— Нет, — с возмущением воскликнула она, — чтобы я еще в свидетели пошла! Мимо надо проезжать — пусть кого угодно убивают. Полдня псу под хвост, а вместо благодарности — невнятные подозрения и странные вопросы.
— Молчать! — взвизгнул Стрепетов. — Не сметь прерывать!
— Это преувеличение, — с легкой насмешкой заявляет он. — И по первому вопросу, и по второму. Титул отменили уже давно. Даже не при Республике, а еще в девятнадцатом веке. Приблизительно в те же времена, что и превратили Польшу просто в губернию. И потом, нас русские натравливали. В отместку за польские шуры-муры с турками. А крымские татары всегда были невинными овечками. И полячек просто обожали.
Я понял, что сейчас он вполне серьезен и отшутиться не удастся, а послать крайне далеко не хочется. Не за этим пришел. Придется выслушать — как будто не знаю, о чем речь. В сто первый раз. Мало я такого слышал дома. И этому я тоже печенку проел, чему сильно порадовался бы в другой обстановке, но не на отдыхе же!
Она схватила со стола заранее мной приготовленный стакан с водой и начала жадно пить.