Отношения были - а номера не было.Нет, конечно, он мог посмотреть его в личном деле или вовсе поручить Виктору, но это было бы неправильно. Это было бы в стиле прошлого, а ему хотелось действовать так, как должно у нормальных людей.
- Так они с Ясей дружат, - продолжил неугомонный Гриша, - Вот она и вмешалась.
Дикие выкрутасы акробатов, которые потом вытащили на всеобщее обозрение супругов Ратовых - да он просто заледенел, когда это увидел. До сделки с ними оставалось всего ничего, и если эти уроды все испортят...
- Двадцать четыре. Я же говорю - удивительный. Зимины заменили мне родителей, братьев, друзей. Я боготворила их. А в Артема даже была влюблена, - Броневой сцепил зубы так, что те скрипнули, - но это быстро прошло. Не так просто воспринимать как потенциального мужа того, кто уже стал твоей родной кровью, семьей. Кто таскал тебя в туалет и колол в задницу уколы... В общем, они сумели вытащить меня. Несколько лет уговоров, поддержки, истерик, физиотерапии, поиска нового смысла существования, заочного обучения, социальных сетей для общения - их я, кстати, с тех пор ненавижу. Когда бизнес, наконец, стал приносить большие доходы, мне обеспечили реабилитацию за границей...Но дальше уже не столь важно. Важно лишь то, что однажды, как-то в одно мгновение, я поняла, насколько люблю жить. Насколько хочу жить - ярко, весело, вкусно. Насколько все эти условности оказались ерундой по сравнению с самой возможностью существования. И насколько я хочу радоваться этой жизни и радовать окружающих....
- Увези ты его отсюда, - прошептал мне Виктор вчера за чашкой кофе, на которую сам же и пригласился неожиданно.
Кстати, здание также принадлежало холдингу и являло собой навороченный эко-проект с бронированными стеклами, солнечными панелями, самоочисткой и системой управления «такой умный дом, что сам себя боюсь». Его придумал и напичкал электроникой гениальный программист и безопасник, имя-которого-нельзя-называть и на фотографию-которого-нельзя-смотреть. Вообще наши боссы не слишком любили работать на публику: интервью не давали, с речами по этажам не бродили и даже в великие праздники вроде Нового Года до простых смертных не снисходили, а устраивали отдельный банкет для себя любимыхв зале за тремя печатями.