Все цитаты из книги «Белый Волк»
Но Свартхёвди слетел со стола быстрее, чем его накрыло. Народ шарахнулся от него в стороны. Норманы уже всё поняли, только до меня доходило как до жирафа…
И я, опередив прыжок Медвежонка буквально на долю секунды, выплеснул ледяную воду ему на голову.
— Посмотрим на этот склон. Брод! — Средних лет норег выдвинулся вперед. — Ты со своими людьми останешься здесь. Присмотришь… за телом ярла.
Имея столь серьезные «зацепки», Хрёрек вновь взял меня в оборот, но выдавил совсем немного подробностей (Ври, да не завирайся!), например, что братьев и сестер у меня не было. Что я служил в войске с…
— Я вырасту и стану так же могучим, каким был мой отец! — заявил Скиди.
И мы погрузились в раздумья. То есть это я размышлял. Эйвинд изучал окрестности. И явно что-то углядел, потому что лицо его озарилось радостной улыбкой.
Луком, впрочем, завладел Свартхёвди — и не зря. Парочка жирных осенних гусынь весьма украсила наш обед.
Паренек снова надулся от важности, но на этот раз его мысли двигались в правильном ключе. Никаких мыслей о собственном великом мастерстве, а только — о великом будущем. А для такого будущего стоит по…
Объяснять, что они поступили плохо, было некому. Читать нотации покойникам — бессмысленное занятие.
Славный и благородный ярл спешился (это было нетрудно, учитывая габариты его коня) и с важностью, подобающей облеченному властью, выдал вельможное «Здрасте».
— Спать пойду. А ты иди. Скажи всем: у тебя всё хорошо, а я очень устала.
С дрожью в голосе Хавчик поведал мне, что самки этих волосатых монстров питают нездоровое влечение к человеческим самцам. Ежели поймают, то держат в неволе (могут для надежности и сухожилия на ногах …
— Надо отпраздновать! — мгновенно отреагировал настоящий сын своего времени Скиди Оддасон.
Тогда не вопрос, ответил я. Милости просим. А пока прошу пожаловать в ближайшую харчевню. Я угощаю!
Рунгерд захихикала и ущипнула меня за ногу.
Точный, хорошо поставленный удар — короткий, мощный, с вложением корпуса. Такой даже ребро не остановит, попади оно под клинок. Но, как сказано выше, киллер бил туда, где ребер не росло. Зато имелся …
— Когда я так устану в бою, — наконец нашелся он. — Ты меня защитишь!
— Хорошо, — легко согласился я. — Забудем это роковое прозвище. Но если ты решишь отдать дочь за кого-нибудь, кроме меня, пеняй на себя!
Тут уж я не утерпел и сграбастал мою королеву.
Я схватился за нож (пришла тоскливая мысль — лучше бы это был медведь!), но достать его не успел.
Теперь Свартхёвди — «дипломированный» берсерк. Однако нет предела совершенству, поэтому он, Каменный Волк, советует нам пожить с ним еще недельку — для закрепления некоторых рефлексов. Да и со мной у…
Сговорившись с Медвежонком о скорой поездке в Роскилле, мы с моими бывшими пленниками, а теперь — друзьями отправились в обратный путь.
Не в смысле разделить со мной постель, а попосредничать в приобретении земли.
Выход по нужде превратился в настоящее испытание. Женщины и дети, никого не стесняясь, использовали ведра. Лично я решил вопрос так: брал здоровенный — Стенульфу впору — старый тулуп с длинным капюшо…
На этом, собственно, всё и закончилось. Моего противника унесли, я принял заслуженные поздравления и на некоторое время превратился в зрителя.
Если их только трое и снаружи никого не осталось, я, пожалуй, управлюсь сам.
Тогда Рагнар сгреб паренька за волосы и пододвинул личиком ко мне вплотную.
— Случилось это после войны асов и ванов… — начал дедушка свой неторопливый познавательный рассказ.
Из дома высыпали трэли. Засуетились вокруг лошадок.
Однако мирная жизнь была не для него. Сколотив из своих команду, он приплыл сначала в Бирку, потом — в Хедебю, где и услышал о том, что Рагнар Лотброк собирает удальцов для будущего суперразбоя.
Видно, судьба у меня такая: лупить Рунгердиных женихов.
— Я признаю, — неохотно выдавил вестфолдинг.
Триста граммов с хвостиком серебра — как не было. Блин! Если на меня еще кто-нибудь нападет — пусть лучше зарежет. Чистое разорение даже при относительно благоприятном исходе.
Этой ночью мне следует расположиться на месте, которое он, Стенульф, выберет и укажет, и в положенное время выпить чародейское снадобье. Оное снадобье Каменный Волк выдаст мне непосредственно перед п…
— Три дня — и чтоб духу его здесь не было! — распорядился ярл.
— Нет, я так не думаю. Если бы я узнал, что он бросил своего господина, то намотал бы его кишки на столб!
Наконец снег выпал. И еще раз выпал, причем температура как-то сразу упала градусов на десять. А потом разбушевалась такая метель, что путешествовать дальше штабеля с дровами не хотелось категорическ…
— Отстань! — приказал я строго, отпихивая от себя волосатую морду. — Накажу!
Медвежонок наконец заметил, что ему что-то мешает, и стряхнул меня.
А ближе к полудню нас нагнала лихая санная упряжка с двумя «конкретными пацанами» из хирда Бьёрна Железнобокого. Эти ехали в гости к родичам. Точнее, к папаше одного из них. В санях лежал небольшой к…
Со Скиди я договорился, что наши занятия начнутся завтра. Утренняя пробежка на лыжах — неплохая разминка.
Снова брызнула кровь. Теперь уже человеческая.
Удовольствие от зимнего похода для меня, выходца из мира центрального отопления и автомобильного климат-контроля, — довольно сомнительное. Однако для друга я готов пойти на некоторые лишения. Главное…
Желающих занять место на площадке среди зрителей было достаточно, поэтому играли на время. Время же отмеряла тень от воткнутой в сугроб палки.
— То есть ты готов стать женой умершего Эйвинда-ярла?
Дальше меня эта информация не пошла, но через неделю о грандиозных планах Рагнара-конунга знали абсолютно все в нашем хирде. Надо полагать, и в других дружинах-хирдах соединенного норманского воинств…
Жеребцы выражали крайнюю заинтересованность.
— Берсерк, — сказал я. — Это мощно. Не какой-нибудь ульфхеднар.
В суматохе похорон, тризн и прочих попоек я, к стыду своему, позабыл о своем юном ученике Скиди, который глаза мне не мозолил, а тусовался при дяде. Хегин Полбочки приехал в Роскилле торговать. Скиди…
Франки заколебались было, но у Рагнара Лотброка была такая репутация, что ослушаться его парни не рискнули.
— Рим! — провозгласил конунг и громко рыгнул. — Вот что я хочу! Вот где мы возьмем настоящую добычу и настоящую славу!
Наконец наступила очередь Тора. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, какое именно соревнование выбрал наш бог. Кто больше выпьет!
Ну так в чем проблема? Зима, как я понимаю, для датского викинга — не помеха. На лыжах по снегу — милое дело. Спим в снегу, едим что поймаем. Сто километров — пять дней пути. Если погода хорошая. А п…
Через три дня мы с Хавчиком сели на лошадок и отправились. Мой воинский пояс оттягивал изрядный мешочек с нажитыми непосильным трудом ценностями. Я был уверен: если Рунгерд согласится посредничать, м…
В пользу этой версии работали еще две вещи: то, что я раньше не распространялся на тему собственного происхождения, и то, что моя вольная интерпретация семейных связей двадцатого века прошла «детекто…
Пока я размышлял, стоит ли принимать всерьез намеки Стенульфа насчет незаконченного разговора, резко испортилась погода. Добрая зимушка-зима внезапно превратилась в злую тетку-вьюгу. Ветрище поднялся…
В современном моему рождению городе Осло есть замечательный парк с разными человеческими скульптурами. Так вот: если бы тому скульптору понадобилось ваять «Изумление», лучшего натурщика, чем паренек …
Никто из сыновей Рагнара Лотброка не внушал большего уважения, чем Бескостный. О жестокости Ивара ходили легенды. Он мог убить человека лишь потому, что тот неуважительно на него посмотрел. Причем не…
Тут до меня дошло, почему в Роскилле образовался дефицит хорошего оружия. Спрос слишком высок. Союзная рать Рагнара-конунга разобрала всё стоящее. Это только в сагах здешних поют, что викингу следует…
Он буквально лопался от гордости и самодовольства.
Мне больно, но я вынужден признать: они очень подходили друг другу. Удивительно красивая пара! Ведь этот парень был не просто высоким и широкоплечим блондином. Этого добра в средневековой Дании — нав…
В следующую секунду рука моя была сброшена… Вернее, аккуратно убрана, а сама Гудрун легко (поскольку я ее более не удерживал) выскользнула из моих объятий и двинулась дальше, вдоль стола. То, что ост…
— Пусть решает Гудрун! — Ну да, он любил ее и верил, что она его любит. Да и кто я такой, чтобы конкурировать с ним. — Если она вернет дары…
С одной стороны выступал крепкий вороной конек, принадлежавший некоему Кольгриму. Как мне пояснили — главному коннозаводчику Сёлунда, так что для него состязания были чистой воды рекламой. Ему против…
Предложения были. Где-то в глухом лесу, километрах в ста отсюда живет, если не помер, конечно, некий дедок по имени Каменный Волк, который может научить берсерка держать в узде свою зверушку. Ага, чт…
— Как скажешь! — Медвежонок подмигнул мне, и Рунгерд это заметила.
