— Вкурили тему, сявки? — снова раздался страшный скрипучий голос.
Колонна надвигалась. Естественную тишину тропического леса смял и искорежил рев моторов, а девственно-чистый воздух отравила вонь бензиновых выхлопов, даже непривыкшая к тяжелой технике, спекшаяся под солнечными лучами земля ощутимо подрагивала. Нервно тряслась листва обступивших дорогу деревьев, испуганные обезьяны убегали в глубину джунглей. Суставчатая металлическая сколопендра медленно втягивалась в крутой поворот. Передовой БТР скрылся за зеленой стеной, потом исчез из поля зрения грузовик с солдатами… И тут же впереди свистнули гранатометы, сразу же грохнули два взрыва, ударили пулеметы и автоматы. Справа от Волка выдвинулся из кустарника Лис с «мухой» на плече, раздался свист вылетевшей гранаты, реактивная струя выжгла черное пятно в зеленой стене сзади и, разогнав гранату, воткнула ее в желто-белый, со следами ржавчины борт замыкающего «ПБ-60». Взрыв, вспышка, из открытого люка повалил черный дым, а из амбразур вдоль бортов замелькали огоньки автоматных очередей. Неподалеку вскочил Хвост с «мухой», но наблюдать за развитием боя не было времени.
— У входа «бэха» черная стоит. «Переколоть» надо да ксивы нарисовать.
— Раз у них патроны от «калаша», значит, они наши? И ботинки как у нас… Выходит — их те же командиры послали! А зачем? «Зачистить» нас, чтобы бабки не платить? Или для какого другого паскудства…
Непонятным оказалось и заключение стоматологической экспертизы: «Зубы косо расположены и имеют нехарактерную форму: на месте верхних боковых резцов расположена вторая пара клыков, внизу передняя четверка резцов также заменена клыками… По всей вероятности, следы на колбасе оставлены искусственными челюстями, изготовленными не по образцу человеческого челюстно-лицевого аппарата. Можно предположить, что это бутафорский протез, имитирующий зубы какого-то чудовища и специально созданный для спектакля (фильма) о вампирах…»
И вдруг объявилась родня Князя, стала качать права, предъявлять претензии… Это бы беда небольшая, но они привезли пикового «законника» Шалву Менешешвили, известного под погонялом Младший, а тот потребовал разбора. Это было уже серьезно, отмахнуться от такого требования невозможно, и сегодня в семь вечера такой разбор должен был состояться. И Черта это заботило.