Он остался на ночь, и нянечка, заглянувшая в комнату Кэри утром, лишь головой покачала, пробормотав что-то неразборчивое, но наверняка неодобрительное…
И Кэри вновь сбегает. Она видела кошку в саду, под кустом, и еще воробьев, которые слетались, облепляя ветки старого шиповника. Воробьев ловить куда сложнее, а вот кошка… Кэри еще вчера спрятала кусок вареной грудинки. Он немного запылился, но еще был неплох, и Кэри сунула его в рукав. На ткани расплывалось жирное пятно… опять ее заругают, но вдруг удастся пятно оттереть? Потом, после того, как кошка окажется в руках Кэри. Она же не пытается сделать кошке плохо, просто хочет подружиться, а то в этом огромном доме совершенно не с кем дружить! Нянька и та исчезла, впрочем, поэтому у Кэри и получилось выйти.
— Есть надежда, что мои дети будут более соответствовать породе, — светским тоном заметил он, принимая бокал. — А вот вам бы от выпивки я рекомендовал воздержаться. Кажется, это расстраивает вашу юную супругу.
Патрик повел плечами и ничего не ответил. Он вообще говорил мало, редко, словно стесняясь громкого своего голоса и неумения подбирать слова.
— Такой молодой, а уже Мастер… — светлые волосы Лэрдис рассыпались по плечам, золото на белой коже. Она же давит зевок, и в этом видится новое оскорбление. — Опять же, ты всех сторонился… избегал… и держался так… загадочно.
И ненавидел брата. Вот только хватило бы этой ненависти на то, чтобы воспользоваться ситуацией? А главное, Брокк не понимал, зачем кому-то понадобилось взрывать полигон.