Кольгриму тоже накидали неслабо. Но поднялся он сам, пусть и несколько скособоченный… И вдруг, выхватив меч, бросился на Макдана.
— Это — чары, да? Признайся: ты меня заколдовала?
Еще ниже Свартальфхейма располагался Хельхейм, то бишь преисподняя. Но нам туда не надо.
Мое сердце упало куда-то на уровень желудка. Я осознал это «никогда» и понял, что потерял. Мне жутко захотелось завыть. По-волчьи. И убить кого-нибудь. Себя, дурака, например…
— Что ж, он — старший мужчина в роду — ему решать.
А затем у нас с дедушкой состоялся тот самый разговор, которого я ждал.
Но бывают случаи, когда моему рассудку приходится помалкивать.
Если их правильно ввели в род (а это, несомненно, так), то их законная мамаша — вдова ярла. Она держала их на коленях во время сакральной церемонии. Она (так положено даже по отношению к вполне взрос…
Вид у Хегина Брунисовича — вполне боевой. Правая рука висит плетью, вся грудь — в кровище, однако в мускулистой шуйце — боевой меч, а в глазах — горячее желание пошалить.
Я озвучил эту мысль, сопроводив ее обманным махом, завершившимся мощным, с вложением корпуса, толчком в щит. Скиди отбросило назад, однако на ногах он удержался и (молодец!) предпринял ответную атаку…
Ей-богу, если бы я сам там не присутствовал, ни за что не поверил бы, что это — обо мне. По сути — всё верно, по фактам — тоже. А вот по сравнениям и эпитетам.
В глубокой печали представители Асгарда покинули город. Утгард-Локи их провожал. И, прощаясь, сообщил, что соревнование было не совсем честным. Локи (асгардский) соревновался с настоящим огнем, бегун…
— Ты можешь спросить об этом у самого Рагнара, — ответил Тьёрви. — Возможно, он позволит. Но думаю, условия будут не совсем такими, какие были обещаны Эйвинду-ярлу. Потому что хирд, который не сумел …
— Пожалуй, и я попробую, — лениво процедил Бескостный и принялся неспешно разоблачаться. Сначала — украшения, потом — обереги, за ними панцирь, рубаха и, наконец, пояс с оружием.
Третьего противника ему пришлось ждать долго. Так долго, что он его не дождался. А не дождавшись, выбрал сам. Меня.
Они же сами ему и рассказали на щедром пире, данном в честь дорогих гостей. Услыхав об этом, ярл стал еще радушнее, выставил самое лучшее пиво и порадовал гостей дорогими подарками.
— Тебе — можно! — Лукавая улыбка, розовый язычок, пробежавшийся по чуть припухшей губе. — Подари мне такие же сережки, как маме подарил, и можешь целовать меня сколько хочешь.
Поиграть в скандинавский вариант волейбола — это всегда пожалуйста. Я уже наловчился. И всяко лучше, чем в духоте набивать брюхо, лапать общедоступных девок и наливаться пивом. Хорошо еще — здесь не …
Через одиннадцать дней мешок с порядком подтухшими, но всё же узнаваемыми головами лег к ногам невесты.
— Эй, ты! — гаркнул я, кипя от бешенства. — А ну отойди от женщины!
Бетти выполнила всё в точности, поглядывая на меня с укоризной: завтра вся поверхность юного дана станет синей, как у мороженого цыпленка.
Я в играх не участвовал, зато произнес маленькую речь. Традиция требовала поэзии, но я не рискнул. Высказался в прозе, но возвышенно. Описал, как гордо и красиво умирал Эйвинд, как мужественно он пер…
— Спокойней, родственничек, спокойней, — пророкотал Рагнар. — На своей земле я решаю, что есть Закон. Кому не нравится — может убираться прочь!
В общем, если бы они захотели меня убить прямо сейчас, у них бы получилось. Всё-таки против дюжины опытных викингов я бы не устоял и минуты. Но они были умные дядьки и даже не стали хвататься за оруж…
Однако этот вылет не остался незамеченным. Великан, хозяин волшебной медовухи (теперь уже — бывший хозяин), с ходу врубился в происходящее. Так что он тоже превратился в орла (но побольше) и пустился…
— Ты должен был сначала сказать мне, сын, а уж потом действовать! — сердито бросила Рунгерд. — Я здесь хозяйка!
— Мне есть чем заплатить за пищу и кров, — сдался Торкель.
— Хватай его! — снова напрыгнул на Свартхёвди.
Конечно, он был прав. Волки, даже самые голодные, не станут напрашиваться на драку с двумя вооруженными мужчинами. Это ж чистый суицид с их стороны. А эти зверушки были вполне упитанными. Коли так, т…
— Так внимай же, сын Вогена! И вы все внимайте! Вот сага о великой битве за несметное сокровище, что вынесли на брег белогривые кони Ньёрда…
— В следующий раз я тебе полморковки отрежу! — ледяным голосом пообещала датская красавица.
Я не знал, как именно развлекались вестфолдинги той ночью, но список развлечений был по-любому ограничен. Так что я не боялся промахнуться. И не промахнулся. Харальд Щит смущенно потупился.
На всю зиму им дров не хватит, возразил Хавчик.
Вряд ли у них была бурная любовь. Сваре, судя по тому, что о нем рассказал Хрёрек, был сложным человеком. Мягко говоря. Жить с таким — трудно. Любить… Ну, любовь — штука извилистая. На радость партии…
Что следовало, а что не следовало — уже неважно, заявил вестфолдинг. Но раз ярл умер в этом доме, то ответственность за его смерть несут хозяева дома. Это вроде как по закону.
Ключи от сундуков и обязанности исполнительного директора усадьбы остаются за вдовой. Кровная мать наследников (Гундё), так же как и сами наследники, находится вне юрисдикции исполнительного директор…
Троих я кинул на снег буквально за пару секунд. Промельк красной тряпки перед носом (щит, рефлекторно, вверх), а потом — мощный подсекающий удар по ногам.
Точно, впереди показался солидный забор, а из открытых ворот нам навстречу мячиками выкатились две пушистые псины и завертелись вокруг, исходя тревожным лаем. Однако близко не совались: соображали, ч…
— Нет. Я счастлив, что мы с тобой были вместе, Рунгерд, дочь Ормульфа, — произнес я торжественно. — Это было прекрасное время, и я очень тебе благодарен!
— А ничего, — дедушка окунул палец в мою кружку с молоком и нарисовал у меня на лбу какой-то знак. Руну, надо полагать.
Сузив глаза, Бескостный изучал мою растерянную физиономию так, словно пытался прочесть у меня на лбу некую великую тайну.
Ну да, в своем дворе любая собака лает громче. Будем надеяться, что йети действительно знает, что этот двор — мой.
— Значит, дело так было, — неторопливо, явно наслаждаясь тем, что оказался в центре внимания, начал продавец: — Подошел ко мне этот хускарл, стрел прикупить хотел. Ну, это понятно. У меня стрелы — од…
И обнаружил, что от былой красоты его рабыни осталась только половина. Вторая половина пряталась под здоровенным фингалом.
Меня охватил гнев, вызванный скорее всего бессилием. Мой ярл стоял в пяти шагах, и я видел, как крепко стиснуты его кулаки. Он мне верил, но сделать ничего не мог. Это была территория Рагнара. Остава…
— Один! — Голос его внезапно обрел силу и ясность. — Я иду!
Как он это сделал? Да примерно так же, как негодяй расправился с Ормульфом и его братьями. Предательски.
Так они и кинулись. Дружной компанией. Не кино, чай, где на окруженного героя по очереди набрасываются по одному, редко по два злодея. А остальные терпеливо ждут своей очереди. Здесь вам не там. Два …
Я догадывался, почему он пытался зарезать меня моим же кинжалом. Посчитал, что, если убить меня секирой, месть будет неполной. Дядьку-то его я ножиком запорол. Другим, правда, но это уже детали. А мо…
Очень интересно! Что за байку преподнесет мне старина Стюрмир? Может, он в крови дракона купался, как легендарный Сигурд?
Я не стал ждать результатов общения моих женщин. Встал на лыжи и побежал домой.
Заставить такого бугая публично продемонстрировать страх намного труднее, чем просто его убить.
Поначалу судьба им благоприятствовала. Почти до самого дома. Но буквально за десяток переходов от Сёлунда кнорр Ормульфа и его братьев угодил в шторм. Не то чтобы очень сильный, но Ормульф решил не р…
Последнее стало понятно, когда Свартхёвди, желавший, чтобы все увидели, какая у него теперь красотка в собственности, и какие чудесные у нее глазки, оный платок сдернул…
На просторной, как подставка для телевизора, ладони гордо возвышался махонький, сантиметра четыре, не больше, бронзовый Будда. Будда, восседающий на лотосе.
«Цветочек» покорно подошел к хозяину. Однако личико прятал под шерстяным платком. С чего бы?
— Это не нож убитого, — спросил Рагнар. — Это его нож, — кивок на меня. — Я помню. Не лги мне, человек!
