– Хорошо?! Половина этого провинциального городка рассказывает историю про сумасшедшего эльфа с серебряной гривой, рискнувшего поколотить личного телохранителя владельца всех крупных злачных мест в окрестностях.
– Не вырвется! Абсолютно точно! Любая попытка вырваться приведет ее к самоуничтожению.
Когда Л'эрт отчистил перья, уже окончательно стемнело. Ратиниара ждала его у подножия лестницы.
– Ралернан! – Она вцепилась в рукав эльфа. – Что эта мразь тут делает?
– Извини. Я… мне больно, плохо, я злюсь и зачем-то пытаюсь сорвать свою злость на тебе. Ты ничего плохого не говорил. – Она поправила одеяльце, в которое был завернут Грей. И продолжила уже про себя: «Просто ты все время забываешь, что я все-таки умерла. Наверное, тебе хочется про это забыть. Наверное, мне тоже. Но у тебя получается, а у меня нет. И злиться мне надо не на тебя, а на себя».
– Мне сказали, что, если ее тронуть, она лишь быстрее умрет! А ты говоришь, что можешь ее вылечить?