— Надо что‑то придумать, господин министр. Наши потери слишком велики. Восполнять их становится всё труднее. Морская пехота не простые части, их требуется тщательно готовить, а это время! Прошу Вас ещё раз переговорить с Президентом для решения этой задачи.
— Он меня вытащил из горящей БМП. Он не шпион и не предатель. И он не Горский, которого приказано уничтожить.
— Он тоже не вернулся, подполковник Мосолов. Вы считаете, что разговариваете с трупами?
— Да, пожалуйста! — 'Где‑то я его видел! Ба! Дед! Я его таким никогда и не видел! И не курил он!' С интересом наблюдаю за ним, но, не долго: вместе с Дементьевым уходят к Сталину. Небрежно затушенная сигарета продолжает дымиться. Затушил. Интересно, что он здесь делает? Он же должен быть в Киргизии! Выходят из кабинета плотной группой, лица довольные, но, рассмотреть не удаётся: 'Товарищ комиссар 3 ранга, проходите!' Автоматически смотрю на часы: 23.01. Вошёл.
— Без проблем, поехали! — я побежал к машине, и мы снова тронулись через полтора часа мы были у Северного приюта. Паккард поднялся на перевал, но скорость мы выравнивали по нему.
— Товарищ генерал! Я действовал в соответствии с инструкциями, полученными мною в Москве. Круг людей, допущенных к операции был чётко очерчен.