– К сожалению, ни на одном из названных вами предметов нет ваших фотографий.
– Не ври, сынок, – улыбнулся Краснов. – Врать мне не имеет смысла, забыл? Вранье придумал я, и никто не сможет превзойти меня в этом искусстве. Я и сам знаю, что Питер – сложный человек и отношения у вас не складывались с тех пор, как тебе исполнилось два года. Ты, может быть, это и не помнишь, а я помню.
– А вот и наш герой, – сказал император, и Юлий удостоился чести быть прижатым к царственной груди. Грудь больно кололась орденами.
– Мне слишком сложно это объяснить. Хочу.
– Ты думаешь, с адмиралом тоже придется воевать?
Оба были чем-то большим, чем казались с первого взгляда.