Сто снарядов смягчают преграду, а следующая кассета не успевает. «Тайга» врезается в изрешеченные мобили, продавливает их метра на три, распихивает в стороны, но все равно останавливается.
Путешествие по тоннелю оказалось недолгим. Полторы сотни комфортных шагов по скудно освещенному коридору, выход на перекресток, короткое обсуждение, куда идти дальше, и… автоматные очереди, живо напомнившие царящую на поверхности свистопляску.
— Простая пещера? — Kсy покачал головой, выбрался из машины и подошел к другому подчиненному, который занимался внедорожником Грязнова.
— Отлично! — повеселел Зяблик. — Вагон для «вагона» — то, что надо! Вы хороший человек, господин Ремнев.
Она умирает…» Надо было сразу шлепнуть эту дуру! Но ведь верная, сучка, головы откусывала по моему приказу… А сейчас и мне! Б… дь, что же делать-то?!»
И после сотен лет запустения внутренний предел Храма производил величественное впечатление. Стены широких коридоров покрывали барельефы, рассказывающие о грандиозных битвах и великих свершениях. Каменные статуи, что прятались в нишах, поражали мастерством исполнения, а сохранившиеся фрески покоряли выверенными линиями и неувядающей яркостью красок. Здесь разговаривали с богами, и жрецы древней Традиции демонстрировали обитателям Верхнего мира стремление к совершенству.