобавок, будто бы для устрашения не хватало имени Чёрного Доу и его усмешки, тот, чтоб уж наверняка, решил подкрепить их грудой стали. Длинный серый меч прислонён к трону Скарлинга с одного боку, за…
— О. — И он снял с пояса отцовский меч, подержал в руке и протянул ей. — Можешь убрать подальше?
— А как же? Два дня назад, на этих самых отмелях, вы один напали на врага и спасли мою дивизию. Установленный факт, я сам частично засвидетельствовал тот бой. А вчера вы были на Старом мосту? — Горст…
— Видать, забота о восьми жизнях не достаточно тяжкая ноша, раз мне на шею повесили камень предназначения какого-то чокнутого.
— Наберёшь новых. Раньше-то находили. Пройдёт пара-тройка дней, и даже не вспомнишь, что кого-то не хватало. — Печальный факт в том, что, скорее всего, это правда. Так постоянно и было, когда они тер…
— Названный. По-моему знаменитый. — Как же он раньше любил его гордо произносить. А теперь имя жгло ему язык. — Шама Бессердечный.
Её рука скользнула по его руке и прижала беспокойные пальцы к камню.
— Отставить. — Крой уже сидел за столом и макал перо в чернила, чтобы писать приказы. — Ночью оставайтесь на месте. На таких дорогах, при такой погоде от спешки будет больше вреда, чем пользы.
— Что происходит? Что происходит? — Паника. Происходит паника. Уму непостижимо, насколько быстро способна распасться нерушимая твердыня армии. Насколько быстро герои дня превращаются в ночных подлых …
— Генерал Челенгорм приказывает нам отправить по ней Первый батальон. Убедиться, что северяне не воспользуются ею против нас.
— Что нам с ним делать? — Ручей понял, что спрашивает хрупким голоском, показывая на Колченога. Тот глухо стенал в грязи, рваная одежда блестела вязкой чернотой.
— Добро. Мало кому доверил бы я это дело, но ты — прямой, как стрела, ты старой закалки, Утроба, всё правильно. Правильный мужик. — Вирран улыбнулся ему. — Предай его земле.
— Помогал матери с огородом. — Кто-то позади прыснул, и Ручей резко развернулся, бросая надлежащий суровый взгляд. Извиняющаяся ухмылочка Брейта увяла, тот опустил взгляд на свою измождённую обувку. …
— Надеюсь так и есть. Всё о чём я — если ты планируешь интригу-другую, будь готов, что он уже готов, и ждёт от тебя неверного шага. Повода не долго мучаясь велеть Колю Трясучке смазать секиру твоими …
— Мне бы хотелось сделать Опкера командующим моей дивизией.
— Слушайте, может договоримся? У меня есть деньги…
Доу приподнял изъеденную царапинами бровь на пожилого. Пожилой пожал плечами.
Генерал крутанулся в одну сторону, потом резко обратно, выворачивая каблуком дёрн, бросаясь туда-сюда, словно верная стратегия постоянно пряталась у него за спиной.
— Быстро они, — прошептал он, облизывая губы, и не замечая, что нога больше не болит.
— А я-то думал, ты умный! В таком духе ты так доумничаешься, что вернёшься в грязь, а с тобою и я. Вот и будет тогда всё отцовское наследие. Мир? В одном дне от победы?
— Есть люди получше меня. Помоложе. Люди, у кого покрепче колени, и посильнее руки, и посуровее имена. — Доу просто смотрел. — За последние дни я потерял много друзей. Слишком много. Вирран погиб. Бр…
Входящий-Со-Стуком — дикарь ростом с великана, одержимый навязчивой идеей цивилизованности. Вождь всех земель к востоку от Кринны.
— Значит, побоку стрижку, в общем она взялась за меч, и подняла ещё кое-кого в долине сделать то же самое, и устроила засаду. — Глаза Чудесной сверкнули в огне костерка. — Ещё бы.
