Сзади, на некотором отдалении, ковыляла я (с таким пышущим нездоровьем видом, что впору нести впереди под печальную музыку), со злорадством отмечая, что друзья то и дело обеспокоенно оглядываются. Кроме Лёна. Впрочем, я не сомневалась, что действую ему на нервы не меньше.
Сейчас народу в корчме было мало — по такой погоде даже в поле под кустом не замерзнешь… если, конечно, боишься только мороза. За Мариной Падью начинались официальные владения орков — Волчья Степь. Беда в том, что сами орки об этом не знали и регулярно пересекали существующие только на карте границы отнюдь не с туристической целью (и хорошо, если по доброте душевной оставляли жертве своего уголовно наказуемого деяния хотя бы трусы). Легконогие степные волки серебристо-песчаного цвета тоже проявляли повышенный интерес к экономным путникам, рискнувшим обойтись кустами. «А чтоб тебе на Мариной Пади заночевать!» — в сердцах говорили местные жители и, отправляясь туда пасти коров, торопились вернуться до темноты. А уж что творилось за самой Падью…
На последнем этаже, плавно переходящем в собственно башню («до смотровой площадки осталось всего-навсего четыре дюжины ступеней, а оттуда открывается прекрасный вид на окрестности!» — заикнулся было парень, но мой собственный вид понравился ему куда меньше), находилось всего пять комнат, точнее, келий размером полторы на две сажени. Мне предложили любую на выбор, причем разница между ними была примерно такая же, как между пресловутыми хреном и редькой. Я уныло оглядела более чем скудное убранство в виде единственной деревянной лавки с березовым поленом на краю, в которых я запоздало опознала кровать с подушкой.
Конечно, кулон я Орсане дарила без всякой задней мысли, на день рождения, но сейчас он пришелся весьма кстати. Закрыв глаза, я постаралась как можно отчетливее представить полупрозрачный двухцветный камушек, и в самом деле напоминающий желто-зеленый глаз нахального бродячего кота. Оправа — серебро, цепочка — вычурного гномьего плетения, «змейка». Создав четкий мысленный образ украшения, я переключилась на его хозяйку. Что-что, а припомнить бойкую винечанку не составило никакого труда — мне даже показалось, будто она стоит рядом.
Остальное я прекрасно додумала сама. Вот почему он так плохо, редко и в то же время мощно колдует! Ведь самое сложное — правильно сплести заклинание, а уж там к услугам мага вся сила крови Повелителя, текущей в его жилах.
Здешняя толщина Элгара не превышала шестиста саженей, в то время как некоторые плоскогорья раздавались вширь на десятки верст. Самое подходящее место для сквозного тоннеля — огромной полукруглой арки двадцати локтей в высоту и около сорока — в ширину. Из Корт-огл-Элгара то сплошняком, то порывами хлестал довольно сильный ветер, заставляя местных жителей совершенно машинальным жестом придерживать шляпы, а нерасторопных приезжих — с руганью гнаться за оными по сотне саженей.