– Дело в том, что в мире существует магия…
Небольшая скала, озеро и водопад, вливающийся в его воды даже в это время года создавал живописный вид. Хотя, конечно, летом было бы красивей. Но в это февральское утро Мин Мэй оказалась здесь совсем не для того, чтобы любоваться красотами своей страны. Окава-аджосси наконец был готов, и сегодня решится кому жить, а кому умереть. Она, конечно, с удовольствием разделалась бы с Туманным Волком лично, один на один, так сказать, но тогда человек, которого она очень сильно уважает, лишился бы своей мести. Да и… с трудом, но она признавала, что шансов победить конкретно этого Великого духа у нее очень мало. Окава-аджосси рассказал, почему, и это хоть немного, но примирило ее с прошлым поражением Волку. Он и так-то крайне силен, а уж с духом времени под боком с ним ни один Великий маг не справится. Тем более ей хотелось победить лично… но увы, этот урод совершил ошибку, убив друга Окава Ичиро.
Смысл слова «меркантильность» мне поясняли и мама, и Учитель. Мама наказывала никому кроме нее не верить, а Учитель после этого объяснил, почему верить можно ему.
Дядя в этот момент выглядел жутко… круто! Неимоверный контраст с тем, что я вижу каждый день. Спокойный, с чувством юмора мужчина, вежливый, умный. Сейчас же передо мной стоял отморозок, готовый сойтись с кем угодно и когда угодно. Я понял, что хочу быть похожим на него. Дядя крут!
– Эй ты куда? – спросил тот, кого назвали учителем, но, видимо, не дождавшись ответа, рявкнул: – А ну стоять! Ко мне! Я. Сказал. Ко мне! – тыкал он рукой в пол рядом с собой. Когда второй призрак осторожно зашел в комнату, постоянно оглядываясь на меня, «учитель» произнес: – Это Док Ше, из соседней страны Чжунго, мой маленький визжащий ученичок. Один из многих учеников, – добавил он. – А теперь скажи мне, как ты его видишь? – ткнул он пальцем в Док Ше.
Свою подготовку дядя с дедом завершили минут за десять. Расставили столбы вокруг предполагаемого появления демона, вбили между столбами штыри, которые дядя принес в сумке, что-то там начеркали между ними, и – вуаля, готово. Подтянулась Мин Мэй, успевшая где-то достать новую одежду. Теперь она щеголяла летним платьицем белого цвета, открывающим прекрасный вид на ее ножки. Чем и не преминула похвастаться, подбежав ко мне.