— Нет у меня времени. Готов поспорить, это просто письмо от мамы.
— Эта — нет. — Толстый палец мага обвёл другую реку, к северу от первой. — Земли между Белой рекой и Каском, включая город Уффрис, переходят под управление Ищейки. Они становится протекторатом Союза …
— Финри. — Отец выступил вперёд, протянул к ней руки и крепко обнял. Ей стоило бы рассыпаться в слезах благодарности, но в итоге это он оказался тем, кто смахнул рукавом что-то из своего глаза. — Я д…
— Моя подруга. — Доу даже не глянул вверх. — Точнее, когда я говорю подруга…
Финри уже слезла с лошади и пешком пробиралась в город. Он пошаркал за ней, в голове пульсировало, лицо жгло — и догнал её лишь в воротах. Ему подумалось, солнце должно быть уже на исходе, но разницы…
— Ведь кто-то же должен. — У них так мало схожего. Идеалист и прагматик. Зачем же она за него вышла? — Бринт выглядит… хорошо. С учётом обстоятельств. — Финри обнаружила, что надеется на то, что всё …
— Пожалуй, нет. Грязь есть грязь. К тому же, после смерти брата над ним нависла тень. Прямо заметная глазу. По крайней мере, моему. Паренёк долго бы не протянул.
— Знаю, и тут ничего не поделаешь. Входящий-Со-Стуком, тот здоровила, схвативший вас? Он чудной до безумия, как шлем из травы. Я ему не указ. Никто ему не указ. Знала б ты, какой ценой я тебя добыл. …
— Айе! — Выдержка едва не верещал, на висках проступили взбухшие жилы. — Пускай приходит сюда и разбирается с… с ним! С Айригом! Вот так-то! За побег Железноглав велит вас, мудаков, повесить! Как он,…
— Видать, да, — бормотнул Утроба под нос, хотя далеко не был уверен, что с Чёрным Доу произошли настолько большие подвижки.
— Лорд Байяз, э-э… — Денка исподлобья посмотрел на Сауризина, который при этом начал неистово ёрзать. — С сожалением сообщаю вам, что… одно из устройств, взорвано.
Его глаза перекочевали на Финри, и он неловко прочистил горло. Пало безмолвие. Один за другим командиры следовали его взору, и она судила о своём состоянии по их лицам. Они едва ли предстали бы более…
— Я хотел поблагодарить вас, — вымолвил полковник Бринт, с козырька его шляпы капала вода.
— Но ты оставался в заложниках. — Скейлова бровь наморщилась от мыслительных усилий. — Зачем возвращать тебя обратно?
— Говорят, твоё слово недорого стоит. — Глаз Трясучки уставился на дерзновенную руку и Кальдер осторожно её убрал. Пускай он редко бывал храбр, зато его храбрость никогда не покидала пределов здравом…
— Хорошо, потому что я останусь пронаблюдать. Меня сопровождают несколько господ из Университета Адуи. У них есть разработка, которую мне любопытно испробовать.
— Ваша забота о моей безопасности тронула меня, полковник Горст, но…
— На помощь! — вскричал Ледерлинген, но слабо, хрипло. Он не помнил, когда проезжал мимо последнего солдата Союза. Перед тем как заехать в промоину, он вроде бы заметил разведчиков, но с тех пор прош…
Ручей откинул одеяло и метнулся через коряво обшитую досками комнату, пригибаясь под низкой балкой. Сон и злость позабылись сразу. Он пинком захлопнул скрипнувшую дверцу большого посудного шкафа, отт…
— Если случится невозможное и мне остро потребуется твоё мнение, я тебе об этом скажу. А до тех пор заткнись, полудурок. Человек с опытом Кёрндена Утробы не забредёт сюда на гору просто, чтобы его уб…
— Потому что война есть пустая трата и времени, и денег, и жизней.
— Айе. — Ручей переводил взгляд с одного лица на другое. — Айе. — И пошёл прочь.
