Все цитаты из книги «Ружья Авалона»
Преодолев легкий подъем, мы покатили вниз. Время вновь приближалось к полудню, небо покрылось грозовыми тучами. Я попытался разогнать их сильный ливень превратил бы глину в грязное месиво — и через н…
Она пошла навстречу, и наше рапиры скрестились. Я позволил ей начать атаку.
— Наденьте завтра доспехи, возьмите копье, сядьте на хорошего коня и задайте взбучку кавалерийскому офицеру по имени Гарольд.
— Может, на нас действует погода, — добавил я.
— Сам знаю, что лгу. Забудь, что ты видела.
Я вышел на небольшую полянку. Седельные сумки были разобраны, костер сложен, но не разожжен.
В ее волосах цвета ржавчины проглядывала седина. Тем не менее я был уверен, что ей нет и тридцати. Ярко-голубые глаза. Чуть вздернутый подбородок. Белые ровные зубы, улыбающийся рот. Говорила она, не…
Затем я опять открылся точно так же, как в первый раз, и опять остановил Бенедикта в самый последний момент, а он стал теснить меня с удвоенной силой, прижимая к обочине Черной Дороги.
— Да, конечно. Она отнеслась ко мне очень снисходительно, заверила, что никому ничего не скажет, и посоветовала обо всем забыть.
Ганелон встал и взял со скамейки бутылку.
Давление прошло, возобновилось с новой силой, вновь прошло, вновь возобновилось. Каждый раз я блокировал попытку контакта.
— Черная Дорога. Я не понимал, о чем говорила Дара, но сейчас, кажется, начинаю понимать. Ничего хорошего нас здесь не ждет.
— Но после смерти рогатого многие хранители остались живы, — возразил я. — И ни один из них не показался мне лишенным души. Скорее я бы сказал, что они частично потеряли память. Мне непонятно только,…
Распаковав седельную сумку, я приготовил завтрак. День обещал быть жарким и пыльным.
— Нет. Амбер отбрасывает отражения, которым нет числа. То место, где мы были, — отражение, деревушка — отражение, и сейчас мы находимся на отражении. Любой мир, который ты можешь себе представить, су…
— Разве у тебя никогда не было постоянного мужчины?
— Желаю удачи! — воскликнул он и легонько хлестнул лошадей.
— Да, — согласилась Лорен, и я увидел, что она все понимает не хуже меня.
— Мне не удалось дойти до конца. Ты ведь знаешь, что чем дальше от Амбера, тем непонятнее становятся отражения?
Мы ехали вдоль Черной Дороги довольно долго. Вскоре до нее осталось сто футов. Пятьдесят...
Наша дорога круто свернула, заворачивая чуть ли не в обратном направлении, стала петлять, и вновь мы увидели справа Черную Дорогу, зловещую и незыблемую. Видимо, она действительно пересекала все отра…
— Тогда ответь мне на мой вопрос: ты считаешь, что я их убил?
Да, да, те самые мохнатые существа невысокого роста с клыками и когтями, которыми я когда-то командовал. Их чуткие пальцы были прямо таки созданы, чтобы нажимать на курки. К тому же бедняги меня бого…
— Черт! — выругался я, чувствуя, что моя злость превращается в ненависть. — Эта черная гадость настойчивей страхового агента! Ну ничего, придет время, я займусь ею всерьез!
— Корвин! Что случилось?! — вскричал Бенедикт.
Не выйдет, мой дорогой брат. Это, конечно, очень благородно с твоей стороны — вспомнить обо мне в тяжелый для тебя час (и я верю тебе, можешь не сомневаться, потому что все мы — люди чести), — но вст…
Я знал, что меня ждет все тот же прямой укол в сердце, и поэтому приготовился заранее. Не дожидаясь конца атаки, я слегка ударил по его шпаге, отбивая ее в сторону, спружинил ноги и прыгнул назад, ок…
Я вскочил на коня и очень скоро догнал его, скачущего во весь опор, как будто за ним гнался сам дьявол, в чем он был не так уж и не прав. Я не сказал ни единого слова, когда вышиб его из седла, но я …
— А ты как считаешь, Ланс? — обратился к нему Ганелон. — Прислушаемся к совету нашего друга? Нападем первыми?
Жара стояла невыносимая, от земли поднимались испарения. Кипящие ручьи пузырились, влажным воздухом невозможно было дышать. Мелкие лужицы блестели, словно бронзовые монеты.
Но она все время попадалась мне на глаза. В конце второй недели, когда у меня ничего больше не болело, а весил я сто восемьдесят фунтов, мне захотелось провести с ней вечер. Я, конечно, уже знал, кто…
— Никак не пойму смысла той записки, — задумчиво произнес Ганелон, удовлетворенно рыгнув, погладив себя по животу и закурив трубку. — Поможет он нам или нет? И если поможет, почему он до сих пор не п…
— Это — любимые бокалы Бенедикта, — заметил я, усаживаясь и откупоривая бутылку.
— Разве мы не там познакомились? — невинно спросила она.
Я перечитал письмо и усмехнулся. Может, он считал, что проклятья не имеют силы?
Я молча встал, вытащил шпагу и одним ударом свалил молодое деревце примерно двух дюймов толщины. Затем я срубил у него ветки и укоротил до нужной длины. Сделав то же самое со вторым деревцем, я соору…
Повернувшись, я понял, что взгляды всех присутствующих устремлены в мою сторону. Я увидел множество знакомых и незнакомых лиц... Людей, которые смотрели, как однажды вечером меня, закованного в цепи,…
— Я должна пройти Лабиринт! Ведь ты идешь в Амбер?
— Люди как люди, средних лет. Одного прикончили ударом ножа в живот, остальным перерезали горла.
Мы сдерживали их натиск, поджидая подхода основных войск.
— Честно говоря, я забыл, когда мы говорили об Амбере.
— Отойдите в сторону! Сейчас мы опустим мост! Вы можете войти!
Сначала мы разговаривали, а затем произошло непредвиденное.
Я весил уже четырнадцать стонов и чувствовал себя прежним Корвином. Если мне удастся помочь людям на этом отражении, значит, еще не все потеряно, и может быть, я смогу исправить свою ошибку.
Гром как набат, белые молнии, хлынул ливень... Двести метров... Сто пятьдесят... Хватит!
На обратном пути никто на нас не напал, и мы довольно быстро добрались до замка Ганелона, где занялись обсуждением дальнейших планов. Войско наше находилось в полной боевой готовности, и мы решили вы…
— Он появился далеко на западе. Мне говорили, что сначала на земле возникла большая, словно жабья, проплешина, в центре которой лежал мертвый ребенок. Несчастную девочку обнаружил отец, скончавшийся …
— Я не нуждаюсь в его заботах! Я могу сама о себе позаботиться!
Я резко повернулся, подозвал двух солдат и приказал им остаться охранять Дару. Лица их не озарились радостью.
— Да, я попал домой. И когда я состарюсь, мне бы хотелось вернуться сюда, если я не погибну в битве за Амбер.
— Да, конечно. К великому моему сожалению.
Я взял вожжи в руки и снял фургон с тормоза.
В горле у меня пересохло, и я выпил виски. Ганелон молчал довольно долго, потом вздохнул.
Мускулы у меня разболелись на на шутку, я был весь в синяках и царапинах. Что ж, тем труднее будет меня узнать. На мой стук дверь открыл мальчик, который тут же подбежал к другому пареньку и стал пом…
Я вновь посмотрел на поле боя и вновь убедился, что дела у Амберийцев идут хуже некуда. Итак, что произойдет в результате моего вмешательства? Эрик не посмеет что-либо со мной сделать, и не только по…
Глядя на заходящее солнце, я думал о Бенедикте, Джулиане и Жераре. Какие у них могли быть общие интересы? От Джулиана я не ждал ничего хорошего, а Жерара не боялся. Бенедикт наверняка разговаривал им…
Я медленно повернул голову и увидел четырех солдат. Двоих — с арбалетами, двоих — со шпагами наголо. Один из них сделал шаг вперед.
Я выколотил трубку, повернулся на бок и устроился поудобнее.
— Подойдите и узнаете, — спокойно ответил я.
Дорого бы я дал, чтобы узнать, какую карту он вытащил из колоды и положил перед собой. Дорого бы я дал и за Грейсвандир — на тот случай, если в палатке появится человек, вошедший не через тот полог, …
— Тогда научите меня пользоваться этими штуковинами, которые называются «Ружья», и я помогу вам в великой битве. Не так уж долго мне осталось жить на свете. Возьмите меня с собой.
Я отвернулся, вытер клинок о траву и вложил шпагу в ножны. Потом поднял носилки и, не обращая внимания на град сыпавшихся вопросов, пошел вперед.