И подмигнул мне: мол, видал, как я хорош! А как он хорош! Какой боец будет!
Прочие же — свеи и нореги, по суше контактируют только с «дикими туземцами» — финнами, бьярмами, саамами и прочими.
— Может, у тебя есть свидетели? — Харальд Щит, определенно, не хотел поединка и искал лазейку, чтобы его избежать.
Скиди бил. Неточно и слабо, потому что еле стоял на ногах. Зато — экономно. И наконец-то начал работать корпусом, подключив те мышцы, которые я и хотел задействовать. Я отшибал меч ленивым взмахом и,…
— Он сказал: «Лошадь осеклась на жнивье»? — внезапно перебил беседу фанатов Ивар.
Чтобы отвлечься, я попытался выяснить, кого ей больше жаль: себя в роли невесты калеки или самого Эйвинда.
— Как? — всё еще пребывая в состоянии очарованного дебила, вякнул я.
Тот хмыкнул. Ну да, сегодня потеплело. Градусов пять мороза. Жарища. Хоть солнечные ванны принимай.
Вот и мне урок: обозвался бы кто я есть и с кем хожу под одним парусом, глядишь, и без драки бы обошлось.
— Мы не станем ждать до весны! — отрезал я. — Наш спор надо решить здесь и сейчас.
А я все еще ничего не понимал. Графенок — тоже. Переводил мутноватый взгляд с Ивара на меня и силился осмыслить происшедшее.
Потом я взял тайм-аут. Мне следовало восстановить силы перед палочным фехтованием.
Я посмотрел на нее и мысленно согласился: не стоит. Любой мало-мальски опытный человек, глянув на Рунгерд, сразу бы догадался: ох, не магией мы с ней занимались!
— Что было? — напрямик поинтересовался Стенульф.
Биться договорились так: кто упал — тот выбывает. Кто потерял оружие — выбывает. Никто не возражал. У моих противников — полноценное боевое железо, а у меня, считай, простая палка с обмотанным концом.
Мой второй противник был ирландцем из команды Рыжего Лиса. Техника у него была довольно интересная. Чем-то похоже на капоэйру. Очень низкие стойки, атака с упора на руку… На которой наш поединок и за…
— Пожалуй, мне это по нраву, — произнес я солидно, как и подобает будущему помещику. — Надеюсь, госпожа Рунгерд не откажется помочь.
Сначала он молчал секунд этак сорок… Что само по себе было странно: Свартхёвди никогда не лазал за словом в карман (тем более что и карманов у него не было), а всегда держал отповедь наготове. Как ме…
Надо мной нависла могучая фигура Стюрмира. Мой кореш отстоял свою вахту и теперь желал отдохнуть и подкрепиться в приятной компании. Моей, то есть. Небрежный жест — и Скиди сдуло со скамьи, которая т…
— Путь между мирами, — повторил Стенульф и поглядел на меня удивленно. — Тот, по которому уходят в Валхаллу. Ты этого не знаешь? — Глубина моего невежества изумила могучего старца. — Скажи еще, ты не…
Боковым зрением я засек белые тени, мелькнувшие мимо нас и растаявшие в чаще. Волки ушли.
Мои друзья-варяги отнеслись к покупке по-разному.
Увы, я получил совсем другое воспитание и относиться к ожидающим меня пыткам с фатализмом средневекового скандинавского воина не мог. Так что меня очень беспокоило, не начнут ли ребята Ивара пробоват…
— Эй, хускарл, может, я тебе не нравлюсь? — В низком хрипловатом голосе — легкое раздражение.
— Думаю, тебе будет интересно узнать, мой порывистый жеребец, что я беременна, — сообщила Рунгерд, одарив меня нежнейшей из улыбок.
А, понятно! Наш кобелек бегал через лес брюхатить чужих рабынь, ни сном ни духом не ведая, что где-то поблизости отирается голодный тролль.
Меня заверили, что развлечения привезут с собой. И пиво, и девок. С меня только закуска и крыша.
— Ярла, — проговорил я так тихо, что слышала только она. — Но не твои. Слыхал, у тебя есть еще дочери, госпожа? Может, и внуки есть?
В отличие от меня, трэль знал, что последует далее, и попытался дать деру, но соседи вцепились в него, как клещи, и смыться не позволили. Тоже понятно: удрал бы, пришлось бы искать новую жертву.
Удар пришелся Макдану по шлему. Сдвинутый на затылок шлем слетел с головы Волосатого, а меч пролетел дальше и разворотил шею соловому.
— Между мужем и женой тоже не должно быть тайн, но моей дочери будет больно, если она узнает о том, что было у нас с тобой. Поэтому лучше, если ты и ей ничего не скажешь.
Я лихорадочно размышлял, как бы мне правильно ответить. И заодно выгадать время, пока подоспеет подмога.
А потом была праздничная пьянка. В честь замирения. С Хальфданом Рагнарсоном и его парнями. Не со всеми, само собой, а с сотней особо доверенных. Или, может, особо склонных угоститься на халяву.
Впрочем (и Хрёрек-ярл счел необходимым об этом упомянуть), нашлись злые языки, которые утверждали, что матери Рунгерд больше нравится самой управлять наследственным одалем мужа, а ведь случись так, ч…
И добавлял еще какой-нибудь унизительный эпитет.
Но слова были сказаны, а за базар здесь принято отвечать.
— Знала, что ты пожалуешь! — Рунгерд стояла на крылечке и улыбалась. В белой меховой шубке, с румянцем во всю щеку, она была просто неотразима. Я с трудом удержался от того, чтобы с ходу подхватить е…
Следующей ночью мы ночевали в чужой охотничьей избушке, а к полудню третьего дня достигли цели путешествия.
— Скажи мне, Харальд Щит, — ровным, будто ничего не случилось, голосом поинтересовался Тьёрви. — Брал ли у тебя Эйвинд взаймы?
— Разведите коней! — закричал хёвдинг, назначенный судьей.
Про устриц — это мое. Сам дан выразился намного неприличнее.
Гудрун заплакала, а я провел ладонью по лицу умершего, опуская веки.
Финка родила мужу еще троих сыновей — один другого краше. По местным понятиям, разумеется. Рожа — кирпичом, плечи шире, чем дверь в сортир. Счастливый отец научил детишек всему, что положено, а затем…
Скрип снега за спиной — Трувор шагнул вперед и решительно отодвинул меня в сторону. Я не упирался. Потому что боковым зрением увидел, что он сделал. А сделал он правильно. Развернул меч рукоятью впер…
— Немедленно освободи моего человека, Ивар Рагнарсон! — потребовал Хрёрек. — Что за беззаконие ты творишь!
Нелегкий выбор, однако. Всё такое вкусное.
По уму, мне следовало сдержать гнев: я был один — против многих и вдобавок порядочно устал. Я-то, в отличие от Торда, бился, а не добивал раненых.
Я поглядел на Свартхёвди. Медвежонок выглядел вполне нормальным. Стругал ножом мороженый окорок, помешивал палочкой в котелке.
— Пойдем-ка, — Трувор решительно взял меня за руку и отвел в сторону.
Это был Поступок. Ведь в то время мать Рунгерд была достаточно молода и хороша собой. Так что вполне могла бы наладить и собственную личную жизнь.
— Я не стану тебя убивать, — произнес я с той же непререкаемой уверенностью. — Но если будешь скверно себя вести… — Я запнулся. Чем бы ее припугнуть? Почему-то в голову ничего не лезло, кроме Хегинов…
— Толковый у тебя человек, — вполголоса сказала мне Рунгерд. — Продай. Две марки серебром.
Мой ярл (как и большинство здешних) очень внимательно относился к биографиям своих воинов. А в понятие «биография» здесь включались не только собственные подвиги субъекта, но и его родословная. Принц…
Это радует. Если под полой всё же имеется швырковый нож, то дело могло закончиться неприятно. Уклоняться и маневрировать мне просто негде.
Свартхёвди очень хотелось поучаствовать, но он сдержался. Это хорошо. Равных мне по классу не будет. Надеюсь.
Еще на бревнах сражались. Стоя и сидя верхом. Знаменитая «битва подушками».
Ивар пнул распростертого у ног норега по заднице — и засмеялся. Даже мне этот смех показался неприятным. А уж халогаландцу.
Угадав примерное расположение входа, я прорыл в сугробе метровую нору, откинул дверь из толстой промороженной шкуры и посторонился, пропуская вперед Рунгерд.
Просто из поместья Рунгерд выехали две дюжины человек, а возвратились полсотни…
Тут же навстречу ему выскочил кто-то из херсиров. Секунд двадцать они прыгали и возились, изображая борьбу, потом Треска изловчился и поддел своей «клюкой» противника так, что тот грохнулся на спину.
— Всё! — решительно объявил Ивар. — Я снимаю все обвинения с этого человека. Развяжите его!
Если бы он вцепился в мои руки (нормальный рефлекс для того, кто вдруг теряет почву под ногами), то приложился бы качественно. Но Рагнарсон был хозяином своих рефлексов и руки разжал.
Для начала в толпе зевак Стенульф углядел нужную кандидатуру: рослого молодого трэля — и указал на него пальчиком.
— Что должен, знаю, — ответил я. — А вот почему… Наверное, чтобы там, наверху, точно знали, кто воин, а кто нет.