— Трубку хочешь? — предложил Долгорукий, из чашечки завивался дымок.
Колёса протестующе взвизгнули, выдавливаясь из болота на дорогу. Резко упёршись в пустоту, Горст пошатнулся и шлёпнулся лицом в топь, рядом упал один из солдат. Ему удалось подняться, когда фура загр…
Кальдер вообще его не услышал. Он протолкнулся меж двух убийц и поспешил подняться на бугорок, чуть западнее, распихивая мрачнолицых воинов у Клейловой стены, чтобы взглянуть вдаль, за ручей.
Стало быть, налёт. Всё это вызвала мелкая вылазка наудачу, вылазка, спровоцированная пустым бахвальством Миттерика своими флагами. И здесь не ждут ни слава, ни искупление. Лишь глупость, трусость и м…
— Я всё вижу, — прогудел гонец, — но генерал просит вас сохранять текущее местоположение.
— Кромешное отчаянье. Надеюсь, с ним всё будет хорошо.
— Стой! — заорал он, оборачиваясь кругом, бросаясь в ячмень навстречу своим, и вскидывая руки. — Построиться! Лицом на север! — Наилучшее, что можно было сделать, не так ли? Что им ещё оставалось? — …
Железноглав решил, что сейчас лучше всего предпринять второе срочное отступление. И не отводил глаз от оружия Чёрного Доу — на случай, если понадобится отступать ещё более срочно. На этот бой он стре…
Доу посмотрел на свою руку, сжал её в кулак и вздохнул.
— Здесь маршал Крой. — Генерал тут же сдулся, как подушка из которой вынули половину набивки.
Трясучка манящим жестом поднял ладонь, на мизинце во мраке, цветом крови, блеснул крупный рубин. Не давая Кальдеру иного выбора, кроме как подойти ближе, ещё ближе, гораздо ближе, чем было бы уютно. …
— Мы провели наступление. — Горст моргнул, заметил Финри и, похоже, запнулся, затем беззвучно поднял и уронил руки. — Мы проиграли.
Глаз Трясучки передвинулся обратно на Кальдера и застыл.
— Бремер. Вы выглядите… счастливым. — Она вопросительно подняла бровь, как будто улыбка на его лице была столь же неуместной, как у коня, у камня или у трупа. Однако, привыкай к этой улыбке, ибо она …
Они оставили позади подбирал-мародёров и с ними картину былого сражения. Вниз, по тихой тропке у крестьянской избы, где Скейл будил его с утра парой дней ранее. Где Байяз гораздо грубее разбудил его …
— Неплохо, сэр, большая часть Шестого уже здесь, хотя во многом недостаёт снаряжения. — Веттерлант повёл их по траве, солдаты как могли, старались освободить им проход посреди хаоса. — С нами один ба…
— Не знала… — Было настолько много всего, чего она не знала, что она даже не знала, как продолжить.
Крой одёрнул и подровнял мундир, пододвигаясь к грандиозной карте, настолько большой, что чтобы уместить её на самой просторной стене захудалой лачуги, ей завернули края.
— Обратно в змеиное логово, — пролепетал Кальдер.
— Я уже предвкушаю развлекаловку на сегодня. Меня прёт сидеть на вершине холма и смотреть, как ко мне карабкаются. — Невзирая на все преимущества их позиции, нельзя было того же сказать об Утробе.
— Всё замечательно. — И Горст побрёл мимо, бултыхая сапогами по слякоти, прочь, между палаток в безумный балаган, что, словно по волшебству, распускается в ближнем тылу после любой остановки армии бо…
— Да и хер с твоей удачей. — Она сграбастала его рубашку и подтащила к себе. Она гораздо сильнее, чем казалась на вид. — Я ни капельки не стала бы ничего менять.
— Он самый, либо где-то повздорили на конюшне. Думаешь, на конюшне чего-то не поделили?
— Стирийская кожа, заказывал в Талинсе. — И он водрузил сапог на камень у костра, дабы получше рассмотрели старые названые Долгорукого.
