Павел Ефимович, вы? Здесь? Что случилось?
В семье у меня тоже большие изменения. Галинка в июне родила Ёську. Егор несколько обиделся, так как тоже хотел своего первенца, ну хотя бы одного из них, назвать в честь деда.
Я за руку потянул Светку к машине. Теперь капитан узнал наконец-то нас с сестренкой и молчал с открытым ртом. Не стоило вводить его в еще больший шок. Увидеть сразу столько знаменитых людей страны и одного из высших руководителей державы. Бедный капитан…
– Отец ведь у тебя хороший инженер-технолог по пластмассовым изделиям? – не дожидаясь ответного Галинкиного кивка, я продолжил: – Вот пусть родители увольняются, берут производственный кредит в Сбербанке на общих основаниях и открывают фабрику игрушек. У них все получится. Я уверен. И пользу стране принесут, и сами денег заработают. На кооперативную квартиру с лихвой хватит.
А с Италией и франкистской Испанией теперь французы, наконец-то присоединившиеся к нашему антифашистскому военному союзу со Штатами, быстро разберутся. Пусть тоже понюхают, почем фунт лиха. С другой стороны, де Голль – союзник. А нам уже оружие девать некуда. Один танковый завод и два авиационных остановили и перепрофилируем на мирную продукцию. А танки и самолеты продаем своим друзьям за звонкую монету. Франция, кстати сказать, в этом мире не лишилась своего золотого запаса, как в том, где французское золото навсегда осело в Форт-Ноксе. Думаю, пока еще Третья Республика со своими «лепшими» соседями долго не провозится.
Неужели ничего нельзя сделать? Шантаж, компромат – следоскоп, как я понимаю, там собрать будет не сложно? – наконец, физическое устранение особо одиозных личностей! – маршал фонтанировал идеями.