«Говори», — перешёл я на деловой тон, сев на скамейку.
— Харгл тебя раздери. Бездарь! — в сердцах проговорил Ульрих, протирая глаза.
— Нам часто заказывают сведения, а их без пыток бывает трудно добыть, — совершенно обыденно проговорил воин.
— Вы руководствуетесь личной правдой, а есть правда высшая, государственная.
— Воевать я не хочу, но если сунутся, должны получить достойный отпор. Поэтому в дружине не будет ни одного воина со стороны. Только по рекомендациям. Я понятно объясняю.
— Конечно, — кивнул я, — нафига они мне нужны, индивидуалистки? Когда вокруг навалом весьма покладистых и не менее красивых? Жить нужно играючи!