Я ехал на север по лесистой долине, изредка спешиваясь, чтобы не потерять свежие следы двух всадников. К вечеру у меня устали глаза и, приметив ярдах в ста от дороги небольшой овражек, я устроился на…
Дара подбежала к полотенцу с остатками завтрака и склонилась над рисунком, который я начертил на земле.
— Ну-ну, не надо так мрачно. Положение в Амбере нормализуется, причем в ближайшее время.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил я.
Я нехотя поднялся на ноги. Мне было ясно, что проще удовлетворить ее просьбу, чем спорить. Пусть позабавится. Меня лишь тревожило, что она знает мое имя; и чем больше я на нее смотрел, тем больше ее …
— Странно... — пробормотал он. — Не понимаю.
Правда, я сильно расстроился, почувствовав, что устал. К тому же у меня закружилась голова. Тем не менее тренировка была мне необходима. Я поклялся, что загоняю себя до полусмерти, наемся до отвала, …
Но в таком случае зачем об этом предупреждать? Чтобы я скрылся? Чушь какая-то. Если я попал в ловушку, она уже захлопнулась. Я вытащил пистолет из кармана брюк и засунул его за пояс. Никто не мог зна…
— А почему вы сейчас живете здесь? — спросил я.
Земля продолжала дрожать, ураганный ветер свистел в ушах. Мы свернули с дороги, и я погнал лошадей по каменистой равнине. Повсюду возвышались горы, очертания которых плясали в раскаленном воздухе.
— У меня такое ощущение, что в Амбере все интригуют и никто никому не верит. Как странно.
Меня раздражала мысль о том, что Флора все время находилась рядом со мной, а я об этом не знал.
Я поднялся на ноги, посмотрел на Дару сверху вниз и протянул ей руку. Девушка робко взяла ее, встала и испуганно на меня посмотрела. В эту минуту она выглядела совсем юной.
Я несколько раз моргнул и пригладил волосы. На землю посыпались одуванчики, а за моей спиной кто-то захихикал.
— ...За этими отражениями лежит царство хаоса. Я убежден, что дорога ведет туда, Корвин.
— Да, ненадолго. Но мы не вернемся. Мне необходимо выиграть время на тот случай, если Бенедикт решит кинуться за нами в погоню. Следы на отражениях сохраняются лишь до определенного момента, затем ис…
— Всадники на драконах. Веди сюда отряд. — Я поднял ружье к плечу. — Скажи, чтобы убивали и наездников, и зверей.
— За встречу друзей! — сказал я и улыбнулся.
На какое-то мгновение небо почернело от птиц. Мы ехали совсем близко от Черной Дороги. Огнедышащий поднял голову и заржал. На его удилах застыли клочья пены. Он попытался встать на дыбы, потом взбрык…
— Там, вдалеке, я вижу всадника, который быстро к нам приближается.
Полумрак, солнце столкнулось с облаками... И стены дня тряслись от грома... Как ясно видно вдалеке... Голубая прохлада, воздух, насыщенный электричеством... И снова гром...
— Тогда почему он сам ко мне не обратился?
Из входной двери был выломан замок. Я налег на ее плечом и убедился, что она забита изнутри. На стене в прихожей было написано неприличное слово. Я пробрался на кухню. Там царил хаос. Все, что не укр…
— Мне только и остается, что лечь спать. — Ганелон подавил зевок.
Демон заговорил, и голос его звучал как фагот, только не играющий, а произносящий слова.
— Тогда у меня еще один вопрос. Не хочу хвастаться, но я опытный военный, и, если мы захватим Амбер, ваш брат в этом убедится. Как вы думаете, можно попросить его назначить меня начальником гарнизона…
Страна, в которую я попал, называлась Лорен, и ее звали точно так же. Если б я любил приврать, то обязательно сочинил бы стихи о том, как мы встретились в долине за замком, где она собирала цветы, а …
— Я знаю о нем. Он правил Лорен задолго до того, как я появился на свет. Разве ты на слышал легенды о демонах-повелителях? Корвин разорил страну, а затем, испугавшись восстания, отрекся от короны и п…
— Я клянусь! — вскричал паренек. — Пожалуйста...
— Уберемся отсюда как можно скорее. Постараюсь по крайней мере отсрочить неизбежное. Мне надо подумать.
И все же пусть лучше Бенедикт ничего не знает.
— Вы так и не ответили, кем был оборотень, — напомнил мне Ганелон, не обращая на ее уход ни малейшего внимания.
Я допил вино, вытащил трубку, прочистил ее и туго набил.
— Бенедикт несколько раз назвал меня убийцей, но... Ты передал ему то, о чем я просил?
Бенедикт тоже мог меня выдать, не мучаясь угрызениями совести. Он ведь понимал, что любые мои действия приведут к волнениям в Амбере. Я не мог сердиться на человека, который считал, что благополучие …
Единственный дракон, который нам встретился, был хром не обе ноги. При нашем приближении он быстро заковылял в сторону, пыхтя, сопя и сминая маргаритки. Птицы с ярким оперением летели подобно стрелам…
— Бенедикт мне не доверяет и правильно делает. Он прекрасно понимает, что я появился в Авалоне не случайно и что осуществление моих планов грозит благополучию Амбера. Естественно, он должен узнать, ч…
Пока она орудовала у двери, я передвинул кресло, чтобы сидеть лицом к окну. Затем вытащил Грейсвандир из-под кровати, отложил ножны в сторону и загасил все свечи, кроме одной, стоявшей на столике спр…
— Я боюсь, и ты причинишь мне вред! — воскликнула она. — Я вижу! Но я хочу тебя. Почему я хочу тебя?
— Возможно. Но не обязательно. Не знаю, как вам, а мне это не под силу. Разве что повезет. Рогатый слишком хитер, а я уже не тот, что был, хотя часто обманываю сам себя и говорю, что я такой же сильн…
— Может, я упрощаю. Наверно, мне тоже хотелось остаться с Эриком наедине.
Сам не знаю, как я нашел в себе силы ей ответить.
Я несколько раз взмахнул шпагой, чтобы привыкнуть к ней, отбросил плащ в сторону и встал в позицию.
Прекрасная гравюра Йошитоши Мори висела на прежнем месте — опрятная, элегантная, страстная. Неужели никому не пришло в голову, что это — одна из самых дорогих вещей...
Чемпион захрапел, встал на дыбы и понес, спасаясь от невидимой опасности... Не скоро он успокоился, не скоро перестал дрожать...
По мере нашего восхождения на гору небо темнело все больше, а гром гремел, не умолкая. Поднялся сильный ветер, засверкали молнии. Тяжелые массы облаков опустились на горные вершины. Над ними виднелис…
— Я могу только предполагать, что произошло после того, как я потерял сознание, — продолжал я. — Эрик не стал меня убивать. Очнулся я на отражении Земля в городе Лондоне. Повсюду свирепствовала чума,…
Ганелон удалился, а я прицелился в снижающегося дракона и выстрелил. Он вспыхнул, камнем рухнул вниз и, ударившись о землю, покатился по склону холма, теряя перья. Скоро я зажег уже три костра, а зат…
Увидев меня, Ганелон и Ланс в один голос сказали: «Мы готовы».
Атака последовала мгновенно. Я отпарировал и перешел в наступление. Он отклонил корпус в сторону и сделал прямой выпад. Я отбил. Через пять минут я понял, что он был прекрасным фехтовальщиком. Естест…
— Немного устал, — признался я. — Но отдыха пока не требуется.
— Пойдем. — Я подвел ее к тому месту, где спал и повернул лицом к мельничному колесу. Она попыталась что-то сказать, но я остановил ее жестом. Смотри. Смотри и ни о чем не думай.
— Дара, — повторил я. — Скажи, почему ты решила, что я — Корвин?
Наступила ночь, и на чистом небе появились первые звезды. Я запер за собой дверь, положил ключ на старое место и забрался на холм.
— Сегодня я высосу мозг из твоих костей! Я высушу их, натяну на них струны! И когда я стану играть, твоя душа познает вечные муки!
— И я думаю, что меньше. Это ваша борода всех обманула.
Глаза наши встретились, и оба мы замерли, глядя друг на друга.
— Что ты намерен предпринять? — небрежно спросил он.
— А сейчас она мне понадобилась для дел обыденных и скучных.
— En garde, Корвин! — сказала она, отсалютовав.
— Произошло какое-то недоразумение. Бенедикт не пожелал меня выслушать, и мы скрестили шпаги. Мне удалось оглушить его и привязать к дереву. Я не мог поступить иначе, потому что, придя в сознание, он…
— А как быть с темными силами, которые, как вы говорите, пытаются захватить все отражения?
— Глупости! Ты принц и волен поступать, как тебе заблагорассудится!