— Говно! — выругался он, дрожащей рукой выхватывая следующую стрелу.
Он всегда гордился почётом, и всеобщим признанием. Правильный мужик, прямой, как стрела, все дела. Несмотря на это, мёртвые друзья превзошли живых уже давным-давно, и за последние дни заметно усилили…
— Дно Канавы. Ты всегда являешься в мои самые яркие моменты.
Кальдер знал, что это сон, но ощутил прежний стылый ужас. Попытался закричать, но рот оказался забит кляпом. Попытался двинуться, но оказался связан — туго, как Форли. Связан тем, что сделал, и тем, …
— Сейчас, наверно, готовится к сбору урожая. Вместе с детьми.
— Я не знаю! — Она с трудом понизила голос. — Не знаю. Один бой за один раз. — Пилит о скобу. — Один бой за… — Ладонь соскользнула и она опрокинулась на спину, почувствовала, как металл прочертил жгу…
— Да хера там. — Улыбка мужика светилась бледной прорезью на истаивавшей в черноту роже. — В основном спали.
— Мы движемся на… север? — спросила Элиз.
Фельнигг — офицер старой закалки и редко обманывал его ожидания — одно из качеств, за которые Крой всегда был тому признателен. Но ненависть к Миттерику была, очевидно, не по плечу его выдержке.
Вокруг стола стояло шесть стульев. Один стул занял новый лорд-маршал Его величества, втиснутый в парадный мундир с золотой окантовкой и слишком тесным воротником. Второй занимал Байяз, постукивая тол…
— Прочий Север, до самой Кринны — твой. — Байяз просунул в рот последний кусочек рыбы и помахал вилкой. — За Кринной начинаются владения Входящего-Со-Стуком.
Он встал, выпрямить ноги оказалось не так-то просто, и утёр слёзы тыльной стороной запястья. Вспомнил, что не ел с тех пор, как вчерашним утром покинул Героев.
Ручей только сейчас начал понимать, что к чему. Северяне провели собственную атаку, точно как сказал Поток, и подловили Союз, пока те вязли по домам и извилистым улочкам. Прогнали их обратно за реку.…
— Да кого колышет: высоко, низко — если ты добьёшься заслуженного успеха?
Ручей рванулся наружу, крича, отшвыривая дверцу. Распахиваясь, один угол заклинило досками пола, и он ударился об неё, ныряя вперёд, теряя равновесие. Выбора нет, только бить.
Утроба снова сгрёб его за плечи и встряхнул.
— Совсем иной. Он молод, хорош собой и храбр.
Он услышал голоса, шум продирающихся сквозь поросль людей, отпрянул за ближайшее дерево, выглядывая из-за него, как испуганный ребёнок поверх пододеяльника. Солдаты Союза. Он вздрогнул от облегчения,…
— Первый кавалерийский полковника Валлимира до сих пор развёртывается!
Ручей открыл рот, а потом закрыл. Похоже, ему нечем парировать эти слова. Примерно столь же разумные, как всё, что случилось за последние дни.
— По-моему у них есть один подходящий батальон, только что получивший обратно своих лошадей…
— Не вижу смысла. — Взгляд Кальдера нервно метался по сторонам, поверх змеившейся перед стеной цепочки факелов. Цепочки его людей, плавно повторяющей земляные возвышенности и впадины. «Местность — го…
— Ха! Что сказать, головастый он был, Бетод, каким бы ни был помимо этого. Но всё ж таки не сумел окончить войну, которую начал. — Доу нахмурился на вымазанную кровью кисть, шевеля пальцами. — Раз к …
А вот теперь раскраснелись его щёки. Словно само это название было пощёчиной.
— Я? По-твоему большая добавка? Застрели его, Желток.
Доу схватил его за шкирку, грубо рванул вперёд и наставил лицом в сторону Детей, где копошилась жирная куча союзных. Совсем как муравьи на разорённом муравейнике.
