Канн внимательно присмотрелся к другу — выглядел тот опрятно: темно-синяя рубашка, джинсы, двухдневная щетина, но глаза не красные с недосыпа, белки не покрыты сетью лопнувших капилляров, значит, Логан этой ночью спал. Тогда почему в его синих глазах застыло странное сосредоточенное выражение?
Закрыла глаза — шум кофейной машины и тихая музыка уплыли в сторону, окружение снова наполнилось мужским гомоном.
Я почувствовала, что путаюсь в этой паутине размышлений — противной и липкой, не приносящей покоя. А с неба продолжал бесшумно лететь снег. Скоро здесь Новый Год. Надо же… праздник, который празднуют даже там, где нет времени.
Скоро ей предстоит пойти туда, где свистят пули, где реальность вихрится множеством вероятностей, где жизнь в любую минуту может оборваться пустотой. Внезапно он понял, что, наверное, именно это и являлось тем, что беспокоило его все это время.
«Не хочу… не хочу… не хочу… Пусть время повернется вспять, пусть что-то пойдет по-другому, пусть все это не закончится в этой комнате. Вселенная, помоги мне. Помогите, кто-нибудь…»
— Что-то не припомню, чтобы слышал от тебя подобные фразы раньше, — он огляделся вокруг, — а где клетка? Ты сказал, ее нужно уничтожить.