Солнышко ласково пригревало, на щедрой темной земле росли высокие травы. Впереди показался сосновый лес, и, въехав в него, мы почувствовали одурманивающий запах свежих иголок. В ветвях прыгали белки,…
— Мне так часто об этом говорили, что я даже не спорю.
— Нет. Ничего нового он от меня не услышит. Теперь он немного остыл, так что пусть сам во всем разберется. К тому же мне не хочется рисковать. Поединок с Бенедиктом не входит в мои планы. И я воспрот…
На мое несчастье фамильный этикет (не говоря о расстановке сил) требовал, чтобы я первым ответил на все его вопросы. Он был старше меня, и я вмешался — пусть по незнанию — в сферу его деятельности. Н…
— Я знаю, что он — сверхъестественное существо, — сказала она.
— Откуда ты знаешь, что я думаю, зачем пришел? Какого черта! Может быть, и ты, и твой дед сейчас находитесь в полной моей власти!
— Посмотрим. Может я что-нибудь придумаю.
Ганелон еще яростнее запыхтел трубкой и уставился вдаль невидящими глазами.
— Я не собираюсь там оставаться. Мне необходимо попасть в Авалон, чтобы раздобыть себе розовый порошок для чистки ювелирных изделий. Однажды я совершенно случайно поджег его в Амбере. Произошел взрыв…
— Ганелон, — повторил Бенедикт, кивая, а затем подошел к столу и налил три кружки вина. — Твое здоровье, брат!
Веки его задрожали, глаза открылись. Он смотрел на меня отсутствующим взглядом, и в первую секунду я решил, что Эрик меня на видит. Я ошибся.
Те сладостные дни миновали, и дело с концом, а сейчас меня ждал Амбер. Я дал лошади шпоры и поскакал на юг, твердо зная, что буду сражаться до победного конца. Я никогда не забуду тебя Амбер.
— Да, я помню Авалон. Помню его серебряные башни, отбрасывающие длинные тени, и прохладные воды, в которых звезды сверкали по ночам, как костры. Я помню траву и деревья, вечно зеленые, словно весной.…
— Сама не знаю. После того как ты уехал, я отправилась прогуляться верхом и вернулась поздно вечером. На следующий день я опять поехала кататься и, когда стемнело, решила переночевать в лесу. Я часто…
— Твои предсказания не сбылись. Сражение закончилось, а ты еще жива.
— Как тебе удалось пересечь Черную Дорогу? Ты уничтожил огромный ее участок в том месте, где проехал. Каким образом?
— Но ведь ты — мой родственник. Значит, тебя я тоже должна бояться?
Задолго до рассвета я въехал в конюшни, расположенные неподалеку от дома моего брата. Чемпион никак не мог успокоиться, и мне пришлось его задабривать — гладить и чистить скребком. Когда я налил ему …
Беспорядок был жуткий, половины вещей недоставало. Я обошел веранду и подергал за ручку двери. Заперто. Я усмехнулся.
— Значит, за нами наблюдают в эту самую минуту. Здесь слишком хороший наблюдательный пункт, чтобы не выставить часовых.
Я вслушивался в стук копыт наших лошадей. Тропинка, по которой мы ехали, была извилистой, лес поредел. Преодолев подъем, мы очутились на вершине небольшого холма. Лагерь был виден как на ладони. Повс…
Командир большого отряда одним ударом отрубил голову дракону, схватил левой рукой седока, отшвырнул его футов на тридцать и тут же повернулся, выкрикивая какой-то приказ. Это был Жерар. Он явно пытал…
— Хорошо иметь друзей, — заметил он как бы в ответ на мою невысказанную мысль.
Лично мне нужно было только одно: встретиться с их предводителем хотя бы на несколько минут. От нашей встречи зависел исход битвы. Но я не мог сказать этого своим спутникам.
Часа через полтора в большой палатке зашевелились тени. Затем полог распахнулся, и люди стали выходить на улицу, оглядываясь и оживленно беседуя. Двое задержались на пороге. Я услышал их голоса, но н…
У меня возникло такое ощущение, что свершается великое таинство. Окружающий мир стал нереален. Казалось, время остановилось, и я ждал целую вечность, глядя на человека, который был моим братом. В гря…
Мы шли среди деревьев, и облака поплыли по небу, а тени удлинились. Птичьи голоса зазвучали громче, от земли парило. Листья поменяли форму, листва стала гуще. Появилось желтое солнце, за поворотом до…
Скачем среди деревьев... Гладкие стволы, лианы, капли росы... Паутина, озаренная лунным светом, в ней кто-то бьется... Упругий торф... Светящийся мох на поваленных стволах...
Пока мои воины отдыхали, я взял пару бутербродов и отправился на разведку. Примерно через милю, преодолев небольшой подъем, я остановился и стал смотреть вниз.
Проходя узким извилистым перевалом, я неожиданно услышал сзади какие-то крики, а затем оружейные залпы. Подбежав к последней колонне, я увидел столпившихся солдат, среди которых был Ганелон. Они смот…
— Не понимаю, что вы хотите этим сказать.
— Думаю, дальше к северу, — ответил Ланс. — Но увидим мы ее не раньше, чем наступит ночь.
— Вернулся он глубокой ночью, вместе с Жераром и Джулианом. Жерар находился в полубредовом состоянии, левая его нога была сломана, левый бок — в синяках и царапинах. Джулиан тоже выглядел изрядно пот…
После короткого отдыха мы вновь пустились в путь. Дорога уходила вниз, идти стало легче. Буря, так и не принесшая дождя, свирепствовала, молнии сверкали еще ярче, гром, гремел оглушительнее.
— Боюсь, что он останется жить, — сказал голос, и, медленно повернув голову, я увидел Ганелона.
— Не надо меня учить! Я не маленькая! Но...
— Там кто-то есть! — голос ее стал истеричным, сорвался на крик. — Близко, совсем близко! Слушай! Слушай!
— Ты еще молода, Дара. У тебя все впереди.
— Странный вы какой-то, — сказала она. — Не могу понять, почему. Скажите, а вы — сверхъестественное существо?
Наш спор разрешил самый неподкупный судья: наличные. Убедившись, что я непреклонен, Артур обрисовал мне ситуацию. Заказать и получить ружья несложно, купить грузовики — не проблема, но изготовление н…
Кто-то оставил в моей комнате новый коричневый плащ. Слава богу, не черный. Мне совсем не хотелось, чтобы Ганелон вспомнил цвет моих одежд, когда я обрету прежнюю форму. В целях конспирации я не стал…
Я потратил почти весь день на поиски отражения (или отражения отражения — в данном случае это не играло роли), в котором они жили.
Она кинулась мне на шею, расцеловала, а затем закружилась, как девчонка, разметав волосы по изящной шее.
— Я говорю правду. Если б я хотел тебя обмануть, то придумал бы историю куда более убедительную.
— Приятно слышать, что обо мне не забыли, — сказал я, — а еще приятнее, что ты взял на себя роль защитника этой страны. Мне бы очень хотелось побродить по знакомым местам, которые так живо напоминают…
— Не мелочитесь, полковник. На этом не следует экономить. — (для него я был полковником — сам не знаю почему — со времени нашей первой встречи, лет двенадцать назад.) — нет, не следует. Сэкономив нес…
— Или того, кто разбил его наголову, — ответил я.
— Что за битва? — спросил я. — Кто с кем сражался?
Наступило молчание. Ганелон отвернулся и заговорил лишь через несколько минут. Голос его неуловимо изменился.
Услыхав мой смех, Ганелон вздрогнул, но не спросил, почему я смеюсь.
— Не Черной Дороге. Я ясно слышала, как они несколько раз упоминали Черную Дорогу.
— В небольшой деревушке высоко в горах. Дед часто оставляет меня со своими друзьями — семьей Текисов. Ты не знаешь, кто такие Текисы?
Мы продолжали скрипеть, спускаясь в тенистую долину мимо высоких красивых деревьев. Еще один мост. Я клевал носом все чаще и на всякий случай намотал поводья на руку. Машинально, почти не думая, я чт…
— Я — атлет, нарушивший режим тренировки. Ты родилась в этих краях?
Я и сам не знал, что ожидал увидеть. Пожарище? Машину у подъезда? Счастливое семейство, отдыхающее на веранде, меблированной красным деревом? Вооруженную охрану?
— Когда мы расстанемся, я оставлю тебе не меньшее состояние. И если Бенедикт откажется от твоих услуг, ты по крайней мере ни в чем не будешь нуждаться.
— У тебя все будет хорошо, — сказала она.