— Прости! — Молодой боец с дрожащим луком в руке. — Я не хотел, просто…
— Конечно. Конечно, должна. — Она наклонилась и поцеловала его в лоб, а он закрыл глаза, на миг придержав её за плечо. — Завтра повнимательнее. Уж лучше я потеряю десяток тысяч, чем тебя.
Ещё немножко света в небесах, ещё немножко подробностей в мире, и люди лорда-губернатора Мида ринутся к городу из траншей. Могучий правый кулак армии её отца. Она до боли прикусила кончик языка. Вост…
Такое ощущение у меня в штанах. Если б мне и впрямь повезло, ты бы просунула туда руку. Я что, слишком много прошу? После спасения армии, ну и так далее? — Я… — Я так извиняюсь. Я люблю тебя. Отчего …
— Прости, вождь. — И он прочистил горло и чуть ли не с достоинством отвёл взгляд.
— Не смотря ни на что, провал на мне. — Челенгорм извлёк меч и протянул его. — Нижайше прошу освободить меня от занимаемой должности.
Как же ж, мать его, тоскливо всё обернулось. Какие возвышенные надежды питал отец.
Снаружи ветер надувал холодом пропитанную кровью рубаху и пропитанные ссаньём штаны, вгоняя Ручья в тряску. Булыжники покрыты пылью и пеплом, щепками досок и обронённым оружием. Повсюду раскиданы мёр…
Старший сержант Форест — заслуженный унтер-офицер при штабе Первого полка.
— Я готов. — И он вытащил меч, и взглянул вниз, на союзных воинов, громоздивших сотни за сотнями, расплывавшихся под дождём в пятна, кляксы и сполохи красок. И он улыбнулся. Может быть, Вирран прав, …
— Не один Байяз умеет преподносить сюрпризы. Попозже днём у меня найдётся кое-что и для него.
Валлимир пошёл прочь размеренным шагом, подзывая нескольких офицеров. Форест ещё постоял, немилосердно скребя затылок.
— Да это ж муж моей дочурки! — выкрикнул Долгорукий, на его щербатой усмешке играл отблеск костра. — Не крадись на цыпочках, парень.
Горст резко поднял голову. Ветер донёс до него еле-еле уловимый отзвук голосов, и хотя слов ему не разобрать, в них безошибочно угадывался тон неистового возбуждения.
— Честное слово, ковылял позади туда, куда и все. — Полноги и несколько его карлов разошлись по сторонам, с мечами наголо, не теряя бдительности. Многовато обнажённой стали, учитывая, что они одержал…
— Айе, согласен, — сказал Терпила, опуская полы куртки.
— Мне понравилось «трубы смерти»… — пробубнил Денка.
— Так точно, — сказал Утроба. Йон повернулся и побрёл вверх на холм, качая головой. Скорри напоследок кивнул и двинулся за ним.
Я Его величества гороховый шут. Почти такой же шут Его величества, как и ты.
— Он недолго пробыл с нами, Атрок, но оставил свой след. Не будет забыт. — Утроба подумал о всех парнях, которых он схоронил, лица и имена давно выцвели и стёрлись с годами, и даже сколько их было он…
Ничего. Поднажать или попытаться расслабиться? Обычная подлянка — столько усилий, и оказывается у него ничего не выходит. Ухудшал дело и свирепый ветер, примораживая его конец. Боец слева, державший …
— Тот, кто выстоит, — Айриг поднял секиру и потрясал ею при каждом слове, поскольку часто замечал, что секира добавляет остроты даже самым тупейшим доводам, — кто выполнит свою задачу — тот займёт по…
— И, если б мог, не вылезал из доспехов даже в постели.
— Не дай им пересечь мост, Долгорукий. Железноглав?
— Да это ж мальчик-красавчик Кальдер! Ну как, помог сегодня своему братцу, ах ты… — Его глаза вмиг расширились, и он напрягся, подаваясь вперёд, чтобы встать.
