Поначалу допрос показался мне невероятно скучным. Джуффин педантично выяснял у капитана Гьяты какие-то занудные подробности касательно технической оснастки судна, торговых дел его хозяина, биографии всех членов экипажа и прочей тягомотины. Господин Гьята спокойно отвечал на одни вопросы и решительно умолкал, услышав другие, на мой взгляд, совершенно безобидные.
А что?! Сам Лонли-Локли и тот иногда устает…
Я пожал плечами. Сообщать сэру Кофе, что богиня Хатор — одна из многочисленных зооморфных представителей древнеегипетского пантеона, наверное не следовало. Вдруг это — священная тайна?!
— Ясно! — Я вздохнул с облегчением. — Несколько дней я уж как-нибудь потерплю.
— Ага. Что-то с ней не в порядке, с вашей находкой! — Я задумчиво посмотрел на Шихолу.
Я спал, и мне снилось, что я — капитан Гьята. Мне было очень паршиво, потому что я знал, что сейчас случится. Этот странный старик, Почтеннейший Начальник какой-то фиговины, хотел мне помочь, но я-то знал: стоит ему прикоснуться к Поясу (в моем новом сознании пояс был Поясом с большой буквы), стоит ему прикоснуться к Этой Вещи с намерением снять ее, и я умру, и смерть моя будет хуже, чем смерть: она будет долгой, бесконечно долгой.