Итак, я ехал медленно, но верно и с крайней осторожностью. Незачем было понапрасну утомлять чемпиона. Резкие смены отражений плохо действуют даже на людей, а животные, которые никогда не лгут сами се…
— Я не хотел загонять лошадей, поэтому выбрал отражение, на котором они могут хоть немного отдохнуть. Если за нами гонится Бенедикт, он достаточно утомил коня, пытаясь нас догнать. Думаю, он не броси…
Наутро мы закидали костер землей и отправились в путь. К полудню мы очутились в горах, а на следующий день спустились с них и поехали по дороге, на которой виднелись свежие следы кавалеристов и пехот…
Подъем становился все круче, и наконец впереди забрезжил солнечный свет и показался кусочек голубого неба. Копыта звонко стучали, мимо нас пролетели несколько птичек, земля перестала дрожать.
Я вернулся к столу и сел в кресло. Кому-то хотелось меня напугать, и он своего добился. Этот кто-то забрал гравюру Мори, содержал ее в чистоте и порядке — за что я был ему крайне признателен, — а зат…
К сожалению, фехтовать с левшой всегда труднее, чем с правшой. Тут мне не повезло, потому что я должен был кое-что проверить, а излишне рисковать не хотел. Впрочем, выхода у меня не было.
— А мне нет. Он всегда напивался, если ему удавалось занять денег или что-нибудь украсть, а потом приходил домой и избивал меня. Я рада, что встретила Ганелона.
Ганелон сидел за большим столом у широкого окна выходящего во двор. На нем были черные брюки поверх черных сапог, черная рубашка и черная кожаная куртка. На широком поясе висел кинжал с рукоятью в фо…
Не торопясь, расстегнул застежки шлема...
Амбер отбрасывает бесконечное количество отражений, и Авалон тоже их отбрасывал, благодаря моему в нем присутствию. А значит, несовершенные отражения Корвина неуклюже копировали мои поступки и образ …
— Она доходит уже до подножья Колвира. Разнообразные твари используют ее для нападения на Амбер. Мы защищаемся и всегда побеждаем, но они атакуют все чаще, все яростнее. Сейчас не время думать о трон…
Мы скакали уже в течении двух дней. Сегодня утром солдаты одного из патрулей сообщили нам, что войско противника проводит какие-то учения, а с рассветом исчезает в искореженном лесу.
Я сунул письмо и карту в карман куртки, затушил сигарету в грязной пепельнице на столе. Затем снял с кровати в спальной чистую простыню и завернул в нее моих воинов. Придется им подождать меня в како…
— Сейчас. Вот только отлучусь на минутку. Терпеть нету сил.
— Я преступник, объявленный вне закона, моя дорогая. Если я вернусь в Амбер, в лучшем случае меня немедленно казнят. О худшем я даже не хочу думать. Скорее всего, Эрик не повторит ошибки и покончит с…
Когда мы подъехали к воротам, нас встретил отряд из людей и зверей. Мы атаковали.
Руки его были связаны сзади, и он висел на большом суку, привязанный к нему веревкой за правую лодыжку.
— Я постараюсь его задержать — ради тебя. Скажи, неужели ты уехал бы, не попрощавшись?
— Я знаю, — сказали мы с Лансом в один голос.
Она тихо заплакала, а я принялся ее утешать.
— Ну конечно! — сказал Ганелон. — Поговорим завтра. А сейчас идите спать и спите спокойно.
— Значит, чувствуете, что там, за окном, кто-то есть?
— Корвин... Нет, подожди. Прошу тебя, одумайся. Не нападай сейчас на Амбер. Государство в опасности.
— Ты должен победить! — воскликнула она и тут же нахмурилась. — Скажи, если ты завоюешь трон, дед тебя поддержит?
Недолго мне осталось ждать, подумал я. Отражения — алмазы — ружья Амбер. Я иду. Всего год назад я заживо гнил в подземелье, тысячи раз пересекая ту грань, которая отделяет безумие от отчаяния, а сума…
— Эта земля не кажется особенно несчастной, — заметил я.
— Кроме Бранда, ты знаешь каких-нибудь родственников?
— Проследи за отправкой отряда. Рэндом во дворце?
Интересно, какова пропускная способность пути, который я им открыл? Я этого не знал. Скоро...
В кабинете меня ждал еще один приятный сюрприз: отсюда почти ничего не вынесли, и письменный стол, как всегда, был завален всякой всячиной. Закурив сигарету, я подошел к нему и уселся в кресло. Мои к…
— Вперед! — вскричал Ланс, и я подумал, что они имеют в виду либо меня, либо друг друга.
— Слугой хаоса. Прокляв Амбер, я распахнул дверь в реальный мир темным силам. Пользуясь предоставленной возможностью, они пытаются захватить все отражения и постепенно добраться до Амбера, следуя по …
— Слишком поздно. К тому же отсюда ли надо начинать?
— Не очень. Дай мне три месяца, и я тебе помогу.
— А ты как думаешь? Не медли, брат! Мне нужно во дворец!
— Никаких «Но»! На месте Бенедикта я поступил бы точно так же. Помимо тебя, он защищает свои собственные интересы. Удивительно, что он открылся Бранду. Погоди, когда дед узнает, что мы знакомы, он до…
— Честно говоря, я боялся, что, выехав из пещер, мы попадем из огня да в полымя, — признался Ганелон.
Наверное от того, что шея у меня разболелась не на шутку, мне снился рогатый и наш с ним поединок. «Помоги мне сейчас, и мы вернем тебе то, что ты считаешь своим по праву», — говорил он, и в этот мом…
— Похоже, он обещает вам помощь, — сказал я, незаметно отпуская птицу, которая два раза вскрикнула, сделала круг над башней и исчезла.
Я подошел к дому сзади, протер стекло рукавом. Я вел наблюдение с холма вот уже третий день, и мне казалось невероятным, что здесь кто-нибудь живет. Все же...
— В любом, — ответил я. — Это не играет роли. Нужно только...
Неужели рука Эрика достигала самых далеких отражений?
Я не заставил себя упрашивать. Во время еды мы почти не разговаривали.
— Как?... — невольно вырвалось у меня, но я тут же прикусил язык. Он ведь уже объяснил, что надо сделать. Зачем же лишать человека драгоценных секунд жизни, задавая дурацкие вопросы.
— Какого черта ты здесь делаешь?! — вскричал я.
— Если повезет, нас убьют не сразу, а для начала посадят в сугубо смежные камеры.
Прошла неделя. Я стала спать еще хуже, меня замучили кошмары. Тебе когда-нибудь снилось, что ты бежишь и никуда не можешь прибежать? Именно такие ощущения я и испытывала, но только снилась мне горяща…
— Лично я вам не конкурент! — воскликнул Ганелон, рубя шпагой направо и налево. — Но я с вами! Креститесь, когда сможете!
Пришпорив коня, я поскакал в замок Ганелона, который знал, но никогда не сможет понять.
Превозмогая усталость, я поменял день на вечер и закрыл солнце легкими облачками. Мы ехали по сухой глинистой дороге с глубокой колеей. Глина была уродливого желтого цвета, и комки ее, разбиваясь, тр…
Она ничего не ответила, и наша трапеза продолжалась в неловком молчании. Я решил переменить тему разговора.
Мы продолжали нестись вперед, и ветер визжал и плакал, заметая дорогу снегом.
Я вытащил из колоды карту Рэндома. В это минуту наконец-то начал накрапывать обычный мелкий дождь.
— Я не завидую тебе, брат. Скажи, что ты собираешься делать?
— Мне помогли выйти из камеры, — признался я. — А дальше... во дворце много потайных мест, о которых Эрик ничего не знает.
— Давайте прихватим его с собой! Пусть предстанет перед военным трибуналом за дезертирство!
— Успокойтесь, — повторил я. — Кто вы? Почему вас хотели сжечь? Как вы сюда попали?
Мы сняли седельные сумки и вытерли лошадей насухо. Хромой пастух взял чемпиона и огнедышащего (коня Ганелона) под уздцы и повел их в табун. Мы уселись на сумки. Кто-то принес нам горячего чаю и одолж…
Останки Ролла лежали шагах в двадцати. Мы прикрыли его брезентовым плащом и завалили камнями. Эта смерть послужила нам хорошим уроком. Люди молчаливо продолжали путь, настороженно глядя по сторонам.
— Почему? Ты не причинишь нам вреда. Мы... Родственники...
— Конечно, любовник. Он одарил меня мехами, осыпал бриллиантами и между делом научил фехтовать. — Она вновь засмеялась.
— Я хотела подойти к тебе незаметно. Если б ты услышал стук копыт, сразу бы проснулся.
Я быстро встал и повернулся. Он был очень далеко, по ту сторону Черной Дороги, но кто еще мог нестись во весь опор по нашему следу?
