— Долго это не протянется, — угрюмо произнес богослужитель Крепп. — Магический свет ослабевает, привязь сейчас лопнет. Господин Невилл! Прикажите людям отступать! Там сейчас разверзнется пекло! От дома останутся развалины! Господин Эррдиль, над чем вы смеетесь? Это ж ваш дом. Что вас так развеселило?
Он выбрался из саркофага, занемевший, озябший. И тут увидел ее. Она лежала на спине рядом с гробницей, нагая, без чувств.
— Яблочный сок, мать твою, — произнес он так, что трудно было разобрать, крутя при этом головой, как баран, который по ошибке боднул крепостную стену. — Сок… яблочный… желает… Где слуги?
— Ты имеешь наглость противиться князю, женщина? — крикнул Тайлес, откидывая на руку плащ и демонстрируя во всей красе рифленый, украшенный латунью нагрудник. — Ты осмеливаешься подрывать авторитет власти?
— О надежде. О том, что все обновляется и не перестает обновляться.
— Как хочешь. — Маг повернулся, ударил посохом в брусчатку. — Я возвращаюсь в Ковир, ни на мгновение не задержусь в этой дыре. Пошли со мной. Не оставайся здесь. Эти люди ничего не знают, не понимают, они видели только, как ты убиваешь. А ты убиваешь отвратительно, Геральт. Ну, пошли?