Цитата #876 из книги «Унесенные ветром. Том 2»

Не могла она уважать Мужчину, который позволял ей так командовать, его робость и нерешительность в сколько-нибудь сложных случаях, шла ли речь о ней или о других людях, бесконечно раздражали ее. Она могла бы не обращать на это внимания и даже чувствовать себя счастливой — ведь ее денежные проблемы частично уладились, — если бы, к своему великому огорчению, не сталкивалась с тем, что Фрэнк, будучи сам плохим дельцом, не давал и ей себя проявить.

Просмотров: 5

Унесенные ветром. Том 2

Унесенные ветром. Том 2

Еще цитаты из книги «Унесенные ветром. Том 2»

Как только малышка начала ходить, он то и дело брал ее с собой, и она сидела с ним либо в карете, либо впереди него в седле. Вернувшись домой из банка, он отправлялся с ней на прогулку по Персиковой улице и, держа ее за руку, старался приноровиться к ее шажкам и терпеливо отвечал на тысячи ее вопросов. В это время дня, на закате, люди обычно сидели у себя в палисадниках или на крыльце, а поскольку Бонн и была очень общительная и хорошенькая девочка с копной черных кудрей и ярко-голубыми глазками, почти все заговаривали с ней. Ретт никогда не встревал в эти разговоры, а стоял поодаль, исполненный отцовской гордости и благодарности за то, что его дочь окружают вниманием.

Просмотров: 2

— О, я и виду не подам, что знаю. Буду удивлен больше всех в Атланте, — сказал Эшли, и глаза его смеялись.

Просмотров: 6

Скарлетт в изумлении подняла на Индию глаза: обычно она была такая сдержанная.

Просмотров: 3

— Ну, я — капитан, — сказал толстяк в расстегнутом мундире.

Просмотров: 3

— Oх, Ретт! — воскликнула она, прижав руку к сердцу.

Просмотров: 7