– Крепитесь, ваше высочество, вы нужны своей стране.
– Надеюсь, с ним обращались хорошо? – Угроза плеснула в ухо Раману, заставив того взмокнуть.
– В общих чертах, господин Майсер. – На лице военного промелькнула тень плохо скрываемого недовольства. – В любом случае для этого вам придется перейти на «Керуну».
– Тоже правильно, – кивнул Сергей, подпирая спиной входную дверь. – Надо бы к Роханцеву выбраться, а то уже почти три месяца с ним не виделся. Вроде бы и недалеко, а все недосуг… суета сует какая-то. Обидится еще…
Огромная туша пассажирского дирижабля зависла над посадочной платформой, и ожидающие его причаливания работники аэровокзала забегали вдоль перрона, волоча за собой выброшенные из гондолы тросы. Через пару минут те были закреплены в специальных пазах, и под платформой заработали невидимые моторы, притягивая к себе дирижабль. Наконец с глухим скрежетом днище гондолы коснулось поверхности платформы, двери пассажирского помещения распахнулись, выпуская людей на перрон.
– …Такая громадина, я аж опешил. К тому же у этого гада орудий натыкано штук по десять с каждого борта, а сверху две башни, точно на каком-нибудь линкоре. Я уже приготовился разворачиваться назад, но тут наш командир качает крыльями: мол, «делай как я», и уходит вниз, потом делает горку и прямо в нос этому ястанцу. – Парень продемонстрировал маневр рукой, старательно имитируя звук двигателя. – Ну, мы, естественно, ныряем за ним и та-та-та… нос у того в клочья, а командир делает петлю – и снова в лобовую. Эта громадина и сделать ничего не способна, мы у нее перед носом, как у Пресветлого в кармашке, вот она и может только вертеть верхними башнями да шмалять куда ни попадя. В общем, зажгли мы его буквально с трех заходов и едва убраться успели. Правда, меня на прощание он зацепить успел, там у него где-то пулеметные точки оказались, все крыло теперь – как дуршлаг. К счастью, наши «эсты» – машинки надежные…