На моем лице не дрогнул ни один мускул. Значит, я был не единственным. Расскажи я о нашем с отцом разговоре, меня назвали бы лжецом и обвинили бы в лицемерии — пять лет назад он практически приказал …
О, если б только я обрел память месяцем раньше! Я не копался бы сейчас в пыли и грязи, мне не пришлось бы выдерживать унижений и оскорблений, проходить через пытки, заживо гнить в темнице! Я сидел бы…
Часовые продолжали обход. Ганелон храпел.
— Хорошо, я выполню твою просьбу... Послушай, как тебе удалось бежать из Амбера?
— Может быть, ты права. Хотя лично я так не думаю.
Я натянул поводья. Вытащил трубку, набил ее, закурил и выпустил облако дыма. Чемпиону и огнедышащему явно не понравился черный пейзаж. Они ржали и пытались свернуть в сторону.
Выслушав мой заказ, Артур крайне удивился. Бывший офицер ВВС, невысокий, худой, с аккуратно подстриженными усиками, он прервал меня в самом начале разговора и, поминутно качая головой, засыпал вопрос…
Лишь черные пики скал в снежных юбках окружают со всех сторон... Замерзший снег, сухой, как пыль, летит в ночи — игрушка ветра... Снег, похожий на порошок, на муку... Вспомнились итальянские Альпы, к…
Я перепрыгнул через придорожную канаву, продрался сквозь густой кустарник, преодолел довольно крутой подъем и очутился на вершине холма. Крик повторился, послышались какие-то непонятные звуки: я увид…
— Эрик справляется со своими обязанностями?
Гравий скрипел под колесами, деревья источали нежный аромат.
— Зато теперь — худшее позади. Тебя ведь арестовали за то, что ты решил отомстить за меня и попытался убить Эрика?
— Мы несколько раз проезжали неподалеку, пока вы спали. Мне эта дорога совсем не нравится. Она вызывает во мне неприятные ощущения. Вам она ничего не напоминает?
— Если я действительно тот, кого он должен бояться, с его стороны будет глупо искать меня в стане врага. Скорее он пошлет одного из своих слуг. Может, дух моего отца пытался меня предупредить... Труд…
— Вслед за дедом. По отражениям куда труднее идти самой, чем за кем-то. Я это поняла.
— Ланс, — обратился он к своему другу и помощнику, — отдавай приказ.
Мы въехали в огромный грот с высокими сводами. Из трещин в потолке лился слабый свет, повсюду висели сталактиты, с которых капала странная голубая вода, собиравшаяся в небольшие озерца. Земля все еще…
Я подумал об отражениях и об отражениях отражений...
Я решительно натянул поводья, и постепенно лошади замедлили бег, остановившись футах в сорока от Черной Дороги.
— Кто знал, что тебе не спится? Я хотел поговорить с тобой утром.
— Дара. Мне дали это имя в честь моей бабушки. — Она бросила на меня многозначительный взгляд, словно я должен был понимать, о чем идет речь, и не желая ее разочаровывать, я кивнул.
Человек остановился в нескольких шагах от меня, и его карие глаза блеснули. Он редко улыбался, но на этот раз позволил себе слабое подобие улыбки.
— Хочу хоть одним глазком взглянуть на те места, где родился и вырос, чего бы это не стоило.
Я поднял Грейсвандир, направив острие ему в грудь.
Мы разбили лагерь у глухого лесного озера, когда солнце село за гору, а день угасал. Ганелон принялся распаковывать седельные сумки, а я решил искупаться. Вода была холодной, освежающей, и я долгое в…
Ганелон подошел ко мне и остановился рядом. Некоторое время мы молчали.
И черная кавалерия ударила по нашим флангам.
Мы основательно перекусили, вновь забрались на козлы, и я взялся за поводья. Отдохнувшие лошади весело зацокали копытами.
— Проклятье! — воскликнул я. — Она уже в Амбере! Я позову Каина и Жерара, чтобы они помогли тебе в пересылке отряда. Ганелона тоже возьми, пусть командует под твоим началом.
— Где вы научились так здорово драться на шпагах?
Мне приснилось, что я вижу огромное колесо рулетки, на котором были мы все: мои братья, мои сестры, я сам и другие люди, которых я знаю или когда-то знал, и что каждый из нас подпрыгивал в отведенной…
К вечеру мы покрыли довольно большое расстояние и сквозь просвет деревьев увидели горы. Над их пиками все еще висели грозовые облака. Мохнатые существа были опьянены первой победой и долго не могли у…
— Вы сказали, слуга рогатого может понять, кто вы такой. Кто вы такой?
Я помог ему добраться до фургона, и Ганелон уцепился за его борт.
— Почему? Мир держится на конфликтах. Они существуют повсюду, потому что все отражения созданы по образу и подобию Амбера.
Вообще-то, по моим подсчетам, мы прошли уже больше четырех лиг, и я надеялся, что он опять заснет, и все расстояния у него в голове перепутаются. Руки мои налились свинцовой тяжестью.
— Вы услышите историю, вам знакомую. Авалон бросил все свои силы в бой с армией сверхъестественных существ, которые долгие годы разоряли страну.
Губы его раздвинулись в недоброй усмешке.
— Нет, — перебил я. — Поверьте, когда я получу от вас автоматические ружья, они просто исчезнут с лица земли.
— Если ты попросишь меня о помощи, я откажу. Амбер переживает тяжелые времена, и нечего устраивать в нем грызню за власть.
— А если я отвечу: «Нет, мы собираемся на него напасть»?
Через две мили я вновь поменял вечер на полдень — темнота меня не устраивала. Жара стояла невыносимая, хоть я и оставил солнце за облаками. Затем мне удалось разыскать небольшой ветерок, от которого …
— Да, — сказал Бенедикт. — Это я слышал. Как тебя ослепили?
— Вряд ли, — вмешался я в разговор, чтобы мое молчание не вызвало подозрений. — Если с тех пор прошло так много времени, он либо стал дряхлым старцем, либо умер.
— К черту, Корвин! Я ждала всю жизнь сама не знаю чего! Неужели ты не можешь мне помочь?
Не я ли был виноват в том, что она появилась?
— Понятно. Будем считать, что наш разговор закончен.
— Сама не знаю, — она машинально поднесла бокал к губам и сделала глоток. Затем взяла в левую руку нож и начала рассеяно вертеть его. — Не пойму, как это получилось. Я была злая. Злая, как черт. Он о…
— Что случилось? — спросила она. — Вроде бы вы не пьяный, и я тоже.
— Тот, кого я знал, вне всякого сомнения, был волшебником. — Ганелон вздохнул. — Он изгнал меня из своего королевства, а вернуться я не смог. Нет такой дороги, которая вела бы в Авалон.
— Да, — согласился я. — Но, во-первых, ты мне очень нравишься, а во-вторых, давай переменим тему разговора.
— Да, — ответил я. — Давным-давно читал мне стихи один странствующий бард, и я их запомнил: «На берегу реки благословенной сидели мы, и, вспомнив Авалон, заплакали. В руках остались сломанные шпаги, …
— Что ж... прости. Видно придется мне подождать.
Он ни слова не сказал о своей встрече с Линтрой.
— Стараюсь все время поддерживать форму. Живу на свежем воздухе, занимаюсь физическим трудом...
— Войдите, — произнес голос, который, к великому моему сожалению был мне знаком. Мы вошли.
Повсюду лежал толстый слой пыли. В камине валялись банки из-под кофе, ломаные бутербродницы и засохший кусок сосиски, а также разнообразные дары природы, попавшие через трубу. Я закрыл заслонку.
— Я часто оказывался на краю гибели, терпел побои, спасался от диких зверей, получал множество синяков и царапин. Корвин бросил меня в самой ужасной части государства. Но однажды мне повезло. Вооруже…
— Контузило! Ты просто дезертировал. Ты — трус!
Мы устроили привал у подножья холма и отдыхали около часа, разговаривая об Авалоне. О Черной Дороге не было сказано ни слова, хотя она не шла у меня из головы. Впрочем, чтобы сказать что-то определен…
— Хочется верить, — коротко сказал он и, на секунду задумавшись, добавил: — насколько мне известно, ты частично выдолбил двери в камере, нарисовал на стенах какие-то картинки и поджег постель. Верно?
— А вы не составите мне компанию, сэр Кори?
— Лабиринт, — сказал я. — Если когда-нибудь ты попадешь на Черной Дороге в беду, ударь по ней Лабиринтом изо всех сил. Ты ведь знаешь, как иногда приходится держать его перед мысленным взором, когда …
Я повесил фехтовальный костюм на ближайший куст.
Я сделал то, что должен был сделать и чего боялся. Я чуть-чуть открылся, зная, что он мгновенно воспользуется моей оплошностью и нанесет прямой удар в сердце.
