Тут на выстрелы прибежали Ханя с Тимом. И вскоре я, приняв экзамен по технике безопасности при обращении с оружием, вручил девочке револьвер. Предупредив, что при первом же замеченном нарушении отберу не только его, но и «кастрата» с «крысом». Тим же слегка запутался в ответах, так что пока ему придется ограничиться ролью зрителя.
Сразу по возвращении на Хендерсон я ненадолго включил автомобильную сигнализацию, что означало — есть общественно полезная работа для добровольцев. Сделавшие ее получат не только дополнительное уважение, но и какое-то материальное вознаграждение. Правда, конкретно в этом случае оно состояло в самом процессе.
— Понимать, — кивнул Поль. — Если не получаться сказать добрый слово до выстрел, его надо сказать после. Спасибо, Ник-ау, я запомнить.
Наконец я достиг своей дачи, ворвался в мастерскую и в три приема стащил с верхней полки радиоуправляемый самолетик — сначала фюзеляж, потом крылья, затем пульт управления и бутыль с горючим. Хорошо, хоть не так давно запускал модель: аккумулятор не успел сесть.
Вскоре выяснилось, что в тех местах, откуда бревна будет нетрудно приволочь по суше, древесины на маленький катамаран хватит, а на большой — точно нет. Попробуйте-ка силами двух десятков человек, причем далеко не Гераклов, протащить бревно по сплошному кустарнику километров за пять! Там и пустым-то пройти не так просто. Значит, надо строить либо дороги, либо буксир для транспортировки плотов, и я выбрал второй вариант.
Убедившись, что Поль, по крайней мере, начал четвертую попытку правильно, я ненадолго прервался и зашел в спальню — посмотреть, как там кошка относится к нарушению ее территориальных прав. Ибо до этого ни один абориген в мой дом не заходил.