— Как только дела хозяйственные позволят… — Я покосился на своего раба-управляющего… Опаньки! Да на нем лица нет! С чего бы?
То есть это я так думал, слушая восторженный рев и визг зрителей.
Выносливый, как и все викинги, Медвежонок чесал по целине, безошибочно прокладывая трассу и не забывая поглядывать по сторонам. Результатом этого поглядывания был жирный заяц, которого Свартхёвди нас…
Нет, в сарай еще не ломились. Кто-то возился снаружи, под дверью. Этот кто-то пыхтел и сопел, как большой зверь. Однако при этом бормотал что-то, пусть невнятное, но членораздельное. Значит, все-таки…
— Тогда у тебя две возможности, — сказал я. — Научиться биться так, как я тебя учу. Или никогда не вырасти.
Тема была важная. Считалось, что по успеху ловчей птицы можно судить о благоволении небес к самому охотнику. И его начинаниям.
— Почему же? Я тоже хозяин, и я никуда не уйду. Не думаю, что кто-то найдет повод для обиды!
Вот только здесь в мяч играли по-иному. Да и мяч был другим: тяжелым и неупругим. Вдобавок лупить его можно было не только ногами-руками, но и палками.
— Кого волнует ее согласие! — проворчал Свартхёвди. — Я — старший в семье!
Ух ты! Девушка моей мечты в гневе — еще прекраснее!
Играли навылет. Наши перетянули четыре раза, а потом продули команде одного из экипажей Бьёрна. Неудивительно. По ту сторону канавы собрались такие дуболомы, в строю которых наш Стюрмир стоял бы где-…
Просьбу изложила сама Добрая Весть. А конкретику довел ее бородатый братишка, которого звали Торд Болтун. Надо полагать, в ироническом смысле, потому что многословием дядя не отличался.
Правильные слова и правильные чувства. Светлая печаль вытеснила обиду и заполнила пустоту.
Я, однако, загодя понял, что Бескостный заговаривает мне зубы. И был готов. Перекат на спину — с упором в живот — и Рагнарсон мускулистой птичкой взлетел надо мной.
Неужели старина Вальтев заложил свой надел соседу?
Норег подпрыгнул на месте. Раз, другой, словно разминался… А потом внезапно махнул с двух ног — почти на три шага, вмиг оказавшись почти рядом со Скиди. И выбросил клинок, красиво атакуя по верхнему …
Тоже понятно: без этого «чутья» викингам никогда бы не построить такие замечательные корабли. А Скиди — из этой породы.
— Если бы доплыл ты, возвращать ничего не понадобилось бы. Мертвому земные богатства без нужды.
— Не слишком ли ты возомнил о себе, Ульф Черноголовый? — с очаровательным смешком проговорила Рунгерд. — Какое дело Одину до того, куда прыскает твое семя! Нет, мой бычок, боги тут ни при чем.
— Так вот, Пчелиный Волк, он тоже был берсерком. И с йотуном Гренделем он справился. Но от мести Гренделевой родни это его не спасло. Так-то, старший братец! Расскажешь потом, хорошее ли пиво варит й…
И тут всё завертелось. Сразу с полдюжины теней кинулись на нас. Хотя нет, насчет теней — это я погорячился. У этих теней были вполне материальные тела и не менее материальное оружие.
Я его простил. С кем не бывает. Я, пожалуй, был даже рад тому, что произошло. Потому что понял кое-что важное. О себе. Но не просите объяснить, что. Такое словами не объясняется.
— Полдня в пути — и уже устали? — Стенульф хмыкнул. — Твои воины изнежены, как румлянская рабыня для мужских утех.
Медвежонок сшиб меня быстрей, чем я мигнул. Отбросил в сторону, как кеглю. Ничего себе — силушка!
— Будет сын — назовешь Волчонком, — пробормотал я по-русски вслед выскользнувшей из-под шкуры одноразовой подружке…
Восемь дней в пути, а на девятый мы наконец добрались до жилья — длинного дома какого-то местного бонда.
Вопрос с походом на франков был решен. Собственно, он был решен еще осенью, и все всё знали, но официально простых бойцов ознакомили с планами Рагнара только непосредственно перед выступлением. Так н…
— Что думаю я? — За такой взгляд, ей-богу, королевства не жалко.
Свадебный дар. Вот, значит, как это бывает. Я отдал, Гудрун приняла. Теперь только родители могут «опротестовать сделку». Но чует мое сердце: Рунгерд мою кандидатуру не забанит. И я теперь — счастлив…
— Чувствуешь, Ульф, какая от него исходит сила? — хриплым шепотом поинтересовался Стюрмир. — Перед битвой я кормлю его капелькой собственной крови. И еще ни разу он меня не подвел!
— Ты — Ульф Черноголовый, сын Вогена! — заявил норег. — Тот, кто убил Торсона-ярла!
Ее звали Гундё. В переводе на русский: Добрая Весть. И приехала она к нам аж с континента. Ничего удивительного: море-то замерзло, а от Сёлунда до материка — рукой подать. Интересно другое: кто слил …
Я мигом оказался между ним и Свартхёвди с клинком наголо.
— Пятнадцать! — отрезал Красный Лис. — И ни чешуйкой меньше.
Мудальцы, как окрестил я пополнение, были парнями борзыми и грубыми. И от них вечно воняло тухлой рыбой. Или это у меня глюк такой, обонятельный? Едва поладив с Хрёреком, мудальцы тут же начали задир…
Да… Это хорошо, что я не на его месте. Красавец королевич упал прямо на камни.
— А если я тебя поцелую, ты меня тоже порежешь?
А по делу Гундё тоже все просто. Если бы оно по-честному рассматривалось на тинге, то, скорее всего, законная вдова с дочерьми получили бы часть хозяйства, а сыновья Гундё — все остальное. Под опекун…
Дух медведя вселился в Сваре, поэтому он видел в темноте так же, как косолапый, обладал его силой, а быстротой даже превосходил. Так что он двигался очень быстро, а убивал еще быстрее. Так проворно, …
Я ошибся. То есть Эйвинд действительно был позади, но намного ближе, чем я ожидал. За три секунды до прыжка я обернулся на звук и увидел, что меня догоняет живой снаряд. Догоняет, как стоячего, чтобы…
— Ну зачем ты влез? Тебе что, великанша милей моей сестрички? Пусть бы Полбочки ее ублажал…
Гости (даже Рысье Ухо с сынулей) тут же бурно выразили свою солидарность с позицией Свартхёвди. Ссориться с Медвежонком никому не хотелось.
Торд Болтун обнажил меч. Это был трофейный меч — час назад у Болтуна его не было. И это был точно не его трофей, потому что в минувшей битве от его руки погибли только те, кто уже был не в состоянии …
По словам Медвежонка выходило так, что роду Полбочки суждено на нем и закончиться, потому что боги к этому роду не расположены. И мой случай — тому очередной пример. Единственная надежда — тинейджер …
— Хочу, чтобы ты знал, Ульф Вогенсон! — напевно, будто читая стихи, заговорила женщина. — Я по-прежнему в долгу перед тобой. За Свартхёвди. И ты должен знать: когда вы ушли, я каждый день ходила к св…
Пока я маялся бездельем и решал физиологические проблемы, Стенульф и Свартхёвди занимались творчеством. Стенульф — активно, а Медвежонок — пассивно. Не подумайте дурного: мой друг служил «холстом», н…
Полбочки сначала удивился, потом, когда понял, что я говорю всерьез, озаботился.
Тогда Один пошел в обход. Заставил своего работодателя волшебным буравом продырявить скалу, превратился в змея и проник в пещеру с Мёдом Поэзии и сестренкой-великаншей. Дальше — просто. Главный Ас ох…
В мои вчерашние распоряжения Стенульф внес свои коррективы. Например, велел собрать всё железо, которое я распорядился оставить погибшим для погребального обряда, и сложить в сухом местечке под навес…
Я не обиделся, поскольку девица-красавица, как ни в чем не бывало, подрулила ко мне, вновь наполнила емкость. Ага, вот от этого красивого ножика с ручкой из моржовой кости шустрик Тори и пострадал. Н…
Подошла Гудрун. Прихрамывая и придерживая правую руку левой.
— Знаю. И он унаследует часть твоей удачи, Ульф Вогенсон. Ты не в обиде?
Рядом скрипнул снег. Я не шевельнулся. Волчий запах коснулся моих ноздрей. Я скосил глаза и скорее угадал, чем увидел, зверя. Силуэт белого волка растворялся в снежной белизне. Боковым зрением я след…
Мне повезло. Мой ярл появился раньше, чем железо накалилось. То есть очень быстро. Влетел в дом, бросил на меня яростный взгляд: «Опять ты!» — и рявкнул на моих палачей так, что те от меня немного от…
— Ты! — Похожий на удерживающий мачту штырь-фиксатор Рагнаров палец нацелился на оружейника. — Ты был рядом. Что ты видел?
— На человека брехали… — дрогнувшим голосом поведал нам старина Пэр.
Я трижды получил двойную долю, потому что наконец-то приспособился к мячику, вспомнил свои волейбольно-баскетбольные навыки и приноровился «резать» так, что тяжелый кожаный мяч, мало того что падал н…
Взгляд, которым одарил ярла дедушка, яви он его с киноэкрана, сделал бы Стенульфа звездой первой величины. Так смотрит фермерша на собственноручно выкормленного петуха, который вдруг человеческим гол…
Кто-то не удержался и метнул копье. С пяти шагов. В упор. Медвежонок как-то увернулся, и копье, пролетев еще метров двадцать, воткнулось в снег перед Стенульфом.