— Почему боятся? Потому что я сильный? Но сильных людей много. Или потому, что я хорошо фехтую?
— Корвин из Амбера, я такая, какая есть. — И с этими словами она встала, повернулась и ушла.
Отдав необходимые распоряжения, я построил отряды в колонны.
— Вы продолжаете настаивать, чтобы мы напали первыми? — спросил он.
— Записки Дворкина... под камином... в моей...
— Да. — Она вновь кивнула, продолжая улыбаться.
— Да. И меня интересует, как поживают мои братья и сестры. Что новенького?
Я увидел горящий взгляд красных глаз и быстро отвернулся. Существо осматривало меня с головы до ног.
На этот раз я решил атаковать Колвир не с юга, а с севера. Я разбил отряд на батальоны, и каждый солдат знал, что ему делать и какую позицию занять, когда мы подойдем к вечному городу.
Но мое тело обмануть не удалось, и я с облегчением вздохнул, услышав, как Ганелон заворочался и сердито выругался. Если б он не проснулся, мне пришлось бы разбудить его.
— Зачем ему отказываться от хорошего генерала? Ведь он калека, и я мог бы...
— Это — воин! — воскликнул он. — Да, это — воин! Что вы собираетесь с ним делать?
— Здесь командую я. — Судя по его тону, это был не вызов, а констатация факта. — Думаю, мне удалось избавить Авалон от грозящей ему опасности. Если я прав, сейчас настанут спокойные времена. Цену я, …
— Ты все оставил как есть? Ничего не трогал?
— Поднимитесь ко мне, Корвин, — негромко сказал он.
— Разве я сказал, что ты ребенок? Но ведь Бенедикт уверен, что ты живешь там, куда он тебя отвез. Верно?
С Жераром я связался сразу же по прибытии в Бельгию, а с Бенедиктом не рискнул. Я боялся, что он тут же нападет на меня, а мне не хотелось ни сражаться с ним на шпагах, ни мериться силой воли.
— И я не помню. Впрочем, неважно. Идите, Кори, — вновь обратился он ко мне. — Отвечайте на все вопросы честно, и с вами поступят по справедливости.
Работая в дюнах, я думал о Дойле — ювелире из Авалона, маленьком, лысом, с пушистыми бакенбардами. Ювелирный порошок? Зачем мне ювелирный порошок, да в таком количестве, которого хватит армии ювелиро…
Минута уходила за минутой; далеко внизу виднелись слабые отсветы факелов.
— Интересно, сколько отражений она пересекает? — пробормотал я себе под нос.
Фургон медленно скрипел; солнце, обжигающее раскаленными лучами, клонилось к западу. Сзади среди ящиков храпел Ганелон. Я искренне ему завидовал, потому что третий день не знал ни сна, ни отдыха.
— Я останусь на несколько недель и помогу, чем могу.
Внезапно я почувствовал, как на меня наваливается усталость. Язык мой стал заплетаться. Нервное напряжение, стакан вина, теплая комната сказались на мне не лучшим образом, и неожиданно у меня создало…
Он провел рукой по соломенным волосам и поджал губы.
— Не будь занудой, — сказала она и выпила.
— Ты знаешь, что я намерен предпринять, — ответил я.
Через несколько секунд я услышал, как он карабкается на козлы. Фургон качнуло. Ганелон отпустил тормоз, прищелкнул языком, встряхнул вожжами.
— Если это был Бенедикт, я ему не завидую, — громко крикнул я, и вслед за эхом моего голоса сзади послышался грохот обвала.
И вновь я лишь парировал атаки, продолжая отступать. Про запас я держал одну маленькую хитрость, хотя мне прискорбно было думать, что она не удастся и тогда Амбер лишится своего законного владыки.
Заговорила она, когда мы очутились на берегу ручья, напротив маленького мельничного колеса, которое неспешно вращалось.
Мы поднялись не крепостную стену и стали неторопливо прогуливаться. При виде нас часовые вытягивались, отдавая честь, и Ганелон отвечал каждому. У невысокой зубчатой башенки мы решили отдохнуть и усе…
Окажись на моем месте любой из членов нашей семьи — пожалуй, за исключением Жерара и Бенедикта, — он прошел бы мимо, не останавливаясь, ни на секунду не задумавшись. А я в последнее время стал настоя…
Пожелай я убить Бенедикта в этот момент, у меня ничего не получилось бы, поскольку Ганелон недооценил силу и ловкость моего брата.
У меня не было выхода. Битвы кипят на всех отражениях, где существует Авалон. На то они и отражения. А необходимый мне порошок я мог достать только в Авалоне. Пускаясь в путь, я преследовал определен…
— Ну и ну, — сказал Ганелон, шагающий теперь рядом со мной. — Интересно, эта мразь обладает человеческим разумом?
— Я не хотел сказать, что предам тебя, Корвин. Неужели ты думаешь, у меня нет сердца? Я не допущу, чтобы по моей вине ты попал в тюрьму или ослеп... Если не хуже. И я с радостью приму тебя как гостя,…
Я поцеловал Лорен, которая настояла на том, что будет меня провожать, вскочил на коня — мерина по кличке чемпион — и отправился в лагерь.
— Глядя на вас этого на скажешь. — Он бросил на меня быстрый взгляд.
Вниз по склону холма, деревьев почти не видно... Каменистая равнина и вновь ночное небо...
— Ошибаешься. На дворе стоит такая прекрасная ночь, что я не удержался от соблазна и решил поспать на природе.
Тогда он сломал решетку окна, и ветер, ворвавшийся вместе с ним в комнату, загасил свечу.
Ну конечно. Почему же я сразу не поймал Дару на вранье? Единственным оправданием мне служило то, что я был слишком занят мыслями о предстоящем сражении. Действительно, с какой стати Бенедикту тратить…
К вечеру лес значительно поредел, и Ганелон заметил далекие огни костров к юго-востоку от Авалона. Мы свернули на первую боковую тропинку, ведущую в этом направлении, и пришпорили коней.
— ...Можно задать вам один вопрос? — спросил Ганелон.
— Почему? — спросил я, и голос мой прозвучал необычно для меня самого.
Я сосал пустой стебелек и смотрел, как крутится мельничное колесо. Я лежал на животе ни берегу ручья, подперев голову руками. От брызг и пены в воздухе стоял туман, в котором сверкала маленькая радуг…
— Вот-вот. Я шлепнул ее по попочке, поцеловал разок-другой... — он застонал, — она оторвала меня от земли, как пушинку, подняла на вытянутых руках над головой, сообщила, что она хозяйка дома, а потом…
— ...И ты, и дедушка, и все остальные ходят по этим отражениям и выбирают то, которое понравится?
Мантикоры напали на нас через несколько часов — бесшумно и стремительно. Мы потеряли шесть человек и уничтожили шестнадцать тварей. Я даже не знаю, скольким удалось удрать. Перевязывая раны солдат, я…
Земля дрожала, и где-то вдалеке взорвалась вершина холма, плюясь в небо огненными струями. Взрывная волна ударила нас, чуть не сбросив с козел. Фургон кидало в разные стороны.
— Милорд Корвин, теперь ты владыка Амбера?
Поворот... буран прекратился, на безоблачном небе светило солнце, согревая землю, все еще покрытую снегом и льдом...
«Завтра, — сказал я сам себе. — Если завтра я проснусь живым и невредимым, все будет в порядке»
Высокая черная трава, которую я перепрыгнул, бросившись на крик о помощи, крепко обвила лодыжки и бедра моего спутника. Правда, ему удалось частично освободить правую ногу, но трава кидалась, как зве…
— Будь по-твоему, — сказал я, натянул жилет, поднял рапиру, надел маску и сделал несколько шагов вперед.
Как правило, принцип «Медленно, но верно» применим на все случаи жизни. Если же какой-нибудь процесс необходимо ускорить, действовать надо с крайней осторожностью.
— ...Женщины, — говорил Ганелон. — Прекрасные и неприступные фурии. Вооруженные до зубов и одетые в доспехи. С длинными светлыми волосами и леденящим взором. Верхом на белых огнедышащих скакунах, кот…
— Эта тропинка, — он мотнул головой, — ведет к забору. За забором начинается лес, а шагов через двести — слева в низинке — стоит небольшая роща. Среди молодых деревьев, закиданная землей, ветвями и л…
Лорен допила вино, и я тут же наполнил ее бокал.
— Хорошо, что вы уверены в себе. Но упрямство... — Он пожал плечами. — впрочем, дело ваше.
— Мне бы не хотелось думать, что ты решил заманить меня в ловушку, Корвин.
По внешнему виду — сиамские, но каждая — величиной с тигра. Твердый взгляд ярко желтых глаз без зрачков.
