— Верно. В той башне. И у нас считается круто, если твое имя начинается на ту же букву, что и у камерфуриров Зилры и Зилроя. Что тебе надо, Влуп? Зачем пришел?
Еще одна растяжка была в пяти метрах от темного проема, что некогда был черным выходом. Переступая лужи дерьма, двигаясь сквозь тучу гудящих мух, я вошел, продвинулся на пару метров вперед и присел. Рэк прошел чуть дальше и воткнулся плечом в угол, держа наготове дробовик. Когда глаза привыкли к сумраку, мы пошли дальше, наводясь на протоптанную по пыли тропинку. Коридор, ведущая вверх лестница, пара голосов из двери слева. Глянув через дыру в стене, я увидел двух тихо беседующих ушлепков, баюкающих в распухших руках алюминиевые кружки. Еще семеро лежали уродливыми живыми опухолями вдоль стен и спали. Аккуратно поставив дробовик на пол, я достал нож и прижал кончик лезвия себе к виску. Орк меня понял и тоже потянулся за ножом.
Ударом ноги сломав ей шею, я исчез в узком проходе, исчезая с глаз системы.
Брошенный тяжелый кастет не успел коснуться земли и через секунду уже был у меня на пальцах. Следующим я подобрал еще один патрон — двенадцатый калибр. Судя по маркировке — мелкая дробь. Ну и хрен с ним… с клацаньем проглотив патрон, обрез тут же выплюнул подарок — прямо в лицо следующего загонщика с сетью.
Помимо контейнера с кофеварками Бэлха помнила принесенные дронами крохотные контейнеры с игрушками взрослыми и детскими, лекарствами и пустыми стеклянными банками снабженными комплектом жестяных крышек и странной штукой с круглым диском и надписью на деревянной ручке «Закатайка». Она помнила контейнеры набитые пыльными костями с бирками — причем кости принадлежали каким-то огромным зубастым чудищам. Она помнила радость одного из старых горожан-бойцов, что получил гигантский контейнер забитый ящиками с оружием — его радость кончилась, когда выяснилось что это пластиковая бутафория.
— По чему влезли мутанты? — уточнил я, поднимая последний бокал с рассолом — По левому…