— Все увезли — и на склад, и в фирму… Барс, они в дверь лезут… Грозят повязать…
— Может, тебе деньги нужны? — спросил он, чувствуя себя жалким.
— Да нет. Она от дома опять отлучена. Из-за событий, которые в каком-то старинном романе поданы были так: «Боже мой! Не только конюх, но еще и камердинер…»
— Давайте сначала определимся, ладно? — сказал Данил. — Я о вас знаю только, что вы подруга Юлии. И работаете в музее. Все. А вот вы обо мне, как выразились, «наслышаны» — и, что меня определенно радует, слышали не одно плохое, иначе дверь ни за что не открыли бы… Знаете, откуда я?
Ольга, как обычно, зашевелилась в половине восьмого. Сбегала в туалет и появилась на кухне — глаза самую чуточку подпухшие, приятно пахнет свежей постелью и свежим телом. Потянулась чмокнуть его в щеку, но Данил заслонился вымазанными ружейным маслом ладонями. Тщательно вытер их комком легнина, вставил обойму, не загоняя патрона в ствол, щелкнул боковым предохранителем.
— Я буду знать точно, — сказал Клебанов, не сводя напряженного взгляда с крылечка дежурки.