Вся наша застольная братия-сестрия дружно высыпала во двор. Вся — это Медвежонок, Гудрун, Рунгерд, четверо людей Рунгерд, из которых я знал только Гнупа Три Пальца, их жёны, Льот Рукавичка, Хегин, ег…
Так всё и закончилось. Графеныш, протрезвев, приходил ко мне извиняться. Заколку для плаща подарил. Сказал, что я поразительно похож на этого Жофруа де Мота. Так что нас и на трезвую голову можно пер…
Сыновей от законной жены у покойного ярла не имелось. А даже если бы и имелись, то рулить на земле мужа ни ей, ни ее братцу все равно не положено. А положено отдать опекунство старшему из родичей пок…
Теоретически я был неплохо подкован в допросной тактике. Я знал, например, что большинство из специалистов форсированного допроса в моем собственном хирде считают, что предварительная обработка жертв…
— Ты — новый хозяин грэнда? — не очень вежливо поинтересовался кряжистый мужик с сосульками в бороде. Он распахнул доху, показав богатый пояс с мечом.
Усадьба у него была стандартная. Несколько строений, главным из которых был длинный (метров под двадцать) дом стандартного дизайна и интерьера. То есть — в начале — что-то типа сеней и большая кладов…
Две белые тени возникли из ниоткуда. Волки. Белые как снег. Два хищника размером с крупную канадскую лайку встали у нас на пути, будто призраки зимнего леса.
Я не хотел. Единственное мое желание — чтобы меня не трогали. Вернее, трогали, но уж никак не мечом.
Хорошо, когда твой противник крупнее тебя. Из него получается отличный щит. Хегин еще не успел понять, почему его рука повисла, как я уже сунул левую руку под его доху… Так и есть: изнутри нашиты кар…
— Ну так почему тогда в вашем фюлке рулит твоя матушка? — поинтересовался я.
— Какая битва, матушка? Ты что? — Медвежонок обнял мать и потерся бородой о ее щеку. — Да мы с Ульфом вдвоем разгоним дюжину вестфолдингов! Так что дай-ка свое снотворное зелье моей сестрице, а как о…
…Чудовище с огненными глазами глядело на меня. Уродливая морда дракона проступала сквозь мужественные черты Ивара Рагнарсона… Мерзкий ящер, не мигая, глядел на меня и решал, стоит ли меня кушать…
Одно движение — и я уже сжимаю в руке меч.
После обеда заняться мне было совершенно нечем. Матерые викинги в это время предавались сну или тихим играм (фигурки, камешки, кости), а не матерые — хозяйственным работам. Я относился к первой групп…
— Я не гадалка, — буркнул ярл. — Если ты из Сёлунда, то, думаю, служишь ты Рагнару-ярлу.
Нет уж, для таких «подвигов» одного только обучения маловато. Здесь еще и генетика поучаствовала. Естественный отбор. Когда в Скандинавии первые воины появились? Веков пять назад, никак не меньше. Сл…
С такой репутацией я мог быть стопудово уверен, что никто из соседей ни на меня, ни на мою собственность покуситься не рискнет. Хавчик — великий специалист по средневековому пиару.
«Королевский дворец» Рагнара Волосатые Штаны мало отличался от стандартного длинного дома данов, разве что был побольше.
Я не отказал себе в удовольствии: разогнавшись, прыгнул с крутого берега, как с маленького трамплина. Приземлился правильно… Но пробил наст, по колено погрузился в сугроб и упал. Хорошо хоть лыжи не …
Сильное заявление. Или это — намек? По здешним верованиям, крылатые девы-воительницы — агенты асгардского спецназа, подчиняющиеся непосредственно Одину. Их появление толкуется двояко: либо Отцу воино…
«Стоп! — решительно сказал я сам себе. — Не в дури дело!» Так и есть. Бывал я в Амстердаме. Пробовал их кафешопные «деликатесы». Ничего похожего!
И добился. Меч скользнул в сторону. Волосатый издал восторженный вопль и обеими руками вцепился в Кольгримово горло.
Кожа у Рагнарсона была молочно-белая и гладкая, как у женщины. Ни одного серьезного шрама. Большая редкость для того, кто прошел через сотни схваток. Сложен Бескостный был просто замечательно. Как и …
В качестве тяжелоатлетического снаряда Тору предложили кошку. Правда, большую. Великанскую. Тор (храбрый, как и подобает богу, — я бы ни за что не стал хватать чужую кошку с тигра размером поперек жи…
Оказалось, дедушке прекрасно известно, что я, так сказать, выходец из другого мира. Высказался в том смысле, что видящий отличает таких, как я, так же легко, как обычный человек — негра от китайца. И…
— Мой муж говорил: когда дух Медведя входит в него, это величайшее из наслаждений. Первый глоток пива после тяжкой дороги, первое соитие с женщиной после долгого плавания… Всё это не может сравниться…
Я выругался. Вот уж не было печали! И что теперь делать?
— Не та ли Гудрун, которую Эйвинд назвал своей невестой? — Вестфолдинг прекрасно знал ху из ху, но на всякий случай решил уточнить.
Увы! Ответить взаимностью рысьеухому Скейву я не мог. Главным образом, из-за его сынка, белобрысого щекастого дебила с белесой немочью, пробивающейся на прыщавом подбородке.
Метание копий — это конек викингов. Стрелки из лука они, прямо скажем, средние. А вот этот вариант дистанционного боя освоили в совершенстве. Мне о таком уровне не стоило даже мечтать. Да и ловить ко…
Прибыл, остановился на дистанции, далекой для прицельного выстрела, и затрубил в рог.
Ну, дяденька! Это уже несерьезно. Убивать тебя я пока воздержусь, не то деньги платить придется, да и родня у тебя может быть… неприятная. А вот хулиганить не дам.
Рунгерд легко бежала через поле, прокладывая лыжню. Я скользил за ней, не отставая и не обгоняя. Я чувствовал, что у Рунгерд есть какая-то цель, но сам лишь наслаждался великолепной сияющей ночью, сл…
Уже развязанный Хегин глянул на него, как помоечный кот — на волкодава, и кое-как, с помощью мальчишки-тинейджера, уселся на край саней. Вид у «жениха» был небодрый. Крови потерял изрядно. Да и рану …
Затем я прокачал парня насчет гибкости и растяжки. Тут результаты были похуже, но в нормы укладывались.
Пока костер пылал, народ праздновал. Для викингов смерти нет. Есть переход в иное качество. В данном случае — на высший уровень. В Валхаллу. Так что вестфолдинги и их многочисленные гости веселились …
Такой вот дом. И не дом даже — землянка. Еще точнее — берлога.
Если у этого вида такие самочки, то каковы же самцы? С мамонта ростом?
— Как боги допустили такое! — причитала Гудрун, прижимаясь ко мне. — Вот я смотрю на него: он такой красивый, такой сильный. Кажется, сейчас проснется, встанет и будет как прежде. Но ведь не встанет,…
Торд вздрогнул и оглянулся. Удивился, увидев меня. Он что, ожидал, что я, как и берсерки, свалюсь в беспамятстве?
— Что скажете, верные мои? — задал Рагнар чисто риторический вопрос.
Лидировал в ней, безусловно, Гнуп, вооружившийся, кстати, не мечом, а копьем. Ну и щитом, разумеется. Тряпкой я его не обманул, от подсечки он ушел прыжком вверх, и она досталась другому, который куб…
От такого заявления я, признаться, растерялся.
И не дожидаясь ответной реплики, скинул с саней медвежью шкуру.
Я отреагировал слишком поздно и подпустил Свартхёвди на расстояние копейного удара. Сухой треск сшибающегося дерева был подобен автоматной очереди — так быстры были удары и отбивы. На расстоянии двух…
То есть на совместной пьянке с парнями молодого Рагнарсона те, у кого в голове было хоть немного масла, не только дули пиво и соревновались, кто дальше закинет каменюку. Для умеющих слушать и запомин…
Ему никто не ответил. Болтун — он у нас реально «болтун». А остальным, похоже, было не до словесной перепалки. Они с надеждой косились на Стенульфа, Свартхёвди и меня.
Помимо белого малахая дедушка был одет в белую же шубу, которая свисала с широченных плеч аж до облепленных снегом унт. Шуба была перехвачена широким поясом, утяжеленным обычным здешним арсеналом, са…
— Любой сёлундский мальчишка может обходиться без еды три дня! — Каменный Волк пренебрежительно фыркнул.
Как оказалось — накаркал я, а не Рунгерд. Но выяснилось это двумя месяцами позже.
Над длинным столом, за которым вольготно расположились конунги, ярлы, хёвдинги и прочие джентльмены норманских дружин, собравшихся в Роскилле для совместного вика, на мгновение повисла тишина. Сквозь…
— Говорил я тебе — вынесем его за ворота, — прошипел мне на ухо Медвежонок, но я отмахнулся.
— Почему ты? Торд привел вас. Торд ответит за смерть!
Но попробуйте проскандировать что-либо прыгая с двухметровой высоты на лед.