Они остановились в длинной тени одного из камней, и Чудесная приставила к глыбе свой щит и насторожённо огляделась. Однако народ был озабочен своими собственными тревогами, и никто не обращал на них …
Ручей вздрогнул, когда Кальдер навис над ним со взмахом клинка. Был глухой, замогильный «щёлк», и их залило кровью, по лицу Ручья растекалось пятно. Он попытался стряхнуть Чудесную, взять меч, но лад…
— Замётано. — И все они хватали друг друга за руки и шлёпали друг друга по плечам — последний миг товарищества перед кровопролитием, когда ты чувствуешь себя связанным с ними теснее, чем с собственно…
Денка и Сауризин — два пожилых адепта из университета Адуи, учёные, ставящие для Байяза эксперимент.
— Стойте! — услышала она позади вопль Элиз. — А я? Что со…
Перед ними раскинулась долина, целая галактика мерцающих оранжевых точек. Привальные костры и факелы обоих противников, порою смазанные, как только новая завеса мороси перемахивала через холмы. Одно …
Удача. У кого-то она есть. У кого-то — нет. Кальдеру оставалось сделать лишь такой вывод, пока он прыгал сквозь ячмень за своими людьми — усталый и перемазавшийся, но как никогда живой, а стало быть,…
— Чего ещё? Меня ждёт битва, чтобы в ней доблестно пасть.
Дождь слабел. Обзор Кальдера немножко расширился и, к его глубочайшему облегчению, прибытие Стодорога, видимо, опять сместило равновесие в их пользу. Видимо сместило. А то ещё немножечко союзных солд…
— Кто взял верёвку? — выкрикнул Ледерлинген. — Кто-нибудь, верёвку! — Он, шатаясь, забарахтался в сторону Клиге, обхватил ближайший сук дерева — мёртвую корягу, вылезшую посреди мути. — Держи руку! Д…
— Не сможем тебя прикрыть, раз ты нацелился сражаться, — сказал Дно.
— В чём тут суть? — спросил Отмель, заглядывая ему через плечо.
— Никого? А? — Доу неспешно присаживался обратно. — Есть тут кто, кого это удручает?
Вероятно, он также спас мою карьеру. Пропади твоя дивизия пропадом, коль я снова стану Первым Стражем короля.
Проходя, Ручей не сводил с них глаз. С виду они и вовсе не люди, скорее обугленные брёвна. У того, кто в середине на шее должно быть висела табличка, но она вся выгорела, а Ручей всё равно не умел чи…
— Ваша забота о моей безопасности по-настоящему согревает, Бремер. Но боюсь, так поступить я не в силах. Не более, чем вы.
— Хех. — Доу тихонько покрутил навершие двумя пальцами, кончик ножен буравил земляной пол. — Всех своих я уже закопал. Кроме тех, что сделал врагами. Может туда и ведёт путь каждого воина, а?
— Вернулся в грязь. — Скейл поёжился и поник под плащом. — Наверно, к этому и шло.
Вытоптанный ячмень усеивали мёртвые и умиравшие лошади, мёртвые и умиравшие люди. Они грудились громадным, кровавым клубком перед Кальдером и украденными штандартами. Не далее чем в десяти шагах трое…
— Нет. Он потерял на Старом мосту правую руку, но остался жив. Союз освобождает всех пленных. Жест доброй воли, как часть исторического мирного соглашения, которое ты с такой благодарностью сейчас пр…
— Жизнь кишит ещё теми сюрпризами. — И он повернулся спиной к старой хижине и отправился во мрак.
— Добивайся словами всего, что только можно, — пробормотал Кальдер, — вот только речи вооружённого, звучат гораздо приятнее. Так говорил ты. Так говорил наш отец. — И разве не он заодно говорил что-т…
Настрой пары адептов поблек. Денка облизал губы.
