– Я прекрасно понимаю, что это безумие, наведенное состояние, которое возникло после того, как ты меня омолодил. По моим прикидкам – это побочное явление лечения, или же ты специально сделал так, чтобы я в тебя втрескалась, как… как… не знаю – как кто! Кошка? Банально… Только ловлю себя на том, что готова ради тебя на все. И это ужасно. На самом деле ужасно. Подчинить волю любовью – это страшно. Ты нарочно это сделал?
– Разве? – Сергар рассеянно натянул на себя рубаху, поправил воротник. – Посмотри на себя. Внимательно посмотри… девочка.
Майор посмотрел в глаза незнакомцу, сдвинув маску-прибор, и едва не вздрогнул – глаза светились! Явственно, как два маленьких прожектора! И вообще, прибор ночного видения показывал парня гораздо более ярким, чем обычный человек. Так бывает во время болезни – повышается температура тела, и тогда человек буквально светится, если посмотреть на него через датчики прибора.
Когда Охотник вышел в тоннель, где почувствовал движение богатого кислородом воздуха, он испытал чувство облегчения и даже радости – насколько это ему позволил практически лишенный эмоций поврежденный мозг. Удовлетворение было таким сильным, что Охотник, до этого момента бесстрастный, как статуя, растянул в довольной улыбке губы, рассеченные заросшим шрамом.
Очнулся от острой боли в животе. Боль нарастала, тело выло, требуя устранить причину боли, и тогда человек сел, открыл глаза, увидев перед собой странную фигуру в зеленой одежде, с размаху ударил прямо по маске, скрывавшей лицо негодяя!