– Я запомню, муж, что тебе нравятся стервы, – усмехнулась демонесса. – Я-то думала, что веду себя как овечка, а тебе, оказывается, нужно другое…
Некромант просунул руки в отверстия на стойке и, больше не обращая на меня внимания, на непонятном языке запел заунывно-нудную песню. Через мгновение шипы вокруг отверстий дернулись и проткнули ему запястья. Полоска ХП дрогнула.
Зайдя внутрь трактира, я на мгновение испытал культурный шок. Около барной стойки, скрестив руки на груди, в черном фраке, с серьезным видом стоял Герид. Герид во фраке и белой сорочке! Нет, не то чтобы на сотнике плохо сидел этот необычный прикид, но тем не менее. В своей записке я подробно расписал то, что мне нужно, но о фраке, рубашке и бабочке речи там не шло даже близко. Я просто не мог даже предположить, что у матерого душегуба может найтись сей элемент гардероба. В остальном – все, как мы и договаривались: в трактире пусто, столик у окна застелен белоснежной скатертью, на нем столовые приборы, пара бутылок, бокалы и ваза с водой для цветов, которые я уже тогда планировал купить. Для завершения композиции не хватает только свечей, но в полдень, в хорошо освещенном трактире, свечи выглядели бы глупо. Поэтому сегодня обойдемся без них.
Нет, понятно, что я видел имя над полоской его ХП, но не объяснять же, откуда я его знаю. Проще спросить – соврать он мне все равно не сможет. Так, с виду в этом тифлинге – ничего запредельного: синяя мантия, прикрытое капюшоном лицо, двухсот восьмидесятый уровень, двадцать девять миллионов ХП, рост выше среднего – обычный мини-босс, каких в этом городе как грязи.
– Знаю я ваше «немного». – В голосе собеседника пробиваются смешливые нотки. – И? Дальше-то что?
Не торопясь, я добрался до цели и, пройдя мимо потерявших листву деревьев, с некоторым волнением дернул бронзовую ручку знакомой двери. Звякнул колокольчик на входе, я сделал несколько шагов вперед и замер, ожидая появления хозяйки дома.