— У тебя есть кости, парень, что бы не говорили. Кости редкой породы. Я буду по тебе скучать. Выскажешь предпочтения насчёт конкретики? Можем тебя повесить, или отрубить голову, или вот твой отец быв…
— Ясно. — Кальдер сглотнул кислые слюни. — Спасибо. — Всё так печально. Он вытащил меч, неуверенно помял ножны и протянул их обратно. Непонятно, каким образом они могут вновь ему понадобиться. Разгов…
Прибывший, шумно причмокивая, сглодал с кости последний лоскуток мяса, и провёл навершием меча по чужим обнажённым лезвиям, гремя длинной рукоятью о сталь.
— Правда. Он подослал ко мне троих в лагерь Коля Долгорукого. На счастье Дно и Отмель ошивались неподалёку и… ну вот…
— Остались только вы с Элиз дан Бринт, и я за тебя переживаю…
К изгороди было приставлено множество инструментов. Лопаты, топоры, кирки заляпаны землёй, словно артель работников орудовала ими весь день и оставила тут до завтра. Инструменты для рытья. Кальдер ощ…
— Вот его и ешьте. Разве что сыщете чего получше. — Танни был необычайно сердит, даже без учета подъёма до восхода. Засело назойливое ощущение, что недавно он был чем-то дико раздосадован, вот только…
— Вон тот, чтобы яблоки чистить? — спросил Ручей.
— Я не ищу поводов не драться. Я топором разрубил Смирту пополам, а потом рукой раздавил череп его брата. — Великан медленно сложил громадный кулак и добела сжал пальцы, на предплечье корчился и набу…
— Н-да… — Закончив выдувать последний фонтанчик, старик поднял голову к звёздам. — Вот тут ты верно подметил. Если он победит, то станет всеобщим героем.
— Мы уже в окопах, — прошептал вновь прибывший. — Вернули в грязь малехо союзных ребят.
Мы полностью оправились от поражения у Тихого Брода и продолжаем кампанию. Несмотря на всю хитрость Чёрного Доу, лорд-маршал Крой неуклонно теснит его на север в сторону столицы, Карлеона. В настоящи…
— А. — Он в муках улыбнулся, из тёмных заводей его разума начали всплывать некоторые подробности прошедшей ночи. — Выиграл… у офицера… по имени… — Он уставился в ветви дерева, к которому прикручен ег…
— Ты всегда знаешь, что сказать, да, Кальдер? Спорить не стану. А мой внук?
— Раз она твоя, ты везунчик. Помнишь, что я тебе говорил? Присядь на бережку, расслабься. Погляди, чего намоет море. — Долгорукий побарабанил по скуле. — Я много чего пережил. Послушал бы ты меня.
— Так. У неё был острый сварливый язык. Но обычно ты без труда задвигал меня в сторону.
— Первыми должны выйти отряды Долгорукого. Атаковать Осрунг. — Он понял, что говорит шёпотом, несмотря на то, что Союз на вершине холма в добрых нескольких сотнях шагов и вряд ли услышит, если даже о…
— После вчерашних боёв у вас должны быть пленные. — Если только их всех не перебили. Глядя в глаза Чёрному Доу, такой исход казался вполне вероятным.
— Не ссы, — сказал он ему. — Я никуда не уйду. Здесь мои люди. Здесь моя земля.
Она почувствовала головокружение. Опьянение внезапной перспективой жить, и снова увидеть мужа с отцом. Но надо отодвинуть надежду в сторону, и не оглядываться на неё. Она глубоко вдохнула и набралась…
— У него такой меч, который, говорят, упал с неба. — Горбушка утёр лоб тыльной стороной толстого предплечья. — Они ему поклоняются, там, в снегах.
— Так точно, лорд-маршал. Я должен был более тщательно разведать леса…
Чавкающая грязь под ногами Горста пошла под уклон, потом начала повышаться, потом уступила место старому щебню. За массой искажённых лиц, он поймал взглядом отблеск реки и мшистые мостовые перила. В …
— Их присутствие лишь замедлило бы нас, ваша милость.