Нагнувшись, Грамадий вытащил из-под стола завязанный холщовый мешок и бросил мне на колени. Завязан он был на совесть, жесткая веревка царапала пальцы, узел упирался, не желая развязываться, но любопытство превыше всего – я хочу посмотреть, что спасло мне жизнь!
Оставалось только слушать и поддакивать. Но это действительно хорошая новость – хоть перестанет переживать. Она ведь молчит-молчит, но и без того ясно, что ее неумение осилить медитацию сильно гнетет.
Лесник, однако, не дал мне подойти. Вышел из-за стола, аккуратно придержав моего стажера за плечо, и направился ко мне, загородил дорогу.
Утро прокрадывалось в сон медленно, вкрадчиво, словно не хотело будить.
– Не нужно, Юлик. Я сама о себе поволнуюсь.
– Да я была бы счастлива! Если бы знала как!