– Иаллин, я, конечно, тебя очень люблю, но, если ты его еще раз так назовешь, буду сильно бить и колдовать. Прыщ на одном месте начарую. Ты меня поняла?
Белое безмолвие. На многие километры вокруг. Даже ветер, казалось, уснул. Только темнеющее небо и первые блеклые звезды.
Не знаю, понял ли он, что я не терплю грубости, но на этот раз его губы скользили очень легко и нежно, отвечая на мои поцелуи. И не буду врать, утверждая, что мне это не нравилось. Я таяла в этих руках, растворялась на кончиках его пальцев, скользивших по телу, дрожала от сладости губ.
– Чего «ага»? – нахмурился дракон, разом подбираясь.
– Дзинти, – улыбнулся подпаленный дракон. М-да, зубки у него тоже очаровательные. – Ты необычная, Александрит.
Последнее, что я помню, до того как болевой шок накрыл меня с головой, – два абсолютно одинаковых удивленных лица.