Кто-то меня искал. Один из членов нашей семьи воспользовался моей картой и пытался со мной связаться. Ошибиться я не мог. Если это был Эрик, он оказался куда храбрее, чем я думал, ведь при последнем …
Я подозвал офицеров, отдал последние распоряжения. Отсалютовав, они ускакали.
— ...Вот видишь? — говорил оборотень. — Ты открыл путь. Так помоги нам сейчас, и мы вернем тебе то, что ты считаешь своим по праву.
Но прежние времена прошли. Внезапно я понял, что выгляжу со стороны самой настоящей развалиной. С этим нельзя было мириться. Силы возвращались ко мне слишком медленно, я должен был набрать вес, приче…
Примерно через полмили дорога круто свернула к северу. Мы очутились у подножия холма, преодолели подъем и увидели второй холм, выше первого.
Весь следующий день мы шли, не останавливаясь, успешно избежали столкновений с двумя отрядами и разбили лагерь на высоте в полмили над уровнем моря. Стоял туман, облака сгустились, предвещая штормову…
— Вот она где! — девушка отпустила мою руку, наклонилась и подняла корзинку, стоявшую на выступающих корнях деревьев. — Надеюсь, муравьи туда не забрались. — Она подошла ближе к берегу, выбрала место…
Краешком глаза я увидел, как сзади на меня надвигается огромная тень. Отпрыгнув в сторону, я перекатился по земле и поднял ружье. Однако мой палец не нажал на курок. Дара пронеслась мимо меня на гало…
— Самую малость. Но если вы, как добрый товарищ, поднесете стаканчик...
Я налил виски, выпил, налил еще и подошел к окну. Вид из него открывался великолепный — недаром Бенедикт построил дом на вершине холма.
— Нам надо спешить, — ответил я. — Сегодня ночью я хочу попасть в Амбер.
Нет, ответил я, и еще раз нет. Кажется, мы уже договорились, напомнил я ему.
— А в первый раз ты меня не заметил. Я...
К вечеру мы дошли до Арденского леса и разбили лагерь у деревьев-великанов, выставив тройные караулы. Ганелон, вырядившийся в костюм цвета хаки и нацепивший берет, долго сидел со мной рядом, изучая к…
— Пусть это вас не беспокоит. Я обо всем позабочусь.
До сих пор я вижу во сне охваченную пламенем голову кошки и просыпаюсь в дрожи и в поту, а ночь кажется мне темной и полной видений, которые я никак не могу различить.
Мне предстояло совершить небольшое путешествие. Если выйдет так, как я задумал, и никто о нем не узнает, я решу сразу две проблемы. Правда, мне не удастся уложиться за ночь, но я проинструктировал Га…
Я налил виски в хрустальный бокал до краев и подошел к креслу, в котором сидел Ганелон. Он медленно поднял стакан к губам, кивнул в знак благодарности и сделал глоток.
Она принялась упаковывать корзинку, и я стал помогать ей, вспомнив о том, что время не ждет. Мне не терпелось отправиться в путь.
Он продолжал молча на меня смотреть. На лице его не дрогнул ни один мускул.
— Я думаю, Бенедикт, уезжая, запретил тебе появляться в поместье, сказал я. — Он будет недоволен, что ты не послушалась.
Мы убивали, убивали и еще раз убивали, но вскоре они стали одерживать верх. Звери, похожие на людей, и люди, похожие на зверей, окружали нас со всех сторон. Мы отчаянно защищались, и в это время подт…
— Я рад, что у тебя есть глаза, — сказал Рэндом. — Значит, меня не обманули. А видишь ты так же хорошо?
— Нет! — воскликнул я, быстро поднимаясь. — Этого не может быть!
— Приступим, — сказал он, придвигаясь к столу.
Я поднялся, обошел полотенце с остатками завтрака и сел рядом с дарой.
— У вашего брата неплохой вкус. В вине он тоже разбирается, — сказал Ганелон, наполняя стаканы и делая глоток. — Так вот, после того, как я попросил у девушки прощенья, мы довольно долго разговаривал…
— Я не заявляю на тебя никаких прав, — сказал я, — но могу спасти от того, что тебе приснилось. Можешь поверить, это в моей власти.
— Он нас догоняет! — вскричал Ганелон. — Я только что... Смотрите, дым! Пожар! Лес горит!
Я напряг мускулы и почувствовал, как ослабевает и разжимается кольцо ее рук. Затем я сорвал с нее маску.
Камней повсюду валялось великое множество, поэтому я работал быстро, выбирая самые большие, чтобы долго не возится. В этом и заключалась моя ошибка. Один из камней весил фунтов четыреста, и я не стал…
Мы ждали, глядя на причудливые тени в углах, а фитиль догорающей свечи отсчитывал минуты.
— Нет, — сказал я. — Ты никак не сможешь повлиять на исход поединка. Отгони фургон назад и жди. Если все закончится благополучно, мы продолжим путь. Если со мной что-нибудь случится, немедленно сдава…
— Протектор собрал всех офицеров на военный совет, — сказал он. — Мы сейчас стреножим ваших лошадей и отведем их на пастбище. Заберите свои вещи. Вам придется подождать нашего капитана.
Словно издалека я услышал крики Ганелона, обрушившего на мою голову поток отборной матерной ругани.
Затем неуловимым движением он отбил мою шпагу далеко в сторону. Я блокировал прямой удар и сделал выпад, который Бенедикт небрежно отпарировал, продолжая наступать.
— Мне никогда не разрешали долго на них смотреть. Я догадываюсь, что карты нарисовали с определенной целью, но не знаю с какой. Скажи, они действительно имеют особое значение?
— Слишком долго объяснять. Поверь, Бенедикту необходима твоя помощь.
Мы миновали анфиладу пещер и начали подниматься по извилистой каменной галерее.
— Да. Видимо, длительное заключение влияет на психику. Я и сам понимаю, что вел себя более чем странно.
А если он действительно нашел способ уничтожить Амбер? Ведь тогда исчезнут не только отражения, но и все сущее на планете.
Я ехал по дороге, а птицы пели мне песни, порхая с ветки на ветку. Стоял ясный, погожий день — на голубом небе сверкало солнце, деревья шелестели зелеными листьями, а я радовался в сердце своем, пото…
Мне дважды пришлось переменить позу — Бенедикт все время ходил по палатке и на какое-то время вообще исчез из поля зрения. Очевидно, он копался в сундучке, потому что свет дальней лампы заколебался. …
Глина, песок... Свернуть вниз, занимается день...
Когда я увидел ее, я соскочил с коня и подбежал к тому месту, где она лежала, — под кустом диких роз, на котором не было цветов и который оцарапал колючками ее щеку и обнаженное плечо. Она умерла не …
Ганелон дотронулся до моей руки и что-то сказал, но слов разобрать было невозможно. На всякий случай я оглянулся, но увидал лишь завесу из пыли, гари и пепла. Я пожал плечами и сконцентрировал все св…
— Да, несладко ему пришлось. По приговору Мойры, он должен был жениться на слепой девушке по имени Виала и остался в Рембе ровно на год. Рэндом согласился, и позже я узнал, что он сдержал слово. Кста…
Я почувствовал, что улыбаюсь. Скоро я стану героем.
— Я не помешаю. — Ганелон остался стоять на месте.
— И тоже почти не сплю. Я видела, как ты вернулся, подслушала твой разговор с Ганелоном и знала, что ты остался один.
Мой спутник опустил глаза и взял вожжи в руки.
Всю следующую неделю я занимался самоистязанием, упражняясь каждый день почти до изнеможения. Боль в мускулах почти прошла, я прибавил в весе фунтов пятнадцать и постепенно стал чувствовать себя здор…
Многочисленные лучники Амбера поражали драконов и их седоков на лету. Молнии сверкали и чудовища загорались в воздухе. Но они прибывали нескончаемым потоком, опускались на землю и вступали в бой.
Бенедикт должен был вернуться в конце недели. Мне необходимо было спешить, чтобы закончить с делами до его возвращения и успеть вовремя унести ноги.
Эта мысль была мне приятна. Радуясь ощущению мягкой травы под ногами, теплоте, разливающейся по телу после нескольких добрых глотков виски, я выколотил трубку, почистил ее, положил в кисет, потянулся…
— И мне удалось убежать из деревушки таким же образом?
...И швырнул его в оборотня, который, казалось не сомневался в моем согласии. По-моему, Ганелон в эту минуту шагнул вперед.
Бенедикт, если того требовали обстоятельства, становился куда более жестоким, хитрым и коварным, чем любой из нас. Он пойдет на все, вплоть до братоубийства, чтобы защитить близкого ему человека. Скр…
— Идея, конечно, неплоха. Боюсь только, что ты всегда будешь у него на подозрении. Он наверняка поймет, что я приставил к нему шпиона.