Угодив в лапы Хавгрима, трэль обмяк, впал в ступор и позволил делать с собой всё, что требовалось по инструкции.
Короче, для переворота нужен был настоящий лидер и сильная штурмовая группа. Вот за этим Гундё и явилась в обитель берсерк-мастера.
Вот так всё и разрешилось. Бескровно и бесплатно. Если не считать двух марок, которые пришлось заплатить Рагнару за «беспристрастный» суд. И небольшого (еще марка) подарка, который пришлось сделать Х…
А после, поскольку до того торжественного момента, когда фьорд очистится от льда и наша могучая флотилия отправится сеять недоброе и пожинать вечную славу, оставалось по прикидкам специалистов недель…
Была, например, такая развлекуха. Шестеро игроков вставали вокруг вкопанного в землю столба и поочередно метали в него тяжеленький, примерно в четверть пуда, плоский камень. Сначала казалось, что зад…
— Конечно, я рад! — со всем возможным пылом заявил я.
Соврал и не поморщился. Можно подумать, я «крепленое» пиво от обычного не отличу… Ну да ладно, не будем жадничать.
Я-то наверняка знал: во время своей контратаки Скиди такими тонкостями не заморачивался. Ударил как умел. Был бы чуть другой угол — и клинок прошел бы не по шее, а по горлу. Тогда уж никакие перевязк…
— Расскажи, как это случилось! — Вестфолдинг не верил мне ни на грамм, по роже видно.
Я вновь упрятал меч в ножны и подошел к Гундё, по пути довольно грубо отпихнув Болтуна. Если бы он дернулся, я бы его прикончил. С удовольствием. Но он не дал мне повода.
Мир наполнился красками, будто я оказался в эпицентре северного сияния. Это было так чудесно… И длилось, длилось до бесконечности… До самого утра.
— Поехали! — решительно заявил Харальд Щит.
Ее Сваре зарезал первой — чтоб не закричала.
— А что ты мне привез? — шепнула мне девушка моей мечты.
Свартхёвди пожал плечами. И поклялся. Я, естественно, тоже. Не так я воспитан, чтобы выносить на мороз беспомощного человека. Даже если это мой враг.
А в бочке, брат мой Ульф, оказалась ворвань. Причем довольно вонючая, потому что одному только Эгиру известно, сколько эта бочка плавала по морю, пока ее не выловили Хегин с халогаландцем.
На мое счастье, в следующую секунду она выпрямилась и громко рассмеялась.
Бенц! — Предназначенный мне удар меча достался коленопреклоненному пареньку. Аккурат по шлему. Шлем-то выдержал, только малость помялся, а вот моя прикрытая лишь черными кудрями голова наверняка оказ…
Ничего, подождем. До чего же она всё-таки красива, моя синеглазая невестушка!
И элегантным движением выхватил из седельной сумы платок.
Само собой — нас заметили издали. Само собой — нас опознали. У здешних — отменное зрение. И естественно — приготовились к встрече.
«Дай срок, и я прикончу тебя, сука!» — отчетливо читалось на физиономии Торда.
Я сам не понял, каким образом он так извернулся, но меня подбросило на полметра, а затем приложило лопатками оземь, а предплечье Ивара придавило мне кадык.
Бросок был хорош. Воина, словившего копье щитом, вынесло из строя.
— Я не Жофруа, — произнес я мягко. — Ты обознался, малыш.
Знал бы он, что по ту сторону — одни бабы да трэли…
— Эй, отродье Локи! Я думал: ты покрепче. И сетью промахнулся. И полешком ударил — крепче моя бабушка клюкой тюкает. Надо бы сказать твоим парням, чтобы выбрали себе другого хёрсира.
Так я речь и закончил. Махнул залпом рог с пивом и сел.
Мой организм не оценил трагизма момента и отреагировал на близость девушки выплеском адреналина и прочими физиологическими реакциями.
Третий день попойки заметно снизил реакцию моих соратников. Да и мою тоже. Зато бойцы Бескостного оказались на высоте.
Его корабль приплыл в Роскилле едва вскрылся лед. Рискованное путешествие, но этот паренек был не из трусливых.
Не велел. Кликнул Харальда Щита, процедил что-то сквозь зубы, пренебрежительно. Но Харальд расцвел. Оказалось, им дали разрешение на участие в будущем грабеже.
Больше всего меня привлекала борьба. Обычная, без оружия. Поначалу я думал, что против плечистых гигантов с ручищами-капканами не потяну. Но выяснилось, что за время нашего плавания мои кисти тоже на…
— Понимаю тебя, — после паузы произнес Рагнар. — Если бы он сказал тебе, что он — франк, ты принял бы его в хирд?
Еще через три дня Свартхёвди отчалил, а я, мучимый похмельем, ревностью и чувством вины, занялся наконец тренировками.
Полгода назад для меня эти слова были бы пустым звуком. Сейчас я знал, что это не так. Электрическое копье Одина вбило в меня уважение к подобным клятвам.
Вымороженное, как же! Совершенно обычное древнескандинавское пойло. Впрочем, в свежем виде очень даже качественное.
Ну да. «…И кто кого переживет, тот и докажет, кто был прав, когда припрут», — пел великий человек Владимир Высоцкий.
На восьмой день я вспомнил о своем учительском долге перед Скиди (совсем я забросил парнишку) и отбыл домой. Возможно, это был просто повод покинуть развеселую компанию, в которой мне было не очень-т…
Не сказать чтобы я испугался. Два волка — один полушубок. Зимой — самое то. И камуфляж идеальный.
Чтобы попасть в Средиземное море, нужно сначала с запада обогнуть земли франков, потом Испанию, где в данный момент властвовали арабы, затем пройти через Гибралтар в Средиземное море, проплыть вдоль …
Но меня он заинтриговал. Я вспомнил свирепый оскал мохнатого гигантопитека. Мог ли он быть самкой? Если Хавчик прав, то выходило, что меня не съесть собирались, а поиметь?
— Дай ему овцу! — отрезала Рунгерд. — Всё! Прочь с глаз моих, или вам придется самим ублажать это отродье великанов!
Приняли нас прилично. Накормили, напоили, баньку растопили. Ох, вот это кайф! Лучше женщины, ей-богу! Хотя и женщины тоже были, врать не стану. Местные нам ни в чем не отказывали.
А вот мне требовалась серьезная помывка. Учитывая здешние реалии — холодной водой и без мыла. Удовольствия немного, зато бодрит. Особенно после того, как тебя едва не убили.
— Эй, ты, зверюга шерстяная! — гаркнул я, глубоко оскорбленный йетиным пренебрежением.
Через месяц он объявился в Тёнсберге, главном городе фюлька Вестфолл, где сумел устроиться «юнгой» к одному из свейских купцов.
Королевич согласился. Но внес поправку, что одним мечом много не добудешь. Пара драккаров, укомплектованных опытным экипажем, — вот источник настоящего богатства.
Кольгрим треснул его палкой по крупу. Не воодушевил.
Сначала я хотел просто ее выгнать (ну не люблю я, когда — по обязанности), но тут такой запущенный случай…
Очухался уже на земле. На заботливо подстеленном одеяле.
Я хрюкнул, представив это волнующее зрелище, а Полбочки зашипел злобно и, не прощаясь, выскочил из дому. Я услышал, как он командует своим, чтоб запрягали сани.
При этом покрытая рыжей щетиной нижняя челюсть Медвежонка очень характерно выдвинулась вперед.
— Не могу, — так же тихо проговорил я. — У нас с ним договор.
— Говори, что хочешь, — проворчал он, — а я вот хочу услышать, кто заплатит мне вергельд за моего родственника.
Он по-прежнему пыхтел и возился, причем один разок так толкнул сарай, что строение вздрогнуло. Я подумал, что это все же зверь. Но тут загадочное существо совершенно отчетливо произнесло «гот кьёт», …
Старший сын Пэра, Льот Рукавичка, потянулся к топору, но я чуть заметно покачал головой.
Тот, естественно, отвлекся, и жеребцы опять сцепились.
Обучение началось, когда я уже решил, что дедушка — просто халявщик.
— Быть посему, — резюмировал ярл под широкую ухмылку Хавгрима Палицы. Вот кто был искренне рад, что стороны договорились.
Меня поняли правильно. Двое дюжих викингов выскочили в круг, подхватили своего приятеля и уволокли.
Игры начались с боя жеребцов. Воистину сегодня был неудачный день для этих славных животных.
Тьфу на тебя, Хавчик! Болтаешь всякую чушь, а потом как привяжется… Нет, точно придется с Рунгерд договариваться по поводу изгнания волосатого дьявола. А то ведь спать спокойно не смогу. А вдруг йоту…
— Ага, — буркнул я. — А вы бы друг друга…
— Думается мне, колдовство может быть причиной смерти Эйвинда-ярла!
— Так меня зовут, — согласился дедушка. — Каменный Волк. А ты, вижу, выбрал путь своего отца.
Нореги совещались. Тыкали пальцами в оставленную Эйвиндом лыжню. Один след был заметно глубже, чем другой. И в нем отчетливо наблюдался изогнутый корень, с которого была сорвана кора. Так вот за что …
— Пойдем, — Рунгерд с достоинством развернулась и поплыла к дому.
— Кто еще готов порадовать Одина? — поинтересовался он.
