Честно говоря, не ожидал что моя скромная работа может заинтересовать кого-то за пределами России, и уж тем более в Японии, где искусство создания графических новелл находится на столь высоком уровне! Мне, признаться, очень польстил ваш интерес, и я с удовольствием вышлю вам тома с первого по пятый — у меня сохранилось несколько авторских экземпляров. По поводу приобретения более поздних сборников, я рекомендую обратиться в издательство "Мультимедиа — Полиграфия" [контактные данные издательства], а так же в магазин заказов "Озон. ру" — думаю, при Вашем великолепном владении Русским языком это будет несложно.
Стеклянные двери первого этажа открылись для нас только после звонка Коуджи: офис Социального Комитета пребывал на осадном положении третью неделю. Правда, что может стекло против решившего войти даже человека? Но мы ломать прозрачную преграду, понятное дело, не стали. Группа наша смотрелась наверняка колоритно: аякаси за моей спиной непроизвольно построились по ранжиру: слева Мизучи, справа Разящий, чуть дальше Каши и Пачи, а потом — тенгугугми. За спиной осьминога отиралась Гинко — непривычно серьёзная и без остроконечных ушей на макушке. В холле нас встречала не менее представительная комиссия: сам директор, за спиной которого стояли Заккери и седой молодой парень по кличке Широ. Все в брониках, камуфляже и при кобурах. У свиты Соцконтроллёра с плеча свисали укороченные Тип-89 в модерновом пластиковом обвесе, сам Суговара был вооружён Стрейч-Аугом, кто хоть раз играл в CS не узнать это довольно грозное оружие не мог. Серьёзно подготовились. Мы с Коуджи поклонились друг другу с церемониальностью бонз якудзы — скорее, чтобы успокоить мандражирующих от вида моей "гвардии" подопечных, чем за-ради протокола. Менеджер на ресепшене делала вид, что её нет, через стену, прямо рядом с дверью с надписью "пост охраны" просвечивал слабый контур ещё одного мага — очки визуализировали свёрнутую до предела ауру. В просторном помещении было пусто, тепло после улицы и очень чисто. Даже показавшееся между тучами и горами солнце бросило тёплые и косые лучи сквозь двухъярусные окна — от пола до потолка… Этот миг буквально врезался мне в память — когда я в очередной раз вспоминаю те события, у меня каждый раз возникает перед глазами эта картина.
— Хватит панику разводить. Обычный обоюдоострый кинжал…
Обычно дети учатся поведению с детства — у родителей, у родственников, потом в школах "для своих", на тусовках и раутах, бессознательно копируя и вбирая закреплённый за своей социальной группой стиль поведения и набор стратификационных маркеров. Вдалбливают в подкорку и пользуются неосознанно… и меня, с моими "прекрасными" маркерами "простолюдина" ждало как минимум полугодие адаптации, когда ты пытаешься быть "как все", а на тебя смотрят как на г… городского простолюдина. Могли попытаться и ногами побить — если верить фильмам про закрытые школы для аристократии… К счастью, "по техническим причинам" перевестись в такую школу мне нельзя, и Котегава принялась учить меня "по взрослому". Хмм, с чем бы таким сравнить? Физика? Не то, логики гораздо больше. География? Наоборот, логики почти никакой. О! Фармакология! Три дня. Три дня от прихода из школы до самого сна, и ещё "порция" на завтрак. Потом школа. И опять. Полное погружение в материал — Цутигуме сначала рассказывала и объясняла логику производимых действия и происходящих событий, а потом мы отыгрывали её. Сильно помогало то, что эти дни я провёл в Шинтакамии — в Президентском люксе оказалось четыре спальни и две ванные, так что мы с паучихой друг другу не мешали. Еду нам доставляли из ресторана отеля, бельё меняли — короче, я мог не думать ни о чём, кроме этикета и поведения… слава ками, оставалась школа! А то я бы свихнулся!..
Долго ли, коротко ли… тьфу, блин! Короче, ещё через час хождения вокруг горы против часовой стрелки мы всё-таки пришли. Визуально место ничем не отличалось от того, что осталось у нас за спиной, и, судя по всему, дальше было то же самое, только с надписью "Сюда нэ хады, налэво хады, да?". Простите, опять мой дурацкий сарказм. Потому что местность всё-таки отличалась. Паром охватывал сложным узором приличную область, причём в камне под почвой надписи были самые мирные: "ЗОНА ОТДЫХА", "ГРУЗОВОЙ ТЕРМИНАЛ" и "ТЕРМИНАЛ-А". Видимо, там рядом был и "терминал-В" — вот только склон горы в этом месте был разрушен на два метра вглубь, деревья не росли, только кустарник вроде лещины вымахал, слегка маскируя эту зону. А кора на деревьях вокруг…
— И она так расчувствовалась, что с ходу усыновила Юто! — фыркнула Кузаки.