– Милорд ведь не знал об этом? – тихонько поинтересовался Филлип, когда Аливия уже забралась в карету, а Джером обошел карету с другой стороны, чтобы открыть дверцу для милорда.
Он сразу понял поступок женщины. Она знала, что умирает и знала, что умирать будет долго. И так же знала, что дочери нужна помощь, помощь, как можно скорее, а спасатель здесь был только один, который при всем желании не сможет нести двоих. Так же она видела его нерешительность – не мог он вот так хладнокровно бросить умирать кого-то, даже понимая необходимость этого. И она решила все его сомнения за него…
В общем подготовка к обороне шла полным ходом. На стены уже подняли котлы, залили в них мало и сложили рядом дрова. Усилили стражу. Володя все чаще и чаще размышлял каким же образом заставить врага броситься в ловушку. В очередной раз прогуливаясь по стенам и наблюдая, как в город входят бесконечные обозы крестьян с телегами его и осенило. Он тут же помчался разыскивать Конрона, с которым и поделился своими мыслями. Тот тоже поднялся на стены и долго изучал поток беженцев.
Я сердито засопел. Никому! Никому я не позволял называть себя мелким!!! Да, я маленький слишком для своего возраста, выгляжу на восемь, но мне уже одиннадцать!!! И я почти уже взрослый!!!
– Нет. – Володя отвернулся. – Просто видел.
– Леночка, – прошептала женщина. – Ты не помнишь меня? – Она вдруг опустилась на пол и разрыдалась. Мужчина, не обращая внимания на грязный пол, сел рядом. – Прости меня! Прости! – Она подалась вперед и сгребла девочку в охапку. – Я твоя мама, Лена.