– Хочешь сказать, я эту кашу заварил – мне и расхлебывать? – От него всего можно ожидать, даже такого.
Магистр сил Дан пребывал в очень скверном настроении. Вообще-то в последние годы подобное состояние стало вполне обычным, можно сказать фоновым, к чему он давно привык и уже не обращал на это никакого внимания. И его подчиненные уже перестали принимать всерьез постоянное брезгливое брюзжание своего командира по любому поводу. Но сам Магистр еще помнил себя совсем другим – молодым юношей, полным восторженного энтузиазма и с горящим взором, блестяще окончившим столичную Академию Сил сразу по нескольким направлениям и всего за пять лет. Он оказался далеко не единственным рекордсменом в освоении высших наук, однако широтой охвата различных дисциплин никто из тогдашних выпускников не мог похвастать. Другие обычно сосредотачивались на чем-то одном, а юноша Даний хотел знать и уметь решительно все. Следуя по стопам отца, он собирался посвятить себя исследованиям силы и даруемых ею возможностей. Дальнейшие перспективы юного таланта выглядели самыми радужными. Молодого Повелителя сил из далекой провинции приглашали к себе на службу столичные Лорды, но разве он мог отказать одному особенному предложению, пришедшему из Главного Храма от Слуг Истинного? Мало кто из бывших послушников Академии мог о чем-то подобном даже мечтать, совершенно не представляя, чем приходится заниматься поступившим на престижную храмовую службу, сулившую быстрый карьерный взлет. И вот теперь, спустя прошедшие годы, уже мало что осталось от того восторженного юноши, разве только спрятанное в самую глубину души наивное детское любопытство и затаенный азарт постижения новых знаний. Остальное пространство оказалось постепенно заполненным махровым равнодушием – и к себе самому, и к другим людям. Слишком многое пришлось пережить Дану за эти десятилетия, его предавали лучшие друзья, он занимался самой грязной работой, обрекая на смерть совершенно невиновных людей в угоду своим хозяевам. Те его ценили и старательно втягивали в круг своих интересов, несмотря на его неявное сопротивление. Однажды Магистр и сам с изумлением обнаружил, что стал практически таким же, как они, черствым и исключительно жестоким, и только толстая защита в виде того же равнодушия, плотно наросшая на душу к тому времени, не позволила наложить на себя руки, хотя очень сильно хотелось. Это оказался единственно доступный вариант нарушить данную им огненную клятву верности ордену Борцов со Скверной. Но он пережил и это мимолетное желание, продолжая свое методичное восхождение по карьерной лестнице, которое тоже совершенно не радовало Магистра. А недавно он осознал, что достиг своего потолка, выше его никто не пустит, несмотря на любые старания и проявленный героизм. Последнее задание и вовсе выглядело скорее как чья-то хитрая попытка навсегда избавиться от него и всей его группы – Дан даже немного обрадовался, воспринимая ее скорее как своеобразный отпуск. Добавлял некоторой радости и отзыв перед заданием его старой очень жесткой клятвы верности, с заменой на другую, дающую немного бо́льшую свободу действий, но все так же не позволявшую ударить в спину своим хозяевам. Однако Магистр уже давно отучился радоваться по-настоящему – и вновь скатился к привычному для себя мрачному состоянию, чему немало способствовали текущие обстоятельства. Сейчас он вынужден изображать из себя очередного ссыльного в далекие Смертные Земли буси (мага, по-местному), обвиненного в посягательстве на запретные знания, которому казнь в огне милостиво заменили пожизненной ссылкой. Вот и двигался он теперь под присмотром и с постоянными болезненными понуканиями стражи, вместе с такими же бедолагами, в сторону Черного Перевала, за которым располагались Смертные Земли, используемые многие десятилетия как тюрьма. В последнее время там начали происходить какие-то непонятные события, сильно перепугавшие всю верхушку ордена Слуг Истинного. Те пробовали вначале разобраться в проблеме своими силами, имеющимися на месте, но у них, очевидно, ничего не получилось, так как пришлось спешно привлекать самых опытных специалистов, отрывая их от других дел. Его самого сорвали с выполнения более важного, как он считал, задания. Группа Магистра обычно выполняла самые сложные поручения, когда надо было найти тех, кто очень хорошо умел прятаться и имел все основания так делать, не привлекая при этом к себе лишнего внимания. И Магистр Дан со своими людьми всегда тихо находил их, как бы те ни были искусны и сильны, независимо от их связей в столичных верхах.
– По представленной мне информации, острая фаза войны начнется только через полгода, но для нас она уже фактически началась, – продолжил я свой рассказ.
После окончания процедуры восстановления себя стоило отправиться на отдых, но желание продолжить начатое дело никуда не исчезло, даже разгоревшись еще сильнее. Пришедшее интуитивное знание нужных действий только подхлестывало меня изнутри. Глотнув «эликсира жизни» из фляжки, я решительно подошел к печи, проникая через ее стенки своим вниманием силы. Теперь я прекрасно знал, как это делается. Чем-то принципиально новым для меня сие знание не являлось. Просто требовалось особенным образом концентрироваться и тянуться, а в остальном – это оказалось примерно аналогично тому, что требовалось для магического взгляда на дальнее расстояние. Не знаю, сколько бы ушло времени для обучения такому обычным способом, но через прямую передачу опыта все получилось практически сразу. Через печь я проник вниманием в тепловые трубы, здесь они не имели внешней защиты и хорошо «просматривались». «Осмотрев» изнутри исправные, проник в поврежденные. Да, разницу между ними можно сразу заметить. Тепловые трубы состояли из трех железных трубок, вставленных одна в другую. Между внутренними трубками из тонких волокон серебра строилась сложная трехмерная структура, по которой быстро перемещалось какое-то вещество-теплоноситель. В поврежденных трубах эта структура-проводник частично оплавилась по всей длине, потеряв свои проводящие свойства, и теплоноситель больше не мог свободно перемещаться. Интуитивно чувствуя, как надо действовать, направил тепло от горячей печи в трубу, восстанавливая своей волей внутреннюю структуру, постепенно придавая ей правильную форму. Это оказалось достаточно просто, но продвинуть свое внимание дальше трех метров никак не получалось. Вернувшись обратно, заметил, как опять рушится едва восстановленная структура. Теплоноситель быстро потек по ней снизу вверх и, наткнувшись на еще не восстановленный участок, стал отдавать там принесенное тепло, разрушая ее сверху вниз. Чтобы полностью исправить трубу, мне нужно восстановить ее от начала до конца за один проход, тогда теплоноситель начнет циркулировать по кругу, спускаясь по внутренним трубкам, и уже не будет разрушать систему изнутри. Теперь понятна вся сложность такой тонкой работы. Даже учитывая мою возможность «заглядывать» в металл дальше, чем мастер Толис, со стороны горячей печи трубку не восстановить, и придется действовать так, как он изначально предлагал. Медленно, тяжело и долго. Однако у меня есть фокусирующий амулет, коим не грех попробовать воспользоваться.
«Нет, он сам пришел, причем скрываясь под амулетом невидимости, кинжалом острым махал, еле-еле скрутил».
Однако не один я сегодня полуночничал. Осус все еще колдовал с закрытыми глазами над нашим пленником, зажимая в руке какой-то незнакомый амулет. Пленник так и оставался в беспамятстве: целитель не позволял ему прийти в себя.