Замок Ганелона окружал глубокий ров. Подъемный мост с четырьмя башенками по углам был поднят и прикреплен к толстой крепостной стене, за которой высились другие башни. Казалось, они достигали до неба…
— Нет. — Она тяжело вздохнула. — Дед запретил мне говорить, что я его правнучка. И отказался объяснить почему. Надоело!
Он отпустил взглядом двух офицеров, остановился перед входом, пропустил нас вперед и закрыл за собой полог. Я увидел походную постель, маленький стол, скамейки, сундучок. На столе горела масляная лам…
— Вы шутите. Даже я не знаю, где выполнят ваш заказ.
— Стойте! — внезапно воскликнул тот, кто нас допрашивал. Я повернулся и вопросительно посмотрел на него. — Как вас зовут?
— Вроде бы полегчало, — сказал он. — По-моему, онемение проходит. Эта дрянь высосала из меня все силы. А у вас что случилось?
Она вздрогнула и изумленно на меня посмотрела.
— Скажи в чем тут дело? Почему дед никогда и нигде не заблудится, а я вечно не могу найти дороги?
— Повелитель Амбера, почему ты убиваешь нас? — спросил он. — Ведь это ты открыл нам путь.
— Уходи немедленно, или я применю силу. Ты мешаешь.
А теперь — окрасить восток бледной зарей, сделать спуск не таким крутым... Чуть добавить запаха соли в воздухе...
Изображение на карте ожило, зашевелилось.
В небольшом овражке, где никто не мог меня видеть, я снял шлем, налил в него мыльную воду и побрился. Затем надел свою старую драную одежду черную с серебряной отделкой. Я вновь был тверд, как камень…
— На свободе, но к нему приставлена охрана. Эрик не доверяет... Не доверял ему.
— У Ганелона сильное княжество, и он может дать отпор любому врагу. Но Круг расширяется, и я чувствую, что недалек день решительной битвы.
Когда я встал к ним лицом, они уселись и уставились на меня, не мигая. Нас разделяло шагов тридцать. Кошка, сидевшая слева, открыла пасть, и я поднял шпагу. «Интересно, зарычит она или замурлыкает?» …
Мы очутились в большой комнате, похожей на танцевальный зал. Черный гладкий пол блестел, как стекло. На полу был выложен узор, который назывался Лабиринтом. Холодный огонь дрожал, сверкал и переливал…
Искореженный лес был точно таким же, как в Гарнатской долине к югу от Амбера.
Затем я забрался на козлы, а Ганелон сел рядом.
Когда я проснулся, у меня ломило все тело. Я тщательно помылся. На высоком столике стояла лохань с водой, а рядом лежали мыло и полотенце, предусмотрительно оставленные в комнате. Мне никак не удавал…
— Очень смутно. А по правде говоря, ничего не понимаю. Я слышала, как дед проклинал отражения, но никогда не задумывалась, что он имеет в виду.
— Удивительно. — Он бросил алмазы в кошелек. — Удивительно, как легко вам это досталось.
Дара допила вино, протянула мне пустой бокал. Она сидела не шевелясь, склонив голову на правое плечо, нахмурив брови. Ее отсутствующий взгляд был устремлен вдаль.
Я отвернулся. Должно быть, Дара только что вернулась домой и не слышала последних известий. Все горожане знали, что Бенедикт лишился руки. Но я не стану тем человеком, который первый сообщит ей эту н…
— Конечно, — ответил Ганелон. — Я тоже проголодался, а время у нас есть.
Я стал обладателем готового детонатора, который при смешении с инертным веществом мог гореть, как порох.
Затем я напряг мускулы, и захват начал слабеть. Я бросил Грейсвандир, рванулся, высвободился от железных объятий, и в этот момент глаза наши встретились.
Ганелон пожал плечами, отрезал большой кусок мяса и начал разогревать его над костром.
— Дитя Амбера, — раздался голос, знакомый и незнакомый в одно и то же время. — Мы — твои должники, и сейчас ты будешь весь наш.
— Увы, брат мой! Мир не подготовлен к этому знанию. Если б я кому сказал, то только тебе, но ты ничего не выиграешь, а мне оно может пригодиться в будущем.
— У этой деревушки нет названия, поэтому я так и называю ее деревушка. И люди в ней живут какие-то странные. Они как бы... Молятся на нас. Смотрят на меня как на святую и ничего не говорят, даже когд…
— Мне бы хотелось проехать немного дальше.
Я вызвал в памяти Лабиринт и удержал его перед своим мысленным взором. Лабиринт горел, полыхал огнем. Я вновь поменял отражения.
— Это ты скажи, как тебе удалось вернуться на этот раз.
— Готовься еще к одной бешеной скачке, — сказал я Ганелону.
— Верно, — повторил он, следуя за мной к центру дворца. — Тебя это удивляет, не правда ли?
...и, проехав сквозь туман, мы очутились на безжизненном каменистом плато...
— И она меня любит, — не умолкал Рэндом. — Никто меня так не любил, как Виала.
В течение трех недель я следил за тем, как выполняется мой заказ, и остался доволен результатами. Серебро, кончено, стоило очень дорого. Быть может, я перестарался, но что там ни говори, этот металл …
Долгое время Ганелон молчал. Он пил уже второй бокал вина, а никак не мог справиться с первым.
— Очень в этом сомневаюсь. Бенедикт — человек благородный.
— Он жив?! И придет сюда?! — воскликнул он.
— Никак не могу, Корвин. Извини, но сегодня я занят.
— Нет. Ланс лишь упомянул о его существовании.
— А кто убил предводительницу? — поинтересовался я.
— Думаю, да. По крайней мере, я боюсь делать привал, хотя лошадям надо отдохнуть.
— Корвин?! — вскричал Ланс, и я затаил дыхание. — Корвин из Амбера?
Я услышал хруст — так ломается сухая хворостина. Помню, мне стало любопытно, чья шея сломана. Моя болела изо всех сил.
— В крепость, которая принадлежит Ганелону.
Очередное перерубленное деревце начало падать, и Бенедикт чуть было меня не достал. Я успел отскочить в последнюю секунду.
— А я не верю, что ты говоришь мне всю правду. — Я посмотрел ей в глаза. — Но у меня нет времени тобой заниматься. Мы сейчас уходим, а ты останешься здесь. Так безопаснее. Я приставлю к тебе двух тел…
— Можно ли навербовать там солдат? Я хорошо заплачу.
— Нет, — сказал я, глядя на свою окровавленную рубашку. — Это — кровь Эрика.
— Вы в состоянии совершить небольшое путешествие? — спросил я.
— Если вы объявите Амберу войну, Бенедикт станет вашим врагом?
Всадники на драконах покрыли весь склон горы и теснили Амберийцев, прижимая их к пропасти. Я поискал глазами Эрика, но ни его, ни пульсирующего света драгоценного камня правосудия видно не было. Жера…
— Ничего особенного. Проклинали на все лады.
Он меня не узнал. Неудивительно. Если бы я ему открылся, он, возможно вспомнил бы меня — ведь мы были знакомы, хотя никогда не встречались.
— Как вам будет угодно. А сейчас давайте выпьем по стаканчику вина, и вы расскажете, при каких обстоятельствах нашли Ланса.
— Таким образом я попал в плен, и меня заставили присутствовать на коронации Эрика. Я короновал себя раньше, чем этот ублюдок, — извини, я выругался без всякой задней мысли. Затем он приказал выжечь …
— Сэр Кори, если вы до сих пор ничего не знали, постарайтесь забыть то, что я рассказал. Обойдите Черный Круг стороной и идите своей дорогой. И хотя я дорого бы дал, чтобы вы сражались в наших рядах,…
— Ничего, — чуть помедлив, ответил он. — Сдайте оружие. Я отправлю вас в лагерь. Вам придется рассказать обо всем необычном, что вы видели на востоке.
Он буркнул что-то нечленораздельное и положил шпагу на колени. Лошадям моя идея пришлась не по нутру, так что пришлось легонько стегнуть их кнутом.
Я сделал шаг вправо и ударил его клинком Грейсвандир плашмя по шее.
— Что будет с Амбером, Корвин? Что будет с Амбером?
Я уперся ногами в землю и перестал отступать. Черт побери! Какая бессмыслица — умирать из-за поступка, которого ты не совершал! Я стал фехтовать быстрее, пытаясь найти незащищенное для атаки место.
Сначала я даже не осмелился поглядеть вниз. Я стоял и дрался, не отступая ни на шаг, предоставив флоре возможность осуществить свой замысел.
— Все считают, что вы — сверхъестественное существо.