— Вот в том-то странность, сударыня. Летом о войсках на земле герцога Джельсальтара узнав, я б никак удивляться не стал, потому как хозяин наш мирным нравом вовсе не славен. Но зимой? Зачем? Для чего? Непонятно.
— Какой-то старик, — развел руками Канье. — Но, согласитесь, Отец, подавать такое на праздник…
…Они сидели на каменном пятачке — пять на пять шагов, — привалившись спинами к скале. Эльга тяжело дышала.
— Возможно, они потребуют плату… — уведомил ее Советник.
Метель бушевала всю ночь, а на следующий день поутихла, но снег по-прежнему валил густо, крупными хлопьями, превратив весь мир в молочно-белый водопад. В середине дня Марта ни с того ни с сего вдруг сорвалась с места, накинула платок, шубу, влезла в валенки и выбежала во двор. Через минуту Эльга услышала лошадиное ржание, потом раздались голоса, скрипнула дверь в сенях, кто-то принялся шумно отряхиваться, и вот Уилар и Марта вошли в комнату. Чернокнижник был зол, как черт.
Дальше воспоминания уже не были такими четкими — какие-то полуразмытые картины, больше ощущения, чем образы. Кажется, она закрыла глаза и приказала себе заснуть.