— Это была не моя идея, — напомнил я. — Можешь спросить у своей дочери.
Раненый перенес процедуру стойко: не пикнул, не поморщился. Разок, правда, потерял сознание и начал валиться на бок, но был удержан от падения племянником. Через минуту, однако, пришел в себя и гордо…
Когда я прибыл, они как раз бросали кости: кому первому укладывать Бетти на спинку.
Правда, у великана имелся сын. И сын этот отомстил за убитых родителей в лучших скандинавских традициях. То есть сначала хотел утопить, но легко согласился на выкуп. Тот самый котел с Мёдом Поэзии.
Что он не увезет лишнего, можно было не сомневаться. Здесь с этим строго. У своих не крадут. Своих только грабят.
Не разбился и умер, а упал, привезли сюда, а умер только ночью, внес коррективы Харальд Щит. Тело, мол, лежало в доме, но запах и вид его однозначно свидетельствовали о том, что Эйвинд-ярл отошел в л…
Очередные соревнования начались традиционно. Желающие потискать друг друга выстроились впереди. И занялись поочередным швырянием друг друга наземь.
Точнее, даже не раздвинулась — подалась в стороны, образуя коридор, по которому в круг вступил новый соискатель.
— И мой сын уже одобрил будущий брак, верно?
— Один не отверг тебя. Но и не принял. Другой бог был с тобой. У него глаза Бальдра, но это не может быть Бальдр, потому что Бальдр — в царстве Хель.
Еще я заметил, что длинные полы его шубы на ходу почти не раскачивались — так плавно он двигался.
Всегда невозмутимый Ольбард задыхался от хохота и лупил кулаком по столу так, что доски трещали…
Интересно, какой он, Париж девятого века? Похож ли он на прекрасный город дворцов и мостов моего времени? Город изысканной кухни, гордых таксистов и светящихся витражей Нотр Дам де Пари… Город, в кот…
— Небесных дев… Они здесь. Дай мне меч. Поскорее! — Только теперь я понял, как ему больно. И как трудно не показывать виду…
Харальд Щит врубился в это с ходу — и помрачнел. Но сделал вид, что очень рад появлению новых персонажей в нашей маленькой драме. Формально-то они приехали, чтобы проявить уважение к кончине Эйвинда …
Я в сердцах отвесил Хавчику подзатыльник, велел: «Сгинь!» — и предался размышлениям: куда бы деть мою объявленную персоной нон грата собственность.
Народу пассивность Скиди не понравилась. И чихать. Главное, чтобы результат был правильный.
Надо признать, обе команды с мячом управлялись ловко. Бывало, мячик не касался земли целую минуту.
— От любой раны можно умереть, — напомнил я правило, хорошо известное в этом мире, лишенном антибиотиков.
— Да вот… Никак встать не могу, — проговорил он уже не так весело.
Однако в данном случае оказалось очень даже «чего». Конечно, виноват в последствиях был не только удар, но и специфическая наследственность Медвежонка. Но тот Свартхёвди Сваресон, которого я знал, на…
Я поглядел пару минут на эту патриархальную картину (меня будто не видели), а потом запах съестного достиг не только моих ноздрей, но и мозга. И желудок тут же потребовал завтрак.
Третий, самый проворный, почти добежал до ворот, но почуял за спиной смерть и решил встретить ее грудью и с поднятым мечом.
И не дожидаясь, пока он подготовится, подсек парня под колено. Шлеп! И мое импровизированное копье уже упирается Скиди в горло.
А через пару недель в имение приехал младший брат вдовы. И они с безутешной вдовушкой взяли да и выгнали наложницу Гундё.
Медвежонок очнулся ближе к вечеру. Стенульф дотошно расспросил его о том, что с нами произошло. Свартхёвди помнил вчерашние события во всех подробностях. Дедушка остался доволен. И заявил, что подгот…
«Женишок» не ответил, только щурился и сопел в две дырочки. Неудивительно. Ротик-то я ему еще перед отъездом заткнул.
Незаметно для гостей я подал знак Хавчику: отойди подальше и не отсвечивай.
Больно, однако! Медвежонка скрючило. Однако согласно правилам останавливать матч из-за выхода игрока из строя не полагалось. За следующие несколько минут скандинавы проиграли почти метр территории.
— Пусть будет так. Когда отец Эйвинда потребует обратно свадебный дар, ты его вернешь из собственных средств. А пока будем считать, что это и есть твой дар! — решительно заявил он.
— Если так обстоит дело, — Эйвинд заметно повеселел, — то я могу попросить Гудрун вернуть тебе твои подарки. Она не откажется, если я пообещаю подарить ей что-нибудь получше. Договорились?
— Давай не откладывай! Надо сыграть свадьбу до вика. А то убьют тебя — и даже сына не останется!
Ух ты! Старая леди решила вставить свое слово. Может, зря я помешал Торду ее прикончить?
Я и засмеялся, громко и с удовольствием. Потом надел прислоненные к дубу лыжи и побежал. Полетел, как на крыльях. Чудесно! Если то, что со мной было, и есть состояние берсерка, то я — суперберсерк, п…
Стремительно влетел в открытые уже ворота.
Однако слух человека устроен так, что может вычленить из любого гама совсем тихие звуки. Если они намекают на опасность. Это умение, унаследованное нами от диких предков, само собой, нуждается в трен…
Обостренное чувство собственной важности вообще характерно для норманов, а уж для самолюбивого датского тинейджера — в особенности.
— Ах какой красивый! — воскликнула девушка, осыпая меня сладкими поцелуями. — Это твой свадебный дар, да?
— Ага, женихи! — проворчал я, ощущая вполне определенное беспокойство (Ведьма, блин! «Тебя скоро убьют». Базар фильтровать надо!). — А свирепого ярла из Вестфольда не хочешь? С полусотней голодных но…
Скандинавская вёльва и землевладелица была невозмутима.
— Давай-ка со мной, Бескостный! — Рыжий скинул рубаху, поплевал на ладони и встал напротив Рагнарсона.
— Это моя овца! — пророкотал он вполне членораздельно.
Да только что мне можно предъявить? Сломанную дверь? Поломанную лодочную скамью?
Переводчик тут же подскочил и принялся за дело.
— Выходит, у него были основания отомстить за дядю! — Тут же заявил Хальфдан. — Вергельд ему никто не платил.
Мои друзья были замечательными мореплавателями. Пересечь Северное море и внезапно возникнуть из тумана у берегов Англии?
Несмотря на то что дед отнесся к моей персоне с явным скепсисом, мне он понравился. Так двигаться в столь преклонном возрасте — это о многом говорит.
Через минуту мы уже чесали через озеро. И лыжню на этот раз прокладывал я. Надо же как-то адреналин выплеснуть.
Ночь была необычайно светлая. Лунный свет отражался от снежной белизны, создавая ощущение сказки. Ни ветерка. Мир застыл в неподвижности и тишине, которую нарушал только скрип снега под лыжами.
Прошло еще немного времени — и я забыл о четвероногом соседе.
— Ты глянь, воин, какие стрелы! — Торговец с ходу угадал покупателя. — Оперены настоящими орлиными перьями! Погляди, как остры наконечники! Как они отшлифованы! Ни одна кольчуга не удержит такую стре…
Утром я оставил ее в усадьбе, а сам отправился к Хегину: проверить, как идут сборы Скиди, а заодно узнать, не докучает ли соседу подружка-йети. Оказалось: нет, не докучает. Правда, Хегин, по рекоменд…
— Если ты говоришь правду, значит, лжет мальчишка Жерар. А зачем сынку франкского ярла лгать? — произнес он. — В то время как ты сейчас стоишь на пороге смерти и потому готов говорить всё что угодно,…
И снова проиграл. Заборола его бабка. Не то чтобы совсем, но на одно колено поставила грозного Тора. Иппон не иппон, но вазари. Прием засчитан, бог снова продул.
Это тоже полагалось отпраздновать — и мы отпраздновали на славу. Дядюшка Полбочки проявил изрядную щедрость — накрыл поляну на весь хирд Хрёрека (две сотни голов, вернее, глоток) и примерно столько ж…
— Ничего я не верну! — крикнула Гудрун. — Ты мне по нраву, Эйвинд!
Но мне было наплевать. Что-то хрустнуло в моем понимании мира. Мы же — братья…
Один велел привечать путников. Ну да таких путников, как мы, попробуй не приветь! Восемь вооруженных мужчин, из которых по меньшей мере двое (мы с братцем Тордом) профессиональные головорезы, а двое …
— И ты, я думаю, не просто дурак, Полбочки! — добивал униженного бонда Медвежонок. — Ты глупее цапли, если думал, что сможешь управиться с воином. Лучше бы ты овечек стриг да поросят холостил. В этих…
Проснувшись, Сваре почувствовал сильный голод, но первым делом позаботился о своей добыче. Осмотрел головы и выбрал из всех три: ярла и двух его сыновей. Эти он оставил, а остальные подарил Эгиру. За…
Однако глупо ожидать, что Отец воинов отреагирует на жалкого петуха, заявил Стенульф. Вот если бы мы кого покрупнее прирезали. Раба, например, а еще лучше — взятого в бою пленника, тогда — другое дел…
Это было гуманно. Здесь три уровня поединков: до первой крови, до тех пор, пока один из противников потеряет возможность продолжать бой (например, из-за отрубленной ноги), и до смерти.
