Мы допили разлитое вино и пошли вслед за Зораном через сад в отдельно стоящее здание без окон, своим внешним видом напоминающее каменный сарай, однако со стеклянной крышей.
— Если придется, то и взрывать будем. Проклятый тут мир, опасный для человека, от человеков в первую же очередь. А вдобавок еще зверушки хипповые в ассортименте, с антисоциальным поведением, что характерно. Слава богу, хоть здесь нет таких ужасных чудовищ, как у моря. Это же надо было природе так извернуться, чтобы замастырить копытного хищника.
Переглянулись с Таней и плечами пожали. Козе понятно, что завтра с утра отсюда уедем, зачем в этом случае городить такие сложные уборные? Одно объяснение: молодые, энергию некуда девать. Тут Ингеборге надо поставить плюсик — направила эту энергию в мирные цели. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы в подоле не принесла.
Больше у пулеметчика этого белобрысого ничего не было. Одинокий презерватив в потертой фольге только. И разве что ножик. Обычная уркаганская финка с рукояткой из березового капа в самодельных ножнах. И сам «режик» — явная самоделка, выточенная из рессоры. Пуукко, мать его национальную.
— Гони, Галя, гони!!! — крикнул, не оборачиваясь, бултыхаясь по сторонам в брезентовой петле и держась за пулемет, как за опору.
Они у меня сейчас как котята, подобранные с улицы, которых надо пристроить в хорошие руки. А пока — корми и возись.