– Есть важный разговор о Теодоре. Я знаю, что со стороны это будет выглядеть как попытка свести с ним счеты, но у меня есть очень дурные вести. Я узнал о нем кое-что очень плохое. Точнее – узнал много плохого, но не все могу доказать.
Неясная тень метнулась в сторону, за угол. Леший не стал мешкать. Еще двадцать шагов – и он вываливается из смертоносной темноты на освещенный двумя пожарами двор.
– Ну, разные вещи делает. Заставляет кашлять, задыхаться, вызывает головокружение. В таком вот духе.
– С днями недели, месяцами, временем разберемся в другой раз, – предложила девушка, и маг охотно согласился, поскольку успел устать, да и глаза слегка разболелись, благо дело к вечеру стало клониться.
Он попытался применить защитный барьер сразу в полную силу, но это ему не удалось: крепко сжатые челюсти разомкнуться отказались. Маг тем не менее прекрасно обошелся только лишь мысленным прочтением заклинания. Боль уменьшилась, мысли обрели утраченную упорядоченность.
Впрочем, радужным планам Ледокола насчет купания нагишом вместе с Настей сбыться в этот раз было не суждено: у дома уже ждал Леший с ноутбуком под мышкой.