Гибким и плавным движением она села. Поправила одежду, закинула за спину косы.
Забавный, потому что наш слух еженощно услаждали «жалобные» стоны безутешной мамаши, которую дедушка Стенульф «утешал» с поистине недедской мощью.
— Мои воины были в пути с самого рассвета, — заявил ярл. — Они устали и проголодались.
Все, что я мог сделать, это попробовать уйти в поворот, но тогда я гарантированно приземлюсь на камни.
— Это потому, что там, — кивок на лабораторию, — ты казался мне намного больше! Пожалуй, мой великан, я не вернусь к гостям. Не стоит.
— Хочешь сказать, что я лгу? — Я подбавил в голос угрозы. Поединок меня вполне устраивал. Один на один у меня куда больше шансов, чем один — на пятнадцать.
Хегин купил ее на рынке в Хедебю именно как вышивальщицу. Дорого купил. Но, по его словам, денег этих работница стоила.
— А ты? — не менее игриво осведомился я. — Будешь приезжать ко мне в гости?
Деньги на вергельд за убитого выделил Хрёрек. Я отнес их Красному Лису. Отдал при свидетелях — как положено. Ирландец публично заявил, что не имеет к Свартхёвди претензий. Призвал богов в свидетели с…
Гудрун и Рунгерд поехали с нами. На санях, потому что ушибленная рука Гудрун все еще болела. А вот Медвежонок предпочел лыжи. И усвистал вперед: кликнуть Хегина Полбочки со товарищи. В качестве свиде…
— Всё видел, конунг! — бодро отреагировал тот.
— Страшная участь! — с болью в голосе проговорила Рунгерд. — Я просила богов, чтобы в нем никогда не проснулась отцова кровь. Боги не вняли.
Ярл глядел поверх наших голов, пытаясь высмотреть, что там — на подворье? А что, если за забором — кто-то серьезный? Например, Хрёрек Сокол со своим хирдом?
— Франк пьян, — напомнил Ивар. — Может, завтра, когда он проспится…
Одно приятно: Медвежонку красавец норег сразу не понравился. Может, из-за меня: моя женитьба на Гудрун изначально — его идея. А может, из-за Эйвиндова высокомерия. Разговаривал тот подчеркнуто вежлив…
Почему-то мне стало его жалко. Не люблю, когда людей унижают. Даже если это и справедливо…
— Это мой трэль! — с нажимом произнес я. — И его язык — тоже мой. И язык этот сказал правду. Говори, что тебе надо, сын Бруни, — или убирайся!
Скиди, хмурый, стоял неподвижно. Меч держал — как дубинку. Очень хорошо, мой мальчик! Просто отлично!
После своего возвращения домой Свартхёвди срывался дважды. Один раз его успели повязать, второй случился ночью и тоже обошелся без жертв. Девка, делившая с Медвежонком постель, получила легкие телесн…
— Можешь потрогать! — проворчал дедушка Стенульф. И, обращаясь к нам: — Эту волосатую дубину звать Хавгрим Палица. Если есть в Датской Марке кормчий, способный выдуть в одно рыло бочонок эля, то это …
Хренушки! Это — не от мозгов. Это — генетическое. Тянуло меня к Гудрун пуще прежнего. Хотелось ее на руках носить, ласкать-баловать… Ну и всё прочее. Пускай — дурочка. Пускай — законченная эгоистка. …
Целоваться на морозе вредно. Говорят. Мол, губы потрескаются. Врут. Проверено.
К сожалению, на моем челе не было ничего, кроме испарины.
— Тогда так, — Стенульф малость воспрял: — Из своей доли заплатишь четверть марки. Довольно этого?
Каждый мир автономен, однако поскольку Асгард занимает господствующую высоту, то именно оттуда происходит креативное управление людишками. То есть нами.
Надо же какие мы наблюдательные! Вот уж не думал.
Так что пошли квасить с будущими союзниками.
Я и сам знал, что моя корыстолюбивая любовь (уж простите за каламбур!) ни за что не откажется от попавшего в ее очаровательные ручки.
Я наклонился и, шепотом на ушко, поведал ей, что именно я с ней сделаю. Причем — публично. И тогда ей, как ни крути, придется выйти за меня замуж самой.
Я «отметил» каждого из спутников Торда. А затем «нацелил» Вдоводела на него самого.
— Погляди на этот шрам! В битве любой может умереть. Даже самый лучший. Если бы копье прошло на два пальца глубже, я был бы мертв.
Но я отвлекся. Сейчас речь шла не о моей родословной, а о славном генеалогическом древе Свартхёвди Медвежонка.
Но и у Торда не было желания испытывать судьбу.
Эйвинд вежливо улыбнулся. Так воспитанный обладатель «седьмого» бумера реагирует на обсуждение преимуществ «седьмых» «Жигулей» над «москвичом».
Этой ночью в доме было не то что не продохнуть… Шагу не ступить из-за валявшихся на полу выпивох.
— Ха! Красный Лис! — Оскал Ивара стал почти дружелюбным. — Как думаешь: сколько времени мне понадобится, чтобы подмести твоим хвостом эту площадь?
Так что гости мои не скучали и скучать не собирались.
Мы с тобой одной крови, говорила эта улыбка. Так, наверное, Маугли заговаривал зубы какому-нибудь волчонку, чтобы натравить его на своих врагов.
— Мы выслушали всех свидетелей, — пробасил Рагнар. — Теперь говори ты, Ульф Черноголовый. Расскажи нам, как ты убил этого человека.
Прилетели первые стрелы. Так, попугать. Наши тоже взялись за луки, хотя пулять с сотни шагов в строй парней со щитами — дело бессмысленное.
Я, впрочем, и сам об этом догадывался. Корабельный сарай был большой и добротный. Надо полагать, он не всегда был местом для сушки рыбы.
Хавчик в очередной раз меня удивил, проявив земледельческую хватку и недюжинное знание предмета.
Выходит, правы были те, кто предполагал, что это самочка… Хотя — ни хрена себе самочка! Два метра ростом…
Очень правильная команда. Сказано: до первой крови.
— Не думаю, что это хорошее предложение, — спокойно ответил я.
— Нигде. Ничего не чувствую. Ни рук, ни ног.
И каждый раз после такого разговора я оказывался на самой грани пинка под зад.
Получил разрешающий кивок, упал на забрызганное кровью (плевать!) ложе и отрубился.
Для такого героя, как я, согласитесь, плевое дело. Вопрос в том, знает ли неуязвимый и могучий йотун о моем геройстве.
— Полегче, Черноголовый! — проворчал Каменный Волк, поднимаясь и вытирая нож об овечью шкуру, которой был накрыт. Потом ухватил за волосы того, кого только что зарезал, приподнял без особого напряжен…
— Ху-у! Доброе пиво! — резюмировал Треска и цапнул с ближайшего подноса-доски свою копченую тезку.
Свартхёвди покачал головой. Это уж совсем никак. Потому что по закону Гундё, как оказалось, не является формальной матерью своих сыновей.
А равно и торговцев, потому что именно торговцы, как правило, первыми осваивали новые маршруты и разведывали слабые места вероятного противника.
В любом случае, если йотун (или йотунша) вознамерится добраться до Рунгерд, сначала волосатой твари придется пройти мимо нас с Хегином.
Правда, пообещала вернуться не позднее чем через седмицу.
— Он съезжал со склона на лыжах и упал на камни.
Весьма поэтичная речь. Однако я так и не понял — что в этом плохого? Я сам отлично знаю, что такое радость битвы. А тут — то же самое, только в разы сильнее. И даже если потом сутки валяешься никакой…
Не менее двух сотен волосатых пастей бодро захрустели и зачавкали, перерабатывая на экскременты выставленное конунгом угощение.
Формальную сторону сделки было решено осуществить через три дня, в поместье Рунгерд. Вальтев, впрочем, выговорил себе право пользования недвижимостью еще на три недели. Для переезда.
— Это не ее дети! Это сыновья Лодина-ярла!
Но тут уж подоспели и остальные. Моего друга запеленали в сеть, отобрали оружие. Стюрмир, поднатужась, выплеснул на Медвежонка пятидесятилитровую кадушку с ледяной водой…
Так что утечки в южном направлении не было. Зато в северном — сплошь и рядом. Вожди скандинавов, вербующие сторонников, не скрывали, что дело предстоит грандиозное. И прозрачно намекали: мол, пощупае…
Свартхёвди здоровался со всеми, но редко — первым. И никому не кланялся. Зато ему кланялись нередко.
— Возьми, парень! Твоей железкой лучину щепать, а не сражаться!
Но то, что до сего печального момента оставалось для меня теорией, истинные викинги воспринимали очень даже практически. Тем более каждый понимал, что может запросто оказаться и в роли жертвы. Это уж…
Свартхёвди очнулся только на следующий день. И было ему так худо, будто он принял литр паленой водки. Разумеется, он ничего не помнил, и мы, посовещавшись, решили оставить его в неведении до тех пор,…
Я схватил ее и опрокинул навзничь, словно девку-рабыню.
— Не бойся, человек Хрёрека! — хриплым басом заявил он. — А ты, молодой Сваресон, можешь повернуться. Звери Одина не нападают на своих.
В доме было довольно прохладно